Защитник отечества
       Оценки, выводы и предложения Федеральной службы безопасности Российской Федерации по материалам Специальной комиссии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по оценке соблюдения процедурных правил и фактической обоснованности обвинения, выдвинутого против Президента Российской Федерации (по тексту Специальной комиссии)

       ...Специальной комиссией допущена общая правовая ошибка по всем изложенным ею эпизодам обвинения. Она заключается в том, что в подготовленных ею документах делается основная ссылка на статьи УК РСФСР, тогда как этот УК с 1 января 1997 года утратил силу и в соответствии со статьей 10 УК РФ (как указано в разделе 1 настоящего документа) закон имеет обратную силу в случаях устранения преступности деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление.
       Так, если по статье 64 УК РСФСР допускалось назначение наказания в виде смертной казни с конфискацией имущества, то по статье 275 УК РФ возможно назначение наказания только в виде лишения свободы на срок от 12 до 20 лет, то есть квалификация деяния по статье 64 УК РСФСР в настоящее время недопустима.
       В то же время не могут квалифицироваться действия по статье 286 части 3 УК РФ, так как вопреки требованиям упомянутой статьи 10 УК РФ ухудшается положение лица, обвиняемого в совершении преступления.
       Если по статье 171 УК РСФСР (часть 2) предусматривалось наказание в виде лишения свободы сроком до 10 лет (без указания нижнего предела срока наказания), то по части 3 статьи 286 УК РФ возможно назначение наказания в виде лишения свободы на срок от 3 до 10 лет.
       Ошибочным является ссылка комиссии на вновь установленные составы преступления (статья 357 УК РФ), о чем будет изложено в соответствующем разделе настоящего аналитического документа.
       Ошибочное применение комиссией норм уголовного и другого законодательства вызывает сомнение в ее выводах, что может повлечь, в свою очередь, нарушение прав человека по отношению к Президенту Российской Федерации (статья 17 Конституции Российской Федерации).
       Содержащаяся в изученных официальных документах Специальной комиссии информация не согласуется с общеизвестными фактическими обстоятельствами жизнедеятельности бывшего СССР и России и не является достаточной для квалификации действий Президента РФ по статьям Уголовного кодекса.
       
Развал СССР
       По первому пункту обвинения против Президента Российской Федерации — в связи с подготовкой, заключением и реализацией им Беловежских соглашений.
       Действия Президента Российской Федерации комиссией квалифицированы как измена Родине, то есть деяние, умышленно совершенное в ущерб суверенитету, территориальной неприкосновенности или государственной безопасности и обороноспособности СССР, а равно заговор с целью захвата власти (статья 64 УК РСФСР); так и как государственная измена, то есть шпионаж, выдача государственной тайны либо иное оказание помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности РФ (статья 275 УК РФ).
       В качестве основного аргумента сделана ссылка на якобы игнорирование Президентом России решений всесоюзного референдума от 17 марта 1991 года, в ходе которого 76,4% из числа опрошенных граждан высказались за сохранение Советского Союза.
       Позиция комиссии не согласуется со следующими фактическими обстоятельствами:
       В соответствии с Законом СССР от 27 декабря 1990 года "О всенародном голосовании (референдуме СССР)" предметом референдума могли быть принятие нового Закона СССР; изменение либо отмена Закона СССР или его отдельных положений; принятие решения, предопределяющего основное содержание законов СССР и других актов; выявление общественного мнения по иным наиболее важным вопросам, находящимся в ведении Союза ССР. Вопросы о границах Союза ССР, границах республик, об изменении статуса и территориальной целостности республик на референдум СССР не выносятся (статья 4).
       В связи с этим сам факт проведения референдума 17 марта 1991 года, на котором осуществлялось не принятие закона, подлежащего неукоснительному исполнению, а выяснялось по существу общественное мнение по вопросу: "Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?", не может быть положен в основу обвинения Президента России.
       Возможные ссылки на часть 1 названной статьи, устанавливающей, что решение, принятое путем референдума СССР, является окончательным, имеет обязательную силу на всей территории СССР и может быть отменено или изменено только путем референдума, представляются некорректными и не могут быть приняты во внимание.
       В соответствии с частью 2 статьи 28 того же закона итоги референдума, проводимого для выявления общественного мнения, должны были учитываться при принятии решений соответствующими, прежде всего союзными государственными органами.
       Кроме того, действие на территории РСФСР союзного Закона "О всенародном голосовании (референдуме СССР)" вызывает сомнение, поскольку в соответствии с Законом РСФСР от 24 октября 1990 года (то есть до референдума) "О действии актов органов Союза ССР на территории РСФСР" подобные акты вступают в действие в России только после их ратификации Верховным Советом РСФСР. Фактически такой ратификации не было, а действие российского закона союзными органами власти в Комитете конституционного надзора СССР не опротестовывалось, воспринималось как должное.
