Закончился почти восьмимесячный отпуск бывшего вице-премьера, министра внутренних дел АНАТОЛИЯ КУЛИКОВА. О том, где он будет искать работу и чем намерен заниматься, генерал рассказал корреспонденту Ъ РОМАНУ Ъ-КОСТИКОВУ. Это первое интервью, которое Анатолий Куликов дал после отставки.
— Ваше увольнение было для вас неожиданностью?
— Сработала давно установившаяся порочная схема в нашем государстве, когда на протяжении длительного времени президент поддерживает, а потом получается так, как случилось со мной 23 марта. Позвонил мне Валентин Юмашев по телефону часов около 9 утра и сказал: "Анатолий Сергеевич, подписан указ о вашем освобождении". Вот и все. Я ушел в отпуск. Мне посчитали кадровики с учетом неиспользованных дней за прошлые годы — 218 суток. Сейчас отпуск кончился, и я уже не получаю денег на содержание.
— Сейчас вы не жалеете, что взяли на себя вице-премьерство?
— Не я брал, мне предложил это Черномырдин, исходя из крайней необходимости пополнения доходной части бюджета страны. Я нисколько не жалею. За 97-й год, по нашим оценкам, мы дособрали в бюджет около 11 трлн рублей. И это только благодаря выполнению разработанного мною плана.
— Ваше вице-премьерство рассматривалось тогда как сосредоточение очень многих структур в одних руках. Говорят, именно поэтому вас и отправили в отставку специальным указом.
— Трудно сказать. Дело в том, что вице-премьерство использовалось мною еще и для расширения оперативных возможностей в борьбе с организованной преступностью. Вот пример АвтоВАЗа: операция "Циклон", в результате которой за полтора-два месяца была разрушена формировавшаяся годами оргпреступность на территории автогиганта.
— В правительстве вас считали человеком Березовского.
— Я не знаю, почему меня считали человеком Березовского, я никогда не был ничьим человеком. Я был должностным лицом, выполняющим функциональные обязанности министра внутренних дел. И для меня никаких авторитетов не было — ни Березовского, ни других представителей финансовых кругов абсолютно. И как раз некоторые из этих представителей финансовых кругов и способствовали тому, чтобы освободить меня от занимаемой должности.
— Кто именно?
— Я знаю, но не хотел бы называть фамилии. Некоторые из них остались олигархами, а некоторых "ушли" с той же формулировкой, что и меня.
— Вы поддерживаете отношения с Березовским?
— Никаких абсолютно отношений. За время моего отпуска у нас была одна встреча с Борисом Абрамовичем, в начале сентября.
— Когда Черномырдин должен был вернуться в правительство?
— Да. Но речь шла о других проблемах: Березовский хотел получить информацию о СНГ, поскольку я в Белоруссии долгое время работал. Другие вопросы мы не обсуждали.
— Ходят упорные слухи, что вам буквально на днях предлагали возглавить налоговую полицию, а вы отказались.
— Это не соответствует истине: мне не предлагали возглавлять налоговую полицию.
— А что предлагали?
— Был разговор, некоторые должности предлагали, которые не устраивают меня в силу того, что я жду предложений, которые бы соответствовали моему опыту, моим знаниям.
— А как вы оказались в движении Юрия Лужкова "Отечество"? Кто вас позвал?
— Я возглавляю общественную организацию "Ратники Отечества", которая создана по инициативе группы ветеранов правоохранительных органов, вооруженных сил. Что касается организации Лужкова, то меня пригласили в оргкомитет этой организации на учредительную конференцию.
— Кто?
— Юрий Михайлович Лужков. Я поприсутствовал на учредительном съезде, внимательно изучил программные документы, устав изучил, послушал доклад и хочу сказать, что в принципе воспринимаю и разделяю точку зрения и идеологию центристской позиции, которая отмежевывается от крайностей. Не меняет основного рыночного вектора развития экономики страны, а ведет речь о государственном контроле над частью национально ориентированной экономики, социальной защите людей, построении правового государства. Меня эти три направления вполне устраивают. И конечно же, если мне будет предложено в перспективе работать — я соглашусь. Мы даже готовы, рассмотрев это предварительно на своем собрании, на правах коллективного члена войти в это "Отечество".
— С Лужковым вы встречались после отставки?
— Я встречался с ним дважды в Кремле, на приемах,— 9 мая и 12 июня. Встречался в период работы этого съезда. Мы и раньше знали друг друга хорошо, потому что работать в Москве, возглавлять ведомство и не быть знакомым или быть на расстоянии от мэра — это нереально.
— У вас были какие-нибудь с ним договоренности на будущее, что-то он вам предлагал?
— Нет, никаких договоренностей, никакого торга на этот счет ни с кем никогда не велось. И потом — что он может предлагать? Мэр города, хоть он и мэр столицы... Я просто благодарен ему за то, что он единственный, кто после моей отставки дважды высказался в мою поддержку. Ведь никто другой ни из состава прежнего правительства, ни из ныне занимающих высокие посты не сказал ни одного слова. Это сделал только Лужков.
— Как вы оцениваете сейчас работу Степашина, министра, который пришел вам на смену?
— Я просто не считаю корректным давать оценку — это с моей стороны будет проявлением отсутствия этики. Я не могу этого сделать, это должен сделать его непосредственный руководитель, но ни в коем случае не человек, которого он сменил.