Общий режим под елочку

30 декабря Хамовнический райсуд Москвы огласил резолютивную часть приговора по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Признав их виновными в присвоении и отмывании, судья даже с учетом президентских поправок, смягчающих экономические статьи уголовного кодекса, определил осужденных в колонию общего режима до 2017 года. Именно этого и добивалось гособвинение.

Четверг начался точно так же, как и предыдущие дни оглашения приговора в Хамовническом райсуде: металлические заграждения, милиция и упрямые приставы, снова не пускающие в зал часть журналистов под предлогом того, что «мест больше нет!». Только когда пресс-секретарь суда, наконец, спустилась к стремящимся попасть в зал, места удивительным образом нашлись. Помещение, тем временем, проверила милиция с собакой, затем стражи порядка в какой уже раз убедились и в крепости замка на стеклянном «аквариуме» для подсудимых. В 09.45 в зал завели Ходорковского и Лебедева, которые устало улыбались собравшимся.

Последний, как потом выяснилось день оглашения приговора, судья Виктор Данилкин начал с чтения показания свидетелей. Судья заявил, что Ходорковский и Лебедев «путем обмана добивались положительных аудиторских заключений» для ЮКОСа, цитировал он аудитора «ПрайсвотерхаусКуперс» Дага Миллера. Судья, как и прокуроры на прениях, заявил, что «ПрайсвотерхаусКуперс» потом отозвал свои заключения, потому что был «дезинформирован» ЮКОСом .«Суд считает доказанным, что Ходорковский и Лебедев умышленно предоставляли аудиторам ложную информацию», — отметил господин Данилкин.

Судья, цитируя министра торговли Виктора Христенко и главу Сбербанка Германа Грефа, выступавших свидетелями со стороны защиты, опроверг их заявления их же словами — ЮКОС, перефразировал он мнения свидетелей, снижал цены на нефть с целью хищения. Вообще ко всем показаниям свидетелей защиты суд отнесся «критически», считая их «недостоверными» или «несоответствующими действительности» (собственно, так заявляли и прокуроры в ходе процесса). «Доводы Ходорковского и Лебедева о том, что нефть физически не исчезала и недостачи обнаружено не было, необоснованны», — заявил судья..

«Я считаю, что Виктор Данилкин профессиональный и неглупый человек, и то, что он сегодня говорил, можно было написать только под пытками. Он опорочил свое звание судьи. Видимо, сильно его прижали», — сказала журналистам в перерыве Марина Филипповна, мать Михаила Ходорковского.

После обеда публика, уже поняв, что близится резолютивная часть приговора, забила полностью весь зал заседаний, некоторые даже стояли.

Судья Данилкин, тем временем, скорректировал объем присвоенной нефти, который вменялся подсудимым — с 300 тыс. тонн до 220 тыс. тонн. При этом предложение прокуроров скорректировать объем похищенной нефти судья Данилкин не расценил как отказ от части обвинения. Судья, оценивая доводы защиты по этому поводу, оценил их критически и заявил, что второй процесс идет по другим статьям УК и инкриминируемые преступные деяния, рассматриваемые Мещанским и Хамовническим судом, были совершены в разные временные периоды.

«Суд находит вину Ходорковского и Лебедева полностью установленной», — подытожил судья Виктор Данилкин. По его словам, «исправление» подсудимых возможно лишь в условиях их изоляции от общества».

После еще одного перерыва в зал снова запустили теле- и фотожурналистов. Уже было просто негде встать. Судья объявил, что Ходорковский и Лебедев признаны виновными по статьям 160 и 174 часть 1 (присвоение или растрата, а так же легализацию денежных средств и иного имущества, приобретенных в результате совершения преступления). После этого он назначил каждому из подсудимых наказание. За присвоение нефти «дочерних» предприятий ЮКОСа и выручки от нее, суд назначил Ходорковскому и Лебедеву по 8 лет, за отмывание присвоенного (основная прибыль ЮКОСа была выведена за рубеж на счета офшорных компаний под видом «минимизации расходов») они получили по 9 лет. Путем частичного сложения наказаний оба были приговорены к 13 годам и 6 месяцам колонии общего режима. Окончательный же срок каждому осужденному составил 14 лет, поскольку к новому приговору добавили месяцы заключения, не отбытые ими по первому делу. Срок по второму приговору отсчитывается с 2003 года, когда Михаила Ходорковского и Платона Лебедева впервые взяли под стражу. Если в кассационных инстанциях приговор останется без изменений, то Платон Лебедев выйдет на свободу только в июле 2017 года, а Михаил Ходорковский вообще досидит до октября 2017 года. Отметим, что все попытки выйти условно-досрочно по первому делу у них были обречены на провал. Очевидно, так произойдет и с новым приговором.

«Будьте вы прокляты!», — крикнула мать Ходорковского, обращаясь, наверное, не только к судье, но всем, кто преследовал ее сына. Адвокат Ходорковского Юрий Шмидт, комментируя приговор, заявил, что он не мог быть вынесен без давления властей, прежде всего премьера Путина. Другой защитник экс-главы ЮКОСа Вадим Клювгант сказал, что его подзащитный не будет обращаться к президенту с просьбой о помиловании — это бесполезно, к тому же Ходорковский не признает своей вины. Защитница Платона Лебедева Елена Липцер сказала, что конечно надеялась на лучшее, но эти надежды не оправдались — судья назначил ровно столько, сколько запросили в прениях прокуроры — 14 лет. «Конечно, мы будем обжаловать приговор, — заявила адвокат, — и не только в российских судах, но и в Страсбурге». Другой адвокат Лебедева Константин Ривкин обратил внимание «Ъ» на то, что «три четверти приговора было без изменений взято из обвинительного заключения, а остальная его часть — из выступлений прокуроров в прениях. Комментировать происшедшее хочется исключительно в выражениях, которые в СМИ все равно не опубликуют».

Вечером в эфире радиостанции «Эхо Москвы» глава пресс-службы Мосгорсуда Анна Усачева заявила, что на суд в ходе всего судебного разбирательства по делу Ходорковского и Лебедева оказывалось очень сильное давление. По ее словам, еще до оглашения приговора многие журналисты и общественные деятели высказывались о недоказанности вины подсудимых, что недопустимо. «Более того, за последнее время на различных интернет-форумах стали появляться определенные комментарии к уголовному делу, которые содержали призывы к убийству судьи Виктора Данилкина, который вел процесс по данному делу. Это никак не соотносится с работой СМИ, задача которых – установление истины по делу и информированию граждан о происходящих событиях. Призыв к убийству – это уголовное преступление, предусмотренное нормами Уголовного кодекса», – добавила Усачева.