       Следует учесть также, что республиканскими органами власти Литвы, Латвии, Эстонии, Молдовы, Армении и Грузии решения о проведении указанного референдума при попустительстве союзных органов власти выполнены не были, что создало реальные предпосылки для разрушения союзного государства.
       В опубликованном 24 апреля 1991 года Совместном заявлении Президента СССР, Председателя Верховного Совета РСФСР, президентов Узбекистана, Казахстана, Киргизии, Таджикистана, Туркменистана, Азербайджана, Премьер-министра Украины и Председателя Совета Министров Белоруссии "О безотлагательных мерах по стабилизации обстановки в стране и преодолении кризиса" признано право Литвы, Латвии, Эстонии, Молдовы, Грузии и Армении самостоятельно решать вопрос о присоединении к новому договору о Союзе суверенных государств (Союзному договору).
       Таким образом, поскольку инициатива подписания этого заявления принадлежит союзному политическому руководству, то употребление нового названия государства вопреки результатам референдума является грубейшим нарушением указанного закона со стороны руководства СССР.
       В интервью Центральному телевидению от 15 июня 1991 года Президент СССР М. С. Горбачев, отвечая на вопрос о том, что новый союзный договор не учитывает итоги референдума, заявил, что договор определяет будущий Союз как суверенное демократическое федеративное государство с расширенными правами, полномочиями и ответственностью республик, которые, по сути дела, "возрождаются как суверенные государства". Он отметил, что "распределение функций, полномочий между Союзом и суверенными республиками таково, что будут и сильные республики, и сильный центр. В международных делах Союз выступает как суверенное государство, правопреемник Союза Советских Социалистических Республик". Что касается названия государства, то, как заявил М. С. Горбачев, "мы договорились, что включение в название слова 'советских', то есть Союз Советских Суверенных Республик, подчеркивает преемственность, связь с предыдущим периодом". По его мнению, отсутствие в названии термина "социалистических" и предложенное наименование не означают, что итоги референдума подвергаются сомнению, поскольку "по всем главным вопросам мы действуем в рамках социалистического выбора". То есть идеология изменения статуса Союза Советских Социалистических Республик разработана союзным руководством, а не Президентом России.
       Более того, представители политического руководства бывшего СССР не могут по существу выступать в качестве "обвинителя", поддерживающего инициативу обвинения во время работы Специальной комиссии. По общему правилу юридической практики такой представитель должен подать заявление об отказе поддерживать обвинение как лицо, заинтересованное в исходе дела.
       В газете "Правда" от 27 июня 1991 года опубликован проект "Договора о Союзе суверенных государств" (без упоминания конкретных республик). В нем устанавливается, что каждая республика — участник Договора является суверенным государством в составе Союза Советских Суверенных государств (СССР); государства, образующие Союз, обладают всей полнотой политической власти, самостоятельно определяют свое национально-государственное и административно-территориальное устройство, систему органов власти и управления; являются полноправными членами международного сообщества, сохраняют право свободного выхода из Союза в порядке, установленном участниками Договора и закрепленном в Конституции и законах Союза; Союз Советских Суверенных Республик выступает в международных отношениях в качестве суверенного государства, субъекта международного права — преемника Союза Советских Социалистических Республик; в целях обеспечения непрерывности государственной власти и управления высшие законодательные, исполнительные и судебные органы Союза Советских Социалистических Республик сохраняют свои полномочия впредь до сформирования высших государственных органов Союза Советских Суверенных Республик в соответствии с настоящим Договором и новой Конституции СССР.
       В той же газете 3 августа 1991 года опубликовано выступление М. С. Горбачева по телевидению, озаглавленное "Союзный договор открыт к подписанию". В нем говорится, что руководителям делегаций республик направлено письмо с предложением открыть Договор для подписания с 20 августа 1991 года. При этом имеется в виду, что первым Договор подпишут делегации Российской Федерации, Казахстана и Узбекистана. Затем, через определенные промежутки времени — представители других республик, которым еще предстоит определить свою позицию (Армения, Молдова, Грузия, Латвия, Литва, Эстония). Такой порядок даст возможность Верховному Совету Украины завершить рассмотрение проекта.
       Договор предполагает преобразование Союза на основе преемственности и обновления в демократическую федерацию равноправных советских суверенных республик; подтверждает, что обновленная федерация является правопреемником Союза Советских Социалистических Республик.
       Таким образом, уже в августе 1991 года Союз Советских Социалистических Республик должен был прекратить свое существование.
       Как известно, 20 августа из-за создания и деятельности лидерами союзных структур ГКЧП и последовавших затем событий подписание нового союзного Договора было сорвано.
       В республиках, входивших в состав Союза ССР, стали быстро развиваться центробежные процессы, свидетельствовавшие о фактическом развале государства:
       25 августа 1991 года на внеочередной сессии Верховного Совета Украины были провозглашены ее независимость и образование самостоятельного украинского государства. Согласно постановлению ВС УССР, Вооруженные Силы СССР на территории Украины (три военных округа и Черноморский флот) были переподчинены Верховному Совету Украины; в ее полную собственность переданы предприятия союзного подчинения (40% производственного потенциала республики); решено в ближайшее время создать свою национальную гвардию, ввести собственные деньги и обеспечить их конвертируемость.
