"Ни размер банков, ни их число не являются самоцелью"
По мнению председателя правления Росбанка ВЛАДИМИРА ГОЛУБКОВА, негативные ожидания в экономике столь велики, что наивно было бы полагать, что кризис минул. И в этом одно из объяснений недостатка активности на рынке M&A.
— Почему не оправдался прогноз на бурный рост рынка M&A в текущем году?
— В 2010 году не следовало ожидать на банковском рынке активности в области M&A, и тому есть несколько причин. Было бы опрометчиво утверждать, что текущий год является посткризисным. Негативные ожидания в связи с экономическими и финансовыми тенденциями — как глобальными, так и российскими — достаточно сильны для того, чтобы хозяйствующие субъекты, особенно банки, ориентировались на пессимистичные сценарии и проявляли консерватизм в отношении крупных сделок. M&A являются в разумной степени оправданной формой роста в фазе бурного развития рынка, а также одним из допустимых решений при наступлении фазы зрелости, но в условиях неопределенного или стагнирующего рынка связанные с этим риски начинают перевешивать преимущества. Следует также помнить, что цена покупки далеко не единственная составляющая совокупных затрат на слияние и поглощение. Унификация стандартов и интеграция различных систем, а также неизбежное снижение эффективности в переходный период могут вызвать существенные затраты, ухудшающие финансовое положение. Это можно оправдать, если снижение эффективности компенсируется взрывным ростом поступлений, но чтобы найти для поглощения такой объект в условиях кризиса, нужно искать особенно тщательно.
— Каковы тенденции рынка M&A?
— Сегодня все больше представителей банков высказывается в том ключе, что на ближайшее время они предпочитают придерживаться органического роста. Кризис — хороший повод сфокусировать внимание и ресурсы на решении внутренних проблем, оптимизации процессов и структуры, совершенствовании продуктов и технологий. Это не исключает полностью сделок покупки и продажи активов, они, безусловно, будут, однако приобретут более точечный характер. В частности, приобретаться будет не столько бизнес в целом, сколько какие-либо отдельные его элементы: клиентский портфель по конкретному продукту (например, зарплатные проекты или автокредитование), инфраструктура, регион присутствия и т. п. В этом смысле о них сложно говорить как о сделках M&A, скорее это будут сделки, отражающие реструктуризацию банков и упорядочивание сектора в целом.
— А в сравнении с мировыми процессами?
— Тенденции российского банковского сектора в отношении M&A не сильно расходятся с мировыми. Активность M&A среди европейских банков сохраняется на сравнительно невысоком уровне, сенсаций нет. Наиболее заметные анонсированные сделки — покупка группой Santander американского подразделения HSBC по автокредитованию и 318 подразделений сети RBS. Данные решения укладываются в логику выборочного приобретения отдельных составляющих бизнеса для встраивания в собственную бизнес-модель. По-прежнему сохраняется возможность перехода контроля над отдельными игроками рынка, временно контролируемыми государством, но это также не будет "чистым" примером M&A. В разгар кризиса ряд значимых проблемных банков был в той или иной форме и степени национализирован, однако национальные правительства, безусловно, заинтересованы в скорейшем возврате использованных при этом бюджетных средств.
— Ваша версия долгосрочного прогноза?
— В российском банковском секторе большее внимание сейчас уделяется качественным изменениям. Через несколько лет рынок станет другим. Банки станут не только "приманивать", но и удерживать клиентов, выстраивать с ними долгосрочные партнерские отношения, сопровождать их по жизни. Консолидация также сыграет свою роль в этом процессе, ведь крупные стабильные банки с большим запасом прочности, глобальным опытом и потенциалом развития будут обладать большими возможностями по удовлетворению потребностей клиентов.
— Сколько банков нужно России?
— Бессмысленны рассуждения о том, "сколько банков нужно экономике". Ни размер банков, ни их число не являются самоцелью. Важно лишь, в каком объеме банки (и банковская система в целом) способны удовлетворять спрос на кредитно-финансовые услуги (по качеству и объему), выполняет ли банковский сектор полагающуюся ему роль источника ресурсов для развития предприятий, отраслей и экономики в целом, а также насколько сами банки эффективны в своей внутренней организации.