Полис будущего

Искусственный интеллект превратит страхование жизни в сервис наподобие подписки. О том, как это изменит нашу жизнь и что нужно, чтобы такие перемены пришли на российский рынок, рассуждает исполняющий обязанности генерального директора «СберСтрахования жизни» Александр Жуков в преддверии первой страховой конференции Сбера «Страхование 2030. Технологии будущего».

Страхование жизни последние 200 лет работало по одним и тем же схемам. Для расчета тарифа использовали такие критерии, как возраст, пол и статистика страховых случаев в прошлом. А со страховщиком клиент контактировал в большинстве случаев дважды: когда покупал полис и когда наступал страховой случай. Все, что происходит между этими точками, страховщика не касалось. Технологии меняют эту парадигму, причем гораздо быстрее, чем кажется. Сейчас страховая компания может видеть не «среднего мужчину 45 лет» (типичного покупателя определенного полиса), а конкретного человека. Благодаря современным технологиям страховщики с согласия клиента могут получить необходимую информацию о нем, автоматически запросить за него справки в госведомствах и осуществить выплаты за минуты. Масштаб изменений, которые уже происходят и ожидаются в ближайшем будущем, отрасль пока до конца не осознает. Но несколько направлений уже видны достаточно четко.

Главным трендом ближайших лет станет гиперперсонализация. ИИ будет анализировать риск-профиль клиента, его привычки, физическую активность, результаты чекапов и на этой основе предлагать не только цену, но и сам продукт.

Это хорошо показано в книге эксперта в области ИИ Кай Фу Ли и писателя-фантаста Чэнь Цюфаня «ИИ-2041. Десять образов нашего будущего». В первой новелле семья из Мумбаи пользуется страховкой, которая работает через набор приложений. Каждое решение в пользу здоровья снижает взнос, а каждое рискованное с точки зрения алгоритма — повышает. И все это происходит онлайн. Конечно, это фантастическое произведение и в жизни все будет устроено не ровно так — авторы сознательно доводят сюжет до предела. Но само направление развития отрасли подмечено очень точно: тариф действительно будет меняться вместе с привычками и образом жизни конкретного человека.

И это уже не совсем фантастика. Южноафриканский страховщик Discovery почти 30 лет связывает полисы с программой здорового образа жизни Vitality. Сегодня модель работает на 41 рынке и охватывает 42 млн человек. По данным компании, в 2024 году у клиентов с высшим статусом в программе выплат по уходу из жизни было на 57% меньше, а по инвалидности — на 47% меньше, чем у тех, кто в ней не участвует. Другой зарубежный страховщик, John Hancock, сделал Vitality частью всех своих полисов без доплаты.

Что в этом случае происходит с экономической моделью страхования? Ведь компания не может просто снизить тариф тем, кто ведет здоровый образ жизни. Скорее вырастет цена для тех, кто о себе не заботится. Принцип знаком по автострахованию с телематикой, где аккуратный водитель перестает платить за неаккуратного.

Но собрать данные о человеке и рассчитать его индивидуальный тариф в страховании жизни — задача на порядок сложнее, чем поставить датчик в машину. ИИ-агенты помогут нам с ней справиться.

Второй сдвиг меняет саму роль страховщика. Наша классическая модель, действовавшая веками: происходит страховой случай, и дальше страховщик начинает действовать. Новая механика устроена иначе: страховщик работает, чтобы снизить вероятность самого риска.

Мы анализировали статистику: в традиционной медицине, устроенной по принципу «заболело — пошел к врачу», человек обращается за помощью пять-шесть раз в год. В превентивной — более 20 раз: у него может ничего не болеть, но он регулярно контролирует состояние здоровья. Процедур становится больше, зато дорогих случаев, когда требуется серьезное лечение, меньше. В перспективе это позволит снижать стоимость полиса.

В Китае такая логика уже работает в масштабе. ИИ-врачом страховой группы Ping An пользуются почти 12 млн человек в год, а стоимость консультаций в четвертом квартале 2025 года снизилась на 45% год к году.