       В тот же период:
       — депутаты парламента Беларуси включили в повестку дня сессии вопрос о придании Декларации о государственном суверенитете БССР статуса конституционного закона;
       — Верховный Совет Казахстана создал Совет Безопасности Казахской ССР и внес соответствующие изменения в Конституцию; Правительству республики поручено расширить самостоятельность внешнеэкономической деятельности, сформировать свой золотой, алмазный и валютный фонды, обеспечить информационную самостоятельность;
       — Президиум Верховного Совета Узбекистана начал подготовку проекта закона о государственной независимости республики; Президент Узбекской ССР издал указ о передаче МВД и КГБ республики под юрисдикцию Узбекистана;
       — Президент Киргизии заявил о необходимости создания в республике национальной гвардии и необходимости тщательной доработки проекта союзного Договора.
       Анализ общественно-политических событий в республиках Союза ССР в период, предшествовавший подписанию Беловежских соглашений, а также действовавших тогда отдельных законов свидетельствует о том, что создание Содружества Независимых Государств объективно явилось логическим завершением процессов, происходивших в Союзе ССР и входивших в него республиках.
       Таким образом, участие Президента России в подготовке и подписании Беловежских соглашений не противоречило союзному и российскому законодательству и не может квалифицироваться по статьям уголовных кодексов РСФСР и РФ за отсутствием события преступления.
       Соглашение о создании Содружества Независимых Государств от 8 декабря 1991 года (т. н. Беловежские соглашения) было ратифицировано представительными органами власти субъектов Договора. Подтверждением этому, в частности, служит постановление Верховного Совета РСФСР #2014-1 от 12 декабря 1991 года. В нем Верховный Совет РСФСР обратился ко всем государствам — бывшим союзным республикам СССР, разделяющим идеи Соглашения независимо от их национальных, религиозных и иных различий, с предложением присоединиться к СНГ для взаимовыгодного сотрудничества в интересах всех народов.
       Приведенные в выводах комиссии ссылки на семь Указов Президента РСФСР, изданных в 1991 году, якобы подтверждающих "действия Б. Н. Ельцина по организации заговора с целью захвата союзной власти и имеющих осознанный, целенаправленный характер", являются необоснованными, так как были направлены на лишение ГКЧП возможностей осуществить заговор с целью захвата союзной власти.
       С учетом изложенного оценку члена Специальной комиссии Е. Б. Мизулиной о несостоятельности обвинения против Президента РФ (первый пункт) следует признать правильной.
       
Расстрел парламента
       По второму пункту обвинения против Президента РФ — в связи с событиями сентября--октября 1993 года в г. Москве.
       Комиссия считает установленным, что Президент РФ Б. Н. Ельцин в сентябре--октябре 1993 года по сговору с другими лицами организовал и совершил захват государственной власти народных депутатов РФ путем насильственного прекращения деятельности Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ; 21 сентября 1993 года издал и обнародовал Указ #1400 "О поэтапной конституционной реформе в РФ", которым прервал осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций упомянутыми органами, а именно:
       а) заговор с целью захвата власти (статья 64 УК РСФСР, статья 278 УК РФ);
       б) превышение власти или служебных полномочий, сопряженное с насилием, применением оружия, мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями (часть 2 статьи 171 УК РСФСР, часть 2 и часть 3 статьи 286 УК РФ);
       в) умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах (пп. "в", "д", "з", "н" статьи 102 УК РСФСР, пп. "а", "б", "с", "ж" статьи 105 УК РФ).
       Однако анализ, предшествовавший этому событию, социально-политической обстановки в стране, нормотворческой деятельности Верховного Совета и Президента РФ показывает следующее.
       12 июня 1990 года I Съезд народных депутатов РСФСР принял Декларацию о государственном суверенитете РСФСР. Пункт 15 указанного документа гласил, что Декларация является основой для разработки новой Конституции РСФСР, заключения Союзного Договора и совершенствования республиканского законодательства.
       Проведенный в Российской Федерации в марте 1991 года всенародный референдум подтвердил волю граждан о необходимости введения поста Президента РФ. На основании этого Верховным Советом РСФСР 24 апреля 1991 года был принят Закон "О Президенте РСФСР", в статье 1 которого установлено, что "Президент РСФСР является высшим должностным лицом РСФСР и главой исполнительной власти в РСФСР".
       Однако в дальнейшем в механизме работы органов высшей законодательной власти стали проявляться противоречия, препятствующие реализации волеизъявления избирателей. Так, начавший работу в июле 1991 года V (внеочередной) Съезд народных депутатов РСФСР, вследствие серьезных разногласий между депутатскими группами по поводу кандидатуры на освобожденный Б. Н. Ельциным после избрания его Президентом России пост Председателя Верховного Совета РСФСР, не смог вовремя закончить свою работу, в результате чего был объявлен перерыв до октября-ноября 1991 года.
