Двух краснодарцев осудили за обещание уволить военного по здоровью и мошенничество

Первомайский районный суд Краснодара вынес приговор Алексею Суховому и Татьяне Евсеенко по делу о мошенничестве и покушении на посредничество во взяточничестве. Они обманули местную жительницу, которая пыталась добиться увольнения мужа — участника специальной военной операции — со службы по состоянию здоровья. Об этом сообщили в суде.

Как установил суд, в сентябре 2025 года фигурантка дела сообщила жительнице Краснодара, что ее знакомый может помочь с увольнением супруга, покинувшего расположение воинской части. Мужчину якобы должны были признать негодным к дальнейшему прохождению службы по результатам военно-врачебной комиссии военного госпиталя Краснодарского края.

Фигурант дела подтвердил эту возможность, представившись сотрудником ФСБ, и назвал сумму, за которую якобы мог повлиять на решение комиссии. При этом, как установил суд, реальных возможностей для этого у него не было.

Местная жительница, рассчитывая получить необходимое заключение и помочь мужу избежать возвращения в зону проведения СВО, передала подсудимой 3,57 млн руб. для последующей передачи фигуранту дела. Однако злоумышленник присвоил деньги и распорядился ими по своему усмотрению. Противоправные действия подсудимых пресекли правоохранительные органы.

В суде фигуранты дела полностью признали вину и раскаялись в содеянном. Сухового признали виновным в мошенничестве в особо крупном размере, предусмотренном ч. 4 ст. 159 УК РФ. С учетом предыдущих судимостей за особо тяжкие и тяжкие преступления ему назначили шесть лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Евсеенко признали виновной в покушении на посредничество во взяточничестве (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 291.1 УК РФ). Ей назначили четыре года лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Суд также лишил местную жительницу, передавшую деньги, статуса потерпевшей по делу. Уголовное преследование в отношении нее по факту дачи взятки прекратили в связи с содействием правоохранительным органам, однако с заявлением о преступлении она обратилась только после передачи денег.

Приговор в законную силу не вступил.