Есть и демографическая причина. На рубеже XIX–XX веков средняя продолжительность жизни в мире составляла около 31 года, сейчас — 73 года. По оценке уже упоминавшегося выше Кай Фу Ли, на 15-летнем горизонте технологии и персонализированная медицина могут добавить еще около 20 лет. ВШЭ прогнозирует для России рост на 12 лет. Меняется и спрос: в Swiss Re отмечают, что старение населения смещает потребность от защиты к долголетию, пенсионному доходу и здоровью. Поэтому будущее за гибридными продуктами, где страховая защита неотделима от чекапов и управления здоровьем.

Третий поворот страхования тоже не за горами. Уверен, что в скором времени полис перестанет быть отдельной покупкой и будет встроен в разные жизненные ситуации. Условно: сел за руль — и тут же автоматически получил страховку на поездку. Взял ипотеку, родился ребенок, сменил работу — состав страховой защиты пересчитался без визита в офис и новой анкеты.

Это уже отчасти происходит в других странах. Китайский онлайн-страховщик ZhongAn встроил полисы прямо в покупки на маркетплейсах и еще в 2015 году за один день распродаж продал больше 100 млн страховок на возврат товара. В страховании жизни ставки выше, но логика та же: переход от консервативного продукта к гибкому индивидуальному подходу к решению вопроса. ИИ поможет нам персонифицировать страховку, учитывая возраст, семью, цель и комфортный размер взноса, и будет сам корректировать план, когда меняется жизнь.

Еще один сдвиг произойдет в области коммуникации. Поколение, которое выросло с ИИ-ассистентами, будет решать финансовые вопросы через диалог почти как через командную строку: сформулировал задачу — получил готовое решение.

Внутри отдельных компаний перемены уже происходят. В Ping An внутренней платформой ИИ-агентов пользуются более 230 тыс. сотрудников, на ней создано свыше 70 тыс. приложений. Решение о выдаче 94% полисов страхования жизни там принимается за секунды, а самая быстрая выплата заняла восемь секунд.

Российский рынок пока консервативнее, но движется в ту же сторону. У нас в «СберСтраховании жизни» в кредитном страховании жизни ИИ-агент сам анализирует документы и принимает решение о выплате: более 50% таких выплат проходит в пределах пяти минут, медианное время — три с половиной минуты. Но цель в том, чтобы быстрая выплата стала нормой для всего рынка, а не преимуществом отдельных игроков.

И тут мы подходим к самому непростому вопросу. Ведь разработать и имплементировать технологии на самом деле не сложно. Куда труднее договориться о правилах, и здесь рынку предстоит большой диалог с регулятором и медицинским сообществом.

Вот какие задачи я вижу на этом пути. Первая — передача данных. Персонализация невозможна без сведений о здоровье, а получать их страховщик может только с согласия человека. Нужны понятные правила, как такие данные передаются, хранятся и используются.

Второе — граница персонализации. Та же новелла Кай Фу Ли показывает и обратную сторону: алгоритм, который оптимизирует только риск, начинает воспроизводить социальные предрассудки. Где заканчивается справедливый тариф и начинается вмешательство в частную жизнь? Ответ на этот вопрос надо найти заранее.

Третье — доверие. Данными делятся с теми, кто выполняет обязательства. Поэтому так важны прозрачность выплат и система гарантирования в страховании жизни, которая должна заработать с 2027 года и будет защищать права клиентов в пределах 2,8 млн руб. у одного страховщика.

И наконец, привычка. Умные часы, кольца и тонометры с передачей данных вошли в обиход совсем недавно. Думаю, на горизонте 10–15 лет люди привыкнут и к гаджетам, и к гибким тарифам, особенно если вовлекать молодежь через игровые механики. В конце концов, сегодня никого не смущают данные о здоровье в медицинской карте, и передача показателей мониторинга страховщику принципиально мало от этого отличается.

Все идет к тому, что через пять-десять лет полис страхования станет незаметным. Он будет встроен в жизнь, сам подстроится под человека и «заговорит» с ним через приложение. Но главное изменение будет не в технологиях, а в целях. Задача страховщика будущего не столько в быстрых выплатах, сколько в том, чтобы страховой случай не наступил вовсе.