       Деятельность Верховного Совета РСФСР также оказалась малоэффективной, что признал Председатель Верховного Совета Р. Хасбулатов, который, выступая на одной из сессий Верховного Совета, "...призвал к прекращению 'возни и склок', подрыву Верховного Совета изнутри. И далее отметил, что есть целый блок законов, которые необходимо принять,— на то есть прямые поручения Съезда. А их проработка комитетами и комиссиями тормозится..." ("Российская газета", 10 июня 1992 года, статья "Демократия без оппозиции — это плутократия").
       В связи с неудовлетворительной законотворческой деятельностью Верховного Совета и Съезда народных депутатов в упомянутый период Президент РФ был вынужден важнейшие стороны социально-экономической и политической жизни страны регулировать своими указами. Это, в свою очередь, вызвало негативную реакцию со стороны руководства Верховного Совета. Подобное противостояние не могло не вызвать чувства тревоги и беспокойства в обществе, в политических партиях и общественных организациях, несло угрозу конституционному строю РФ.
       Сложившаяся ситуация стала предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ, который 5 марта 1993 года обсудил вопрос "О состоянии конституционной законности в Российской Федерации". В своем послании Верховному Совету Конституционный Суд констатировал, что "основная угроза конституционному строю России заключается в усиливающейся конфронтации законодательной и исполнительной властей...".
       Конституционный Суд, кроме того, информировал Верховный Совет о том, что "рассмотренные им в 1992-1993 гг. дела убедительно доказывают, что тенденцией стали превышение своих полномочий законодательной и исполнительной властями, вторжение в компетенцию друг друга, а также в полномочия судебной власти, нарушения процедурных правил, обеспечивающих разделение властей и их сбалансированность, стремление властей не к взаимодействию, а к обособлению" ("Российская газета", 11 марта 1993 года).
       Подобное противостояние властей происходило на фоне развивающегося кризиса в экономике, нарушения экономических и социальных прав граждан, стремительного роста уровня преступности, коррупции в государственном аппарате, возникновения межнациональных конфликтов.
       Чтобы остановить развитие этих негативных процессов в обществе и государстве, необходимо было организовать эффективную работу в целом государственном механизме, всех ветвей власти с четким разделением полномочий между ними.
       Основой для решения данной проблемы должна была стать новая Конституция РФ. В связи с этим Президент России, действуя в точном соответствии с Декларацией о государственном суверенитете России, 20 мая 1993 года издал Указ #718 "О созыве Конституционного совещания и завершении подготовки проекта Конституции РФ".
       Указом предусматривалось в целях завершения подготовки представленного Президентом России проекта Конституции РФ созвать 5 июня 1993 года в г. Москве упомянутое совещание с включением в его работу представителей федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, местного самоуправления, политических партий, профсоюзных, молодежных и иных общественных организаций, массовых движений и религиозных конфессий, товаропроизводителей и предпринимателей.
       Однако из-за противодействия со стороны ВС деятельность Конституционного совещания была фактически парализована, работа над проектом новой Конституции приостановлена. Вместо активного участия в этом процессе ВС пошел по пути принятия многочисленных поправок и дополнений в действующую с 1978 года Конституцию РСФСР, положения которой уже не могли надежно регулировать реально сложившиеся в России общественно-политические и экономические отношения.
       В этих условиях Президент РФ Б. Н. Ельцин принял решение осуществить поэтапную конституционную реформу в РФ. При этом он опирался на результаты всероссийского референдума, проведенного в соответствии с решением Съезда народных депутатов РФ 25 апреля 1993 года. Итоги этого референдума наглядно показали, что доверие Президенту России и одобрение проводимой им и Правительством РФ социально-экономической политики высказало большинство российских граждан.
       В сложившихся условиях Президент России, используя свое право, закрепленное в ст. 8 закона "О Президенте РСФСР" и действуя как высшее должностное лицо государства и глава исполнительной власти, издал и обнародовал 21 сентября 1993 г. Указ #1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации".
       Содержащиеся в Указе положения опровергают утверждения комиссии о наличии у Президента России умысла на захват власти.
       Так, в пунктах 3-5 этого документа говорится: "Ввести в действие положение 'О выборах депутатов Государственной Думы', разработанное народными депутатами Российской Федерации и Конституционным совещанием; провести в соответствии с указанным положением выборы в Государственную Думу Федерального собрания Российской Федерации; назначить выборы в Государственную Думу Федерального собрания Российской Федерации на 11-12 декабря 1993 года. Федеральному собранию рассмотреть вопрос о выборах президента Российской Федерации".
       Указом не были ущемлены также интересы российских граждан, поскольку им гарантировались установленные Конституцией и законами права и свободы граждан Российской Федерации и устанавливалось, что Конституция Российской Федерации, законодательство Российской Федерации и субъектов Российской Федерации продолжают действовать в части, не противоречащей настоящему указу.
