Дмитрий БЕЛОВЕЦКИЙ: НА БАМПЕРЕ СМЕЯЛОСЬ СОЛНЦЕ

НА БАМПЕРЕ СМЕЯЛОСЬ СОЛНЦЕ

Дмитрий БЕЛОВЕЦКИЙ

Мечта сбылась. Толик Нестеров — разнорабочий комбината бараночных изделий — купил машину. С ног валился, практически не пил, три года вкалывал в три смены, пытаясь угнаться за бешеными ценами. Не угнался, занял недостающее и купил красное сверкающее чудо. Какая там иномарка! По всей длине прямехоньких молдингов родной «шестерки» каталось туда-сюда хромированное апрельское солнце. Отражаясь, оно освещало душу, собирало в уголках толикиных глаз счастливые морщинки.

Это дело, конечно, личное, но занял Толик много. Очень много. Под проценты, размер которых в переводе на рубли пугал трудновыговариваемой цифрой. Поэтому его жизнь обещала затаиться в стенах комбината бараночных изделий еще на неопределенное время. А красное сверкающее чудо он все больше рассматривал только по выходным на платной охраняемой стоянке, что за три квартала от дома.

Первое время Толик жил только воспоминаниями о свершившемся. Он для чего-то все еще перелистывал кипы газет, подчеркивал строчки рекламных объявлений о продаже автомашин и комплектующих. Не выходили из головы названия фирм и организаций, вступивших на автоторговую стезю. Он следил по привычке за ростом цен на автомобили и мог любому интересующемуся дать исчерпывающий ответ — где, когда и за сколько можно приобрести продукцию волжского автозавода. И, конечно, он до мельчайших подробностей помнил тот день, когда с благоговением и радостью заглянул в четыре ясных глаза милой сердцу шестой модели. Именно тогда ему показалось, что жизнь, как и эта прекрасная машина, заводится с пол-оборота, что она великолепна, послушна и бесконечна, как те дороги, по которым прошуршит еще это четырехколесное чудо.

Нестеров искренне считал подарком судьбы удивительное ТОО с загадочным названием «Тагварели», которое, по каким-то своим соображениям, продавало автомобили аж на пятьсот долларов дешевле, чем другие конкурирующие организации. Мало того, машина на удивление, что практически нереально, была полностью укомплектована: запаска, инструмент, домкрат и даже, что уж совсем фантастика и забота самого покупателя, залита бензином.

В общем, с улицы академика Янгеля, где располагалось это самое товарищество, Нестеров уехал на новеньких «Жигулях».

На работе он уставал еще больше. Приходил домой, валился с ног. Опять не пил. Опять вкалывал в три смены. При такой жизни хуже нет, чем неожиданности. Вызов к следователю территориального отдела милиции, как удар в промежность, заставил Нестерова скрючиться от боли, обиды и подозрений, затем, не приходя в себя, нестись сломя голову на охраняемую оплачиваемую стоянку, бить в морду кому-нибудь виноватому. Но машина стояла на том же месте, блестела на солнце мытыми боками, податливо пружинила при раскачивании...

Уходя со стоянки, Нестеров строго посмотрел на сторожа.

— Ты чего грустный, Толик? — не понял тот.

Нестеров не ответил. Он еще раз обернулся, отыскал глазами красную «шестерку» и облегченно вздохнул.

На следующий день, как было указано в повестке, уже более-менее спокойный, правда, не понимающий зачем, он пошел в милицию.

— Сразу к делу, — сказал следователь, — ваша машина ворованная. Заявление от настоящего владельца у нас есть... Все совпадает... Только последние номера на двигателе и на кузове перебиты... Фирма, где вы покупали машину, липовая... Мы уже всех, кого могли, арестовали...

Толя сел на стул. Набухшими неожиданно глазами уставился на стертый под столом у следователя линолеум.

— Из 14 машин, что были у них в магазине на момент ареста, 13 значились в розыске... — не замечая происходящего с Нестеровым, продолжал следователь. — И ваша тоже... Ее придется вернуть хозяину... Вот здесь подпишите...

Толик подписал.

— Ну, все. Давайте, я вам повесточку отмечу... Мы вас еще вызовем...

— А деньги? — осторожно спросил Толик.

— Денег наличных у преступников не оказалось... Имущества тоже никакого... Но будем работать... Хотя... хотите откровенно?

Нестеров не дышал.

— Честно говоря, вы не один такой... Деньги вряд ли будут... Так вот...

Вечером Толик напился, вышел на балкон счистить прошлогодние листья и упал вниз. Потом медэкспертиза подтвердила сильную степень опьянения.

Фото А. Басалаева