Холст и токен
«Интеррос» привез в Москву «Великолепный Эрмитаж»
В Новом Манеже в Москве открылся мультимедийный выставочный проект «Великолепный Эрмитаж». Проект создан по инициативе самого Эрмитажа при поддержке Президентского фонда культурных инициатив и компании «Интеррос». Для создания пространства выставки использованы 3D-мэппинг, аудиовизуальные инсталляции, голографические проекции, и, конечно же, искусственный интеллект. Организаторы сомневаются, что такое цифровое искусство может быть уместно в самом Эрмитаже. Тем не менее, уже сейчас оно спонсирует сохранение оригинальных произведений.
Фото: Пресс-служба Интерроса
Фото: Пресс-служба Интерроса
Музей музея
«Это не про то, что хранится в Эрмитаже, это про то, что такое Эрмитаж»,— так выставку, открывшуюся в Новом Манеже, описал гендиректор Эрмитажа Михаил Пиотровский. По его словам, идея выставки в том, чтобы передать ощущение от посещения музея. И в этом помогают технологии. Именно благодаря им шесть главных интерьерных «локаций» Эрмитажа уместились в одном зале Нового Манежа.
В первом выставочном зале можно увидеть Иорданскую лестницу, Георгиевский, Гербовый и Петровский залы, Галерею героев войны 1812 года и Лоджии Рафаэля. Их изображения выводятся на стены в виде круговой панорамной проекции, так что в этой комнате, как и в настоящем Эрмитаже, немного кругом идет голова. Проекция позволяет посетителю увидеть то, что в реальном Эрмитаже просто физически трудно или даже невозможно разглядеть: например, потолок над Иорданской лестницей, люстры, рисунок паркета, отмечает господин Пиотровский.
Второй зал посвящен Большому итальянскому просвету Нового Эрмитажа. Этот зал более интерактивный, чем первый: там, например, можно наблюдать, как Гранд-канал в Венеции «выплескивается» на вас с картины Мариески вместе с гондолами и затапливает все пространство. Выглядит как ночной кошмар реального Эрмитажа — консервативного и бережно сохраняемого. Но, с другой стороны, а как еще заинтересовать картиной, например, ребенка?
Следующий зал — картинная галерея с произведениями Леонардо да Винчи, Рафаэля, Тициана, Рембрандта, Шардена, Караваджо, Эль Греко, Матисса, Ван Гога и других. Тут картины тоже «живые», но движения их героев вообще малозаметны. Например, «Молодая женщина, примеряющая серьги» Рембрандта — лишь поднимает глаза на зрителя, а «Прачка» Шардена — лишь полощет белье. «Анимация не должна отделять персонажа от холста, она должна действовать так, как действует живопись — через тонкие смещения акцентов»,— поясняет виртуальный гид выставки. Это убаюкивающий женский голос, который тоже еле слышно.
— А вы знаете, что это искусственный интеллект? —спрашивает у своих спутников руководительница «Гала Рус» Екатерина Галанова. — Это Дима Щёголев (саунд-дизайнер творческой группы. — прим. «Ъ») наговорил текст, а потом попросил нейросеть сделать голос женским и вот таким, шепчущим.
— А можно, чтобы она в наушниках была? — отвечали ей.
В наушниках, которые гости выставки могли взять на входе, звучал аудиоспектакль.
В последнем зале представлены макеты фасадов Зимнего дворца и Главного штаба. Они тоже интерактивные — на них проецируются мэппинг-спектакли, а еще их можно раскрасить.
Москва — уже третий город, в котором работает проект. В 2024 году «Великолепный Эрмитаж» показали в Нижнем Новгороде, а в мае-июне 2026 года — в Сеуле. Сотрудничество «Интерроса» и главного музея страны, насчитывающее не один десяток лет, в последние годы сосредоточено на реализации цифровых проектов. Например, ранее была реализована масштабная программа по оцифровке коллекции и созданию виртуальной копии музея — «Эрмитажа в облаках» или «Небесного Эрмитажа».
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Консерваторы и реформаторы
Но одно дело копия. А имеют ли интерпретации признанных шедевров право на существование, и могут ли сами со временем стать искусством? Как рассказал журналистам президент «Интерроса» и председатель попечительского совета Эрмитажа Владимир Потанин, они с господином Пиотровским обсуждали эти вопросы, пока осматривали выставку. «Музей консервативен, он должен быть хранителем традиций и памяти. Но, с другой стороны, современная жизнь требует более доступного искусства, понятного и молодежи, и детям и просто людям, которые глубоко не вовлечены. Поэтому в цифровом искусстве есть определенная истина. Особенно если оно делается талантливо»,— считает он.
Цифровой формат хорош еще и тем, что позволяет обращать внимание аудитории на детали. Некоторые экспонаты Эрмитажа невозможно достаточно хорошо рассмотреть просто потому, что к ним нельзя приближаться, отметил Михаил Пиотровский. А здесь у посетителей есть возможность увидеть шедевры крупным планом — и, опять же, заинтересоваться ими.
Однако в самом Эрмитаже все эти мультимедийные картины вряд ли будут уместны, говорит Владимир Потанин. В целом, по его мнению, цифровое искусство пока сложно назвать устоявшимся. У арт-сообщества и бизнеса остается много вопросов к подобным произведениям: порядок их хранения и демонстрации, авторское право, ИИ-маркировка.
«Что из этого признавать арт-объектами, что нет, кто будет судья? Нас ждет в ближайшее время много интересных откровений на этот счет»,— отмечает господин Потанин. Он напомнил, что в Центральном университете, где он возглавляет попечительский совет, недавно открыли новое направление обучения. Там студенты изучают цифровые технологии в современном искусстве. «Становятся нужны специалисты, которые будут с ним профессионально работать: хранить, описывать и анализировать такие произведения. Думаю, эти профессии будут востребованы»,— говорит он.
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин
О цифрах
Споры о том, что значит «оцифровка» для классического искусства — благо или попытка заменить подлинник суррогатом, — можно вести бесконечно. Важно то, что технологии уже используются для развития искусства — приносят деньги, необходимые для его сохранения. Так, в частности, работает проект «Цифровое наследие вечных ценностей», запущенный «Интерросом» совместно с Государственным Эрмитажем.
Суть проекта в том, что картины из собрания музея превращают в арт-токены. Средства от их продажи идут на реставрацию других шедевров. Например, благодаря выпуску арт-токенов удалось профинансировать реставрацию «Флоры» Рембрандта. Ролик с цифровой копией полотна представлен и в Новом Манеже. А процесс восстановления «Венеры и Амура» Лукаса Кранаха Старшего мультимедиа-художники Александр Миндрин, Софья Дворцова и Кирилл Клочков превратили в видео-арт. И его тоже можно увидеть в «Великолепном Эрмитаже». С 25 июня по 29 августа.