Зона поражения воображения

Завершились самые масштабные за последние три десятка лет военные маневры

Александр Гольц

Длившаяся с 13 по 20 июля внезапная проверка войск Восточного военного округа на минувшей неделе получила оценку главнокомандующего: поставленные задачи в целом решены с оценкой более чем "удовлетворительно".

В этом году внезапные проверки уже проводились в трех других округах. Так что ничего странного в том, что очередь дошла до Восточного округа, не было. Но поражало количество войск, привлеченных к проверке. По словам президента, такого не было ни в современной России, ни даже в советские времена (когда, заметим, численность Вооруженных сил более чем вчетверо превышала нынешнюю). Во внезапной проверке, если верить официальным сообщениям, участвовало 160 тысяч военнослужащих!

До этого беспрецедентными по масштабам в азиатском регионе считались маневры, устроенные Китаем в 2009 году. В них было задействовано свыше 50 тысяч солдат и офицеров. Но при этом, не будем забывать, речь опять-таки идет о вооруженных силах вдвое больших, чем российские. Во внезапной проверке в Восточном округе, таким образом, участвовала едва ли не четверть нашей армии.

Как 30 лет назад

Такое количество войск сопоставимо только с теми стратегическими группировками, что привлекались к военным играм в начале 1980-х, на пике холодной войны. Аналитики из числа ветеранов наверняка еще помнят все названия этих широкомасштабных учений армий Варшавского договора и НАТО: "Березина", "Отм фордж", "Запад-81", "Щит". Именно тогда США и СССР, каждый вместе со своими союзниками, создавали более чем 100-тысячные войсковые объединения для репетиции полномасштабной войны. Гигантское количество привлекавшихся к участию войск вполне объяснимо: собирались вести глобальную войну на уничтожение в условиях применения ядерного оружия (пусть и в ограниченных масштабах). Некое представление о планах маневров того времени дают преданные гласности польским правительством в 2005 году сценарии военного конфликта в Европе, написанные для Варшавского договора. Они предполагали внезапный американский ядерный удар по советским войскам в ГДР и Польше и ответный удар по Германии, Великобритании и Италии. А затем стремительное наступление советских танков, на 9-й день которого должен был быть взят Лион...

Не случайно отечественные и зарубежные комментаторы первым делом задались вопросом, в чем же цель столь масштабных учений сегодня? Одни полагают: так как первый этап учений проходил на Сахалине — это подготовка к отражению "американо-японской агрессии". Другие убеждены: так как второй этап имел место в Забайкалье — это, мол, ясный сигнал Китаю, наращивающему свою военную мощь. Однако проведение подобных проверок плохо стыкуется с вроде бы объявленным курсом на улучшение отношений с Японией, не говоря уже о Китае.

Скорее всего те, кто разрабатывал планы "внезапной проверки", совсем не хотели кого-то напугать. Главнокомандующему, видимо, хочется понять, что произойдет в случае внезапного начала масштабных боевых действий в любой точке страны. У него есть печальный опыт. Президент не раз с горечью вспоминал начало второй чеченской войны, когда полуторамиллионная российская армия была не способна сформировать 60-тысячную группировку — требовалось доукомплектование резервистами. Не слишком удачен был и опыт войны с Грузией, когда значительная часть боевой техники просто не дошла до поля боя... Конечно, куда сподручнее было бы устроить такую проверку в европейской части страны. Однако в соответствии с международными обязательствами Россия вынуждена была бы приглашать иностранных наблюдателей, чего делать совершенно не хотелось. Был риск осрамиться перед дотошными иностранцами. Поэтому-то, вероятно, и была выбрана восточная часть страны, где никого ни о чем предупреждать не надо (российско-китайские соглашения касаются только приграничной зоны).

Победа Сердюкова?

Решение проводить столь масштабные учения поставило перед руководством Вооруженных сил невероятно трудные задачи. В Восточном округе находятся всего 14 армейских бригад, расквартированных в тысячах километрах друг от друга. Одна только переброска десятков тысяч военнослужащих в район учений выглядела чрезвычайно сложным делом, если учесть более чем ограниченные возможности транспортных коммуникаций в Сибири и на Дальнем Востоке. Не менее сложной представляется и реализация требования о выдвижении соединений в полном составе, то есть учебно-боевые задачи должны были выполнять все военнослужащие. А ведь почти половина из них пришла в бригады около месяца назад, в ходе весеннего призыва. При этом не будем забывать, некомплект личного состава — не меньше 20 процентов. Добавим к этому необходимость использовать вооружения, которые находились на базах хранения.

В январе, после первой внезапной проверки, начальник Генерального штаба Валерий Герасимов сообщил, что исправность авиации составляет только 66 процентов, а используемые образцы бронетехники устарели морально и физически (срок службы — 20-25 лет и более). По его словам, "износ основных узлов и агрегатов не позволяет использовать боевые возможности данного вида техники по этой причине". Все эти обстоятельства неизбежно должны были привести к хаосу, если, повторю, верить в то, что в движение были приведены 160 тысяч военнослужащих.

