По профессии я — снегурочка

Те, кто ошибочно полагает, что от советских времен у нас ничего не осталось, просто забыли про Снегурочку. Даже если вы не можете больше выносить Мягкова в "Иронии судьбы" и диетолог разучил вас любить оливье, вам Снегурочку ни отменить, ни выбросить. Вот смотрите: десятки искусственно привитых праздников прижились как миленькие. Мрачный Хэллоуин с сусальным Днем святого Валентина, Дни благодарения, матери, много чего еще. У каждого своя символика и свой набор клишированных радостей — от сердечек до фасонистых костюмов разномастных уродцев. Кто из нас не праздновал католическое Рождество и католическую же Пасху? Мир с подстершимися границами унифицирует все происходящее, приводя к общему знаменателю и праздники тоже,— даже у самых принципиальных нет-нет да и проскочит индейка или панеттоне вместо пасхи. И только Новый год, пожалуй, остается самым национальным из всех русских праздников — без мандаринов, снега, елок и, чего там, оливье будет не на шутку выкручивать любого гражданина, рожденного в СССР, где бы тот ни оказался в последнюю декабрьскую ночь — на Мальдивах или в Лондоне.

Даже самая лучшая в мире компания не спасет. А уж сказочная и подавно. При всем уважении — размякшему и раздобревшему Санта-Клаусу сильно не хватает величавого достоинства Деда Мороза, а суетная компания эльфов не идет ни в какое сравнение со Снегурочкой. Есть, конечно, странноватый западный персонаж под названием Snow Woman, но вы видели когда-нибудь ее костюм? Этой снежной женщине в красном микробархате и с помпонами то тут, то там позавидовали бы самые разбитные из посетительниц клуба "Рай". Другое дело — наша Снегурочка!

Как и 50 лет назад, внучка Деда Мороза компенсирует строгость старшего родственника русой косой и улыбкой и всегда становится едва ли не главной героиней новогодней вечеринки. Не опускаясь при этом до заискивания с публикой, это вам не Руслан в аляске на премьере в "Большом".

Снегурочка остается собой — невозможно представить ее короткостриженой брюнеткой в кожаных легинсах. Только с белоснежной косой, только в шубе с серебряным шитьем.

Мне кажется, что все девочки в детстве (а впрочем, и 30 лет спустя тем более) делятся на тех, кто хочет стать принцессой, и тех, кому милее судьба Снегурочки. С принцессой все ясно: она полдня готовится к балу, потом перебирает точеными ножками по предательски скользкому паркету, кружась в танце с принцем, выходит за него замуж — и дальше, понятно, история умалчивает.

У Снегурочки история позадорнее. Она хоть и приклеена к любимому Дедушке на время праздников, это, однако, не мешает ей рассекать на санях и зажигать, невероятно веселиться то с гостями, то с другими сказочными персонажами. Снегурочка ведь внучка, а не связанная по рукам и ногам сожительница. Если есть профессиональная Снегурочка, то не нужно звать мальчика по кличке Новый Год. Хотя он (тоже наше советское национальное достояние), разумеется, в самый неожиданный момент ворвется на праздник. Кроме интерактива со сказочной труппой у Снегурочки есть четко отведенная ей роль. Спецзадание! Это она распределяет подарки, хотя формально тащит их в мешке Дедушка. Это она задает тон всему происходящему: конкурсы-хороводы — ее забота. Снегурочка, если хотите, идеальный пиар у Дедушки.

Вы спросите, к чему я клоню? Я обо всех этих подробностях знаю не понаслышке: принцессы меня всегда привлекали крайне мало и Нового года я жду куда больше, чем собственного дня рождения. Главная женская роль на новогодних елках всегда была моей заветной мечтой. Увы, в детстве в Снегурки прорваться не удалось, моим высшим достижением тогда была роль немого, но зато исключительно подвижного зайца. Теперь же, когда свирепый художественный руководитель танцевального кружка Дома офицеров мне не указ, я могу быть вот кем пожелаю! И наряжаться внучкой Деда Мороза хоть каждый Новый год.

Что, собственно, я и делаю. За несколько дней до новогодней ночи я отправляюсь вместе с костюмированной компанией друзей-активистов поздравлять детей. Многие из них уверены, что по профессии я Снегурочка. И это высшее признание из всех возможных.