       Таким образом можно констатировать, что у Президента РФ Б. Н. Ельцина в период рассматриваемых событий отсутствовал умысел присвоения себе полномочий законодательной власти. В своих действиях он не вышел за рамки предоставленной ему законодательством России компетенции, в связи с чем выводы комиссии о наличии в них признаков заговора с целью захвата власти неправомерны.
       Пунктом "а" статьи 64 УК РСФСР предусмотрено в качестве одной из форм измены Родине заговор с целью захвата власти, то есть сговор двух и более лиц о совместной деятельности по захвату власти с обязательным наличием у соучастников цели изменить существующий государственный и общественный строй, либо действия лиц, которые из карьеристских побуждений сорганизовались для замены неконституционным путем законно избранных или назначенных руководящих деятелей государства.
       В материалах комиссии не содержится каких-либо доказательств (доводов) о совершении Президентом России указанных действий либо о наличии у него подобных целей, в связи с чем упомянутая квалификация является неправомерной.
       По аналогичным причинам нельзя квалифицировать действия Президента России и по новой статье 278 УК РФ ("насильственный захват власти или насильственное удержание власти"), поскольку "предшественницей" этой нормы была в УК РСФСР названная выше форма измены Родине.
       В отношении вывода комиссии о превышении Президентом Российской Федерации власти или служебных полномочий, сопряженных с насилием, применением оружия, мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями, необходимо учесть следующее.
       Как уже отмечено выше, сама логика развития событий вынудила Президента Российской Федерации издать Указ от 21 сентября 1993 года #1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации", которым было предусмотрено исключительно мирное, постепенное и спокойное реформирование структуры государственной власти в Российской Федерации.
       Однако руководство ВС РСФСР, вопреки выраженной на апрельском референдуме воле большинства российских граждан и в ущерб их интересам, не поддержало мирные инициативы Президента России. В обстановке противостояния законодательной и исполнительной ветвей власти Р. Хасбулатов, вице-президент А. Руцкой и ряд лиц из числа их единомышленников фактически спровоцировали массы людей на несанкционированные демонстрации в свою поддержку, организовали вооруженный захват московской мэрии и телецентра в Останкино. В результате этих акций имелись жертвы среди представителей правоохранительных органов и мирного населения.
       Сложившаяся ситуация обязывала Президента России в полной мере использовать конституционные полномочия, то есть принять меры по обеспечению государственной и общественной безопасности (п. 11, ст. 121-5 Конституции РФ). Более того, в этих условиях Президент Российской Федерации действовал в состоянии крайней необходимости, вследствие чего был вынужден принимать ряд мер для устранения опасности, угрожающей интересам государства, общественным интересам, личности и правам граждан, причем эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена другими средствами, и причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный (ст. 14 УК РСФСР и ст. 39 УК РФ).
       Октябрьские события 1993 года в Москве принимали характер массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами, разрушениями, поджогами и другими антиобщественными действиями. Только решительные меры органов правопорядка, в условиях объявленного Президентом России чрезвычайного положения, позволили их пресечь, в связи с чем эти действия необходимо признать законными и своевременными.
       Вывод комиссии о выдвижении против Президента Российской Федерации обвинения в совершении умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах (пп. "в", "д", "з", "н" ст. 102 УК РСФСР, пп. "а", "б", "с", "ж" ст. 105 УК РФ) не обоснован.
       Общеизвестно, что исполнителем данного преступления в ходе рассматриваемых событий Б. Н. Ельцин не являлся. Более того, комиссия не смогла указать на его роль ни в качестве организатора преступления, ни подстрекателя, ни пособника.
       Налицо, таким образом, так называемое "объективное вменение" по последствиям имевших место событий, которое в уголовном праве признается ничтожным, не подлежащим рассмотрению обстоятельством при формулировании обвинения.
       Рассматривая заключение комиссии, нельзя не отметить и ее ошибочную позицию о неприменении к Президенту России постановления Государственной Думы от 23 февраля 1994 года "Об объявлении политической и экономической амнистии".
       По мнению комиссии, действие акта амнистии распространяется только на лиц, привлеченных к ответственности за "участие в событиях" сентября--октября 1993 года, причем связанных с изданием Указа #1400. Действия же Президента России комиссия оценивает как деятельность по организации этих событий и на этом основании считает невозможным применение к этому акта амнистии.
       Между тем ст. 33 УК РФ (ранее ст. 17 УК РСФСР) устанавливает, что соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник. Поэтому позиция комиссии по искусственному разделению действия амнистии на одних лиц и неприменению ее к другим прямо противоречит нормам действующего и действовавшего в рассматриваемый период законодательства. В постановлениях об объявлении акта амнистии и порядке его применения такие ограничения также отсутствуют.