Однако случилось чудо. Если не считать 10-часовую заминку с переброской бригады радиационной и химической защиты (на гражданском аэродроме не оказалось необходимого количества горючего, чтобы заправить самолеты военно-транспортной авиации), все остальное, согласно официальным реляциям, проходило просто по часам. Части усиления были своевременно переброшены железнодорожными паромами и самолетами транспортной авиации на Сахалин, где проходил первый этап учений. После того как атаки "противника" были успешно отражены, события переместились в Забайкалье. Туда для участия в двустороннем учении опять-таки замечательным образом переместили части и соединения сразу трех общевойсковых армий.

Если все происходило действительно так, как это описывают, вывод напрашивается сам собой: надо немедленно возвращать из опалы всеми проклинаемого сегодня Анатолия Сердюкова. Ведь при всех бесспорных организаторских талантах нынешнего главы военного ведомства Сергея Шойгу проверку в ходе невиданных по масштабам маневров проходили не его начинания, а как раз сердюковские реформы, которые были проведены в предыдущие четыре года. И получается, именно они привели к чуду. Развертывание доброго десятка соединений оказалось возможным без доукомплектования. Стало быть, сработала идея о ликвидации частей и соединений неполного состава. Для немедленного развертывания теперь нет необходимости в призыве резервистов (их мобилизация была чисто символической).

Мало этого, президент начал свой визит в Сахалинскую область с разноса, устроенного местным и федеральным чиновникам: выяснилось, что 80 процентов его поручений не были исполнены. "Вы будете работать или нет?" — раздраженно обращался главный начальник к своим подчиненным. На таком фоне слаженная работа армейских командиров, которые совершали то, что фактически отказывались делать гражданские чиновники — выполняли в принципе невыполнимые приказы,— смотрелась особенно рельефно. И это были кадры, выкованные в ходе сердюковской реформы!

Вопросы к цифрам

Ну а теперь всерьез. Хитрость, как известно, заключается не в том, чтобы выполнить приказ, а в том, чтобы правильно доложить о его выполнении. Никто так и не объяснил, почему развертывание 10 тысяч солдат и офицеров полгода назад происходило с многочисленными накладками, а теперь, когда масштаб вырос чуть ли не в 20 раз, все прошло без сучка без задоринки. Техника такая же старая, солдаты обучены так же. Закрадывается сомнение: а действительно ли 160 тысяч военнослужащих участвовали в этой самой "внезапной проверке"?

Обратимся к цифрам. Вот в первый день проверки на совещании в Министерстве обороны сказали, что будет задействовано около тысячи единиц танков, БТР и БМП, 130 самолетов и около 70 кораблей. Но потом, очевидно, сообразили: если участвуют 160 тысяч военнослужащих, наземной техники маловато будет. 160 бойцов приходятся на один танк или бронетранспортер — какая же это современная армия?! И вот уже появилась другая, совершенно немыслимая цифра — около 6 тысяч единиц боевой техники. Из открытых источников известно: в Восточном военном округе около 600 танков и, очевидно, соответствующее количество БМП и БТР — все вместе как раз чуть больше тысячи. Корабельный состав Тихоокеанского флота не увеличивался. Для участия в маневрах из европейской части страны были переброшены несколько стратегических бомбардировщиков и около 30 самолетов транспортной авиации. Стало быть, если доверяться прозвучавшим в отчетах цифрам, из Центральной России было переброшено никак не меньше 4 тысяч танков, БМП, БТР и самоходных гаубиц. Причем сделано это в течение двух-трех дней. Возможно ли это?

Можно предположить: желая поразить воображение главного начальника страны, военные чиновники записали в число проверяемых все соединения Восточного военного округа плюс соединения, привлекавшиеся из Центрального военного округа. Подозреваю, что большая часть никуда не перемещалась вовсе и никакого участия в событиях не принимала. Большинство зачисленных в участники проверки войск получили приказ, и то ли выдвинулись, то ли нет на свои собственные полигоны. Как они это сделали, никто не знает.

Между тем все эти манипуляции отнюдь не безобидны. Например, руководители страны могут поверить в правдивость оптимистичного репортажа военной газеты о том, что солдаты-срочники, никогда не ставившие танки на железнодорожные платформы, делают это с первого раза легко и непринужденно. Может родиться опасная уверенность, что за 12 месяцев из срочника можно сделать специалиста в обращении с военной техникой. И, главное, у начальников может появиться опасная иллюзия, что они в течение суток в самом деле смогут отправить в бой 160 тысяч военнослужащих. А в этом случае размер, уж точно, будет иметь значение.