--Василий Константинович, правда, что вы написали письмо Борису Ельцину с просьбой о защите?
— Нет, ничего я не писал. Я просто в "Народной воле" (белорусская оппозиционная газета.— Ъ) сказал, что, пользуясь случаем, обращаюсь...
--Реакция была?
— С российской стороны — нет.
--А с белорусской?
— ...
— Какая ситуация в "Рассвете" сегодня?
— Я нахожусь под домашним арестом.
— То есть, вы все же арестованы?
— Формально нет. Но вчера мой дом охранялся ОМОНом. Сегодня вроде нет. Жена говорит, не видела их сегодня.
— А что за проблемы с 10 неубранными га пшеницы?
— На самом деле было брошено не 10 га пшеницы, а 11 га посевов ржи. Дождливый год долго не позволял подступиться с техникой к этой земле. И за это время вырос клевер, который был засеян на этих площадях ранее. Вот мы и решили эту кормовую смесь пустить на подкорм скота. В конце концов, план перед государством давно выполнен.
— Кто сейчас руководит "Рассветом"?
— Мой заместитель, которого я хотел увольнять, потому что плохо работает. Не знаю, как пойдут дела. Сегодня приехали представители голландской фирмы заключать контракт на поставку оборудования. Узнав, что меня нет, они и разговаривать не стали, потому что всегда работали именно со мной и мне доверяли.