       При условии признания обоснованным выдвижение против Президента России обвинения по данному пункту в совершении тяжких преступлений, расследование которых, как указано выше, должно проводиться в рамках уголовных дел, комиссия обязана была обратиться и к нормам уголовно-процессуального права. Так, статья 5 УПК РСФСР в числе обстоятельств, исключающих производство по уголовному делу предусматривает: "Уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное дело подлежит прекращению вследствие акта амнистии, если он устраняет применение наказания за совершенное деяние..."
       Таким образом, упомянутые нормы УПК и акт амнистии Государственной Думы устраняют саму возможность уголовного преследования за участие в событиях сентября--октября 1993 года, независимо от вида (формы) этого соучастия.
       
Война в Чечне
       По третьему пункту обвинения против Президента Российской Федерации — в связи с военными действиями на территории Чеченской Республики.
       Специальная комиссия подтвердила обоснованность обвинения против Президента Российской Федерации и подготовила заключение о том, "что в действиях Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с осуществлением военных действий на территории Чеченской Республики, содержатся признаки тяжкого преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 171 УК РСФСР (ч. 2 и ч. 3 ст. 286 УК РФ).
       Комиссия в своем заключении констатировала, что "в 1991-1994 годах на территории Чеченской Республики возникла чрезвычайная ситуация... В республике начались массовые нарушения прав человека". В то же время ею не приведено никаких фактических данных об этом, хотя для объективной оценки происходивших событий была настоятельная необходимость.
       По имеющимся данным, в указанный период имели место массовая гибель гражданского населения, захват и удержание заложников из их числа, террор со стороны незаконных вооруженных формирований. Чечено-Ингушетию покинуло более 200 тысяч человек. В России официально было зарегистрировано 83,3 тысячи беженцев и вынужденных переселенцев из Чечни только за 1992-1994 гг.
       Таким образом, в условиях незаконного захвата власти в Чеченской Республике сепаратистски настроенными лидерами национал-радикального движения, существования на ее территории большого количества бандформирований и развязанного этими формированиями террора против мирного населения перед Президентом Российской Федерации остро встала задача восстановить конституционную законность и правопорядок на территории данной республики.
       При этом главе государства пришлось решать данную проблему при отсутствии федерального конституционного закона, предусматриваемого ст. 88 Конституции Российской Федерации и регламентирующего вопросы, связанные с введением военного или чрезвычайного положения. В этих условиях единственным действенным правовым инструментом для обеспечения законности, правопорядка и общественной безопасности на территории Чеченской Республики, которым располагал в то время Президент Российской Федерации, являлся институт крайней необходимости.
       Данный правовой институт (статья 14 УК РСФСР или статья 39 УК РФ) предусматривает, что не является преступлением действие, хотя и содержащее признаки уголовного преступления, если оно совершено для устранения опасности, угрожающей интересам государства, общественным интересам, личности или правам данного лица или других граждан, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена другими средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.
       С учетом этого Президент России обоснованно издал указы, которые рассмотрены Специальной комиссией как нарушение законодательства.
       Более того, издание этих указов признано постановлением Конституционного Суда от 31 июля 1995 года #10-П соответствующими Конституции Российской Федерации.
       Таким образом, комиссия нарушила статью 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", предусматривающую обязательную юридическую силу решений этого суда, так как квалифицировала заведомо правовые действия Президента Российской Федерации как преступление.
       Эта оценка действий комиссии вытекает непосредственно из содержания статьи 79 (юридическая сила решения) указанного закона:
       "Решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения.
       Решение Конституционного Суда Российской Федерации действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Юридическая сила постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта.
       Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; признанные не соответствующими Конституции Российской Федерации не вступившие в силу международные договоры РФ не подлежат введению в действие и применению. Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных конституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях.
       В случае, если признание нормативного акта неконституционным создало проблему в правовом регулировании, непосредственно применяется Конституция Российской Федерации".
       
Ослабление обороноспособности
       По четвертому пункту обвинения против Президента РФ — в связи с совершением им действий, приведших к ослаблению обороноспособности и безопасности РФ.
       По данному пункту группой депутатов в количестве 218 человек выдвинуто обвинение против Президента РФ в государственной измене (статья 275 УК РФ).
       Специальная комиссия не установила признаков этого состава преступления и в своем заключении обосновано отметила, что "не считает возможным выдвижения против него обвинения в государственной измене".
       В то же время комиссия в своем заключении превысила свои полномочия и вопреки определенным Регламентом Государственной Думы обязанностям неправомерно переквалифицировала действия Президента РФ со статьи 275 УК РФ на часть 2 статьи 170 УК РСФСР и части 2, 3 статьи 285 УК РФ.
       Тем самым комиссия численностью 15 депутатов взяла на себя право инициативы выдвигать обвинение против Президента РФ, которым обладают не менее одной трети от общего числа депутатов (статья 93 Конституции РФ).
