Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Нейтронов много не бывает!

Физики ищут «ядерную экзотику»
Все физические элементы и их изотопы в науке, казалось бы, наперечет. Однако в некоторых условиях могут возникать типы атомов или их ядер, которые в природе, то есть в обычных, привычных нам условиях, не встречаются.
Борис Чернышев

Борис Чернышев

НИЯУ МИФИ

Именно этим занимаются в лаборатории экзотических ядерных состояний МИФИ. О работе лаборатории «Ъ-Наука» поговорил с доцентом и старшим научным сотрудником кафедры физики элементарных частиц Института ядерной физики и технологий НИЯУ МИФИ Борисом Чернышевым.
— Борис Андреевич, каковы главные задачи вашей лаборатории?
— Основное направление наших исследований — это поиск экзотических ядерных систем в области легких ядер. Таких как, например, мультинейтроны, то есть ядра, состоящие только из нейтронов. Или, например, сверхтяжелые изотопы водорода, вплоть до седьмого изотопа, то есть такого ядра атома водорода, в котором один протон и шесть нейтронов. В настоящее время основное внимание мы уделяем как раз поиску мультинейтронных систем.
— А почему вы ищете такие системы именно в легких ядрах?
— Ну, во-первых, в легких ядрах их наиболее просто искать. Во-вторых, у нас все это основано на экспериментальной информации, которая, правда, достаточно давно была получена в совместном российско-американском эксперименте в Лос-Аламосе, и там исследовались именно легкие ядра.
— Как можно догадаться, в обычной природе такие мультинейтронные системы не встречаются, ведь именно потому они и называются экзотическими?
— Они не встречаются хотя бы по той простой причине, что они живут очень недолго — где-то десять в минус двадцать третьей степени секунды. То есть они появляются и моментально распадаются.
— А при каких условиях они появляются?
— Если в каких-то физических экспериментах исследуются какие-то ядерные реакции либо на тяжелых, либо на легких ионах, то мы параллельно исследуем реакцию поглощения остановившихся пи-мезонов, или иначе — пионов. В некоторых случаях появляются пи-мезоны, которые, когда останавливаются, попадают в атомы и образуют так называемый пионный атом, в котором вместо электрона вокруг ядра вращается пион. Затем, после распада пионных атомов, эти пионы поглощаются, и в результате может образовываться что угодно, и мы в этот момент как раз ищем ту самую экзотику, про которую только что говорили. Сложность заключается в том, что вот события образования мультинейтронных систем — они очень редкие. Несмотря на то что вот мы проводили этот эксперимент достаточно давно, до сих пор статистическая обеспеченность наших данных — она по крайней мере не меньше, чем в других экспериментах, проводимых в настоящее время. А эксперименты такого типа проводятся во всем мире: в Европе, в Германии, во Франции, в США — в Мичиганском университете, в Японии.
— Эти эксперименты дают данные для ваших исследований?
— Скорее, мы просто дополняем друг друга. Например, в том же ЦЕРНе до конца ни мы, ни наши соперники не уверены, что зафиксированы именно эти события, но даже если они зафиксированы, их там было всего несколько штук.
— В каких-то астрофизических событиях такие системы могут образовываться?
— Возможно, самый яркий претендент — это нейтронные звезды. В нейтронных звездах очень высокое давление, и поэтому вообще можно ожидать, что те состояния, которые в нашем мире являются очень короткоживущими, там могут жить достаточно долго. И нейтронные звезды обычно представляют собой нейтроны, но на поверхности таких звезд могут быть избыточные нейтронные системы.
— Если предположить, что будет достоверно доказано существование таких мультинейтронных систем, вписывается ли это в стандартную модель и даст ли это что-то для продвижения теории?
— Ну, стандартная модель все-таки относится к физике элементарных частиц, а наши исследования — к ядерной физике. Для ядерной физики этот результат, конечно, имел бы значение.
— А что это даст?
— Эти системы называются экзотическими, потому что в них проявляются те компоненты нуклон-нуклонного потенциала, которые не проявляются в обычных ядрах атомов. Вы можете это установить, только если вы создаете модель, которая может описать, например, сверхтяжелый изотоп водорода.
— В этой связи — вопрос дилетанта: какие силы будут удерживать нейтроны в такой мультинейтронной системе и почему они не действуют в обычных условиях?
— Я бы не сказал, что они не действуют в обычных условиях, потому что силы, которые создают вообще все ядерные системы, это сильное взаимодействие. Просто они проявляются по-разному. В стабильных ядрах некоторые компоненты нуклон-нуклонного взаимодействия зануляются, друг друга исключают, а вот в экзотических ядерных системах они проявляются, и вы можете получить информацию о них, только исследуя вот такие системы.
— Можно ли сказать, что вообще сейчас поиск экзотических частиц — это столбовая дорога развития ядерной физики?
— Ну, столбовая — это слишком, по-моему. Но это мейнстрим.
— Если сейчас вы не готовитесь к эксперименту, за счет чего идет работа в лаборатории?
— Мы вот продолжаем обрабатывать те данные, которые получили, и их интерпретировать с помощью различных теоретических моделей.
— И ваши разработки дают вам некоторую долю уверенности, что такие системы действительно существуют?
— У нас уверенность возникает без разработок. Но то, что мы получаем, говорит о том, что мы идем в правильном направлении.
Беседовал Константин Фрумкин