       Так, статья 178 Регламента Государственной Думы Федерального Собрания РФ, принятого постановлением от 22 января 1998 года #2134-II ГД, определяет исчерпывающий перечень полномочий Специальной комиссии:
       "1. Специальная комиссия проверяет обоснованность выдвижения обвинения против Президента РФ, соблюдение кворума, необходимого для выдвижения обвинения, правильность подсчета голосов, а также соблюдение других процедурных правил, установленных настоящим Регламентом, до принятия Государственной Думой решения о выдвижении обвинения. 2. Специальная комиссия заслушивает на своих заседаниях лиц, которые могут сообщить факты, положенные в основу предложения о выдвижении обвинения, рассматривает соответствующие документы, заслушивает представителя Президента РФ. Заключение специальной комиссии о наличии фактических обстоятельств, положенных в основу предложения о выдвижении обвинения, и о соблюдении процедуры выдвижения такого обвинения принимается большинством голосов членов комиссии. "Однако в процессе проверки обоснованности выдвинутого обвинения Специальная комиссия, оценивая конкретные действия Президента РФ, усмотрела в них "признаки злоупотребления должностными полномочиями, то есть преступления, предусмотренного частью 2 статьи 170 УК РСФСР и частями 2, 3 статьи 285 УК РФ".
       Между тем оценка действий Президента РФ применительно к статьям УК РФ, не указанным в пункте 4 выдвинутого обвинения, Регламентом Государственной Думы, как отмечено выше, не отнесена к компетенции Специальной комиссии.
       Поэтому Заключение Специальной комиссии в части, касающейся аргументации "злоупотребления Президентом РФ Б. Н. Ельциным должностными полномочиями" и выводов, содержащихся в заключении по четвертому пункту обвинения о наличии в его действиях тяжкого преступления, предусмотренного частями 2 и 3 статьи 285 УК РФ, имеет ничтожное правовое значение, как принятое с нарушением процедуры правил, установленных Постановлением Государственной Думы от 22 января 1998 г. #2134-II ГД, так и по существу оценки состояния Вооруженных Сил РФ и отсутствия причинной связи в них с действиями Президента РФ.
       Более того, вывод Специальной комиссии о том, что "Президент РФ Б. Н. Ельцин предвидел возможность наступления тяжких последствий... и сознательно допускал их наступление" отражает то, что Специальная комиссия усмотрела в действиях Президента наличие косвенного умысла.
       Однако статья 170 УК РСФСР и статья 285 УК РФ не предполагают уголовной ответственности, если в действиях лица нет вины в форме прямого умысла. Следовательно, выдвижение обвинения в совершении указанного преступного деяния с косвенным умыслом является юридически несостоятельным и противоречащим действующему уголовному законодательству.
       Помимо прямого умысла Президента, направленного на наступление тяжких последствий, для признания в его деятельности признаков преступления, предусмотренного частями 2 и 3 статьи 285 УК РФ. Специальная комиссия должна была бы обратить внимание на наличие обязательного квалифицирующего признака данного состава преступления в виде мотива злоупотребления им своими должностными обязанностями, выражающегося в осуществлении действий с корыстной или иной личной заинтересованностью. Корыстная заинтересованность должна выражаться в стремлении обвиняемого извлечь для себя или других лиц незаконную имущественную выгоду в результате злоупотребления своими должностными обязанностями. Однако какие-либо доводы относительно мотивов совершения Президентом исследуемых действий в Заключении отсутствуют. Отсутствие указанного мотива означает отсутствие указанного состава преступления.
       Если отсутствует состав преступления, то никакое уголовное преследование не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению во всякой стадии процесса (пункт 2 статьи 5 УПК РСФСР).
       С учетом изложенного особое мнение членов комиссии С. А. Попова, Е. Б. Мизулиной, Л. В. Побединской и В. Г. Степанкова об отсутствии в действиях Президента РФ по данному пункту является верным и полностью согласуется с действующим законодательством.
       
Геноцид российского народа
       По пятому пункту обвинения против Президента РФ — в связи с совершением им действий, приведшим к геноциду российского народа.
       В Заключении по этому пункту обвинения изложены доводы комиссии о том, что в деянии Президента РФ якобы содержатся признаки преступления, предусмотренного статьей 357 (геноцид) УК РФ.
       В обосновании своей позиции комиссия приводит данные Госкомстата РФ о том, что в период 1992-1997 годов (в отдельных случаях данные приводятся на период 1997 год — ноябрь 1998 года) в России произошло резкое сокращение численности населения, ухудшились условия жизни граждан, рост денежных доходов отстал от роста стоимости прожиточного минимума, систематически не выплачивается заработная плата, пенсии и пособия. Одновременно устойчиво сокращался спрос на рабочую силу, увеличивался удельный вес платной медицины и образования, росли цены на коммунальные услуги, проезд на транспорте, продукты питания, в страну вернулось и осело большое количество вынужденных переселенцев. Негативное влияние на демографические процессы оказало постоянно ухудшающееся состояние отечественного здравоохранения, рождаемость упала ниже уровня простого воспроизводства населения, возросла смертность в трудоспособных возрастах, снизилась средняя продолжительность жизни. Бедственное положение большой части российского народа усугубилось обесцениванием денежных сбережений, в результате осуществления мер по либерализации цен и приватизации государственного имущества большинство граждан лишились их, а также своей доли в государственной собственности. Введение анонимных приватизационных чеков создало благоприятные условия для многочисленных финансовых афер и других злоупотреблений, привело к сокращению размера и гарантий социальных выплат, снижению реального уровня жизни населения, дальнейшему отчуждению большинства граждан страны от участия в приватизационном процессе, лишило их своей доли государственной собственности, обеспечило передачу государственных предприятий в собственность сравнительно небольшой группы российских и иностранных граждан.
       Анализ доводов комиссии по данному пункту обвинения показывает, что к рассмотрению этого вопроса комиссия подошла односторонне и не учла целый ряд положений Конституции РФ.
       В частности, анализ статей 80, 83, 103, 106, 110, 111, 113, 114, 117 и ряда других Конституции РФ позволяет сделать вывод, что наряду с Президентом России в выработке и реализации внешней и внутренней политики страны участвуют в пределах своей компетенции и с использованием различных правовых механизмов все ветви власти, в том числе Государственная Дума, Совет Федерации, Правительство, Конституционный Суд, Верховный Суд, субъекты РФ, федеральные министерства и ведомства, Центральный банк, другие центральные органы (к числу таких органов в рассматриваемый комиссией период следует отнести также Съезд народных депутатов РСФСР и Верховный Совет РСФСР).
       Вся их деятельность (как отраслевая, так и совместная) должна соответствовать основной цели государственной политики, закрепленной в первой части статьи 7 Конституции РФ: "Российская Федерация — социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека".
       Президент России определяет не основы внутренней и внешней политики страны, как указано в Заключении комиссии, а их основные направления, которые формулируются и публично доводятся до Федерального Собрания в его ежегодных посланиях (часть 3 статьи 80 Конституции РФ).
       В случае, если указы Президента РФ противоречат Конституции и законам РФ, они могут быть опротестованы через Конституционный Суд.
       При издании указов Президент опирался на высшие органы законодательной и исполнительной власти и выражал их общую волю в осуществлении социально-экономических преобразований. Иными словами, ответственность за действительно сложную экономическую, финансовую и социально-политическую обстановку, сложившуюся в России в рассматриваемый период, в равной степени ложится на все высшие органы государственной власти, в том числе и на тот из них (Государственная Дума), представители которого выдвинули обвинения против Президента РФ.
       Понятие "геноцид" в качестве уголовно наказуемого деяния появилось лишь с изданием нового УК РФ — в статье 357 УК РФ. Действовавший до него УК РСФСР подобной нормы не содержал.
       В этой связи следует констатировать, что комиссией не выполнены требования части 1 статьи 9 УК РФ, согласно которой "преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения данного деяния", а также отмеченной выше статьи 10 УК РФ, предусматривающей положение о том, что "уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет".
       Таким образом, квалификацию комиссии действий Президента РФ в период до 1 января 1997 года по признакам преступления, предусмотренного статьей 357 УК РФ, следует признать неправомерной, а за период после этой даты — ошибочной.
       Из статьи 15 Международного пакта о гражданских и политических правах усматривается также, что:
       "1. Никто не может быть признан виновным в совершении какого-либо уголовного преступления вследствие какого-либо действия или упущения, которое, согласно действовавшему в момент его совершения внутригосударственному законодательству или международному праву, не являлось уголовным преступлением. Главным образом, не может назначаться более тяжкое наказание, чем то, которое подлежало применению в момент совершения уголовного преступления. Если после совершения преступления законом устанавливается более легкое наказание, действие этого закона распространяется на данного преступника.
       2. Ничто в настоящей статье не препятствует преданию суду и наказанию любого лица за любое деяние или упущение, которые в момент совершения являлись уголовным преступлением согласно общим принципам права, признанным международным сообществом".
       По причинам превышения полномочий комиссией, описанным в разделе настоящего документа в четвертом пункте обвинения, следует признать неправомерным выдвижение комиссией обвинения по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 285 УК РФ.
       
Таким образом, анализ материалов Специальной комиссии дает основания сделать следующие выводы:
       1. В подготовленных комиссией обосновании и заключениях об оценке обоснованности обвинения, выдвинутого против Президента Российской Федерации, отсутствуют признаки совершения Президентом России государственной измены и других тяжких преступлений.
       2. Специальная комиссия не является по закону субъектом, наделенным правом квалификации действий лиц, виновных в совершении преступлений.
       3. Подготовленные Специальной комиссией документы носят не правовой, а политический характер, что не может быть положено в основу для решения вопроса о возбуждении уголовного дела и выдвижения обвинения против Президента Российской Федерации с целью отрешения его от должности.