Несколько лет назад из-за кризиса в мировой экономике западные компании потеряли интерес к обладателям дипломов МВА. А потенциальные студенты, в свою очередь, потеряли интерес к бизнес-образованию. Тем не менее абитуриенты из России поступали в зарубежные учебные заведения и во время кризиса. Поступают и сейчас. Какие школы они выбирают?
Отправляясь на учебу в западную бизнес-школу, абитуриенты обычно надеются либо поменять род своих занятий, либо продвинуться по карьерной лестнице. А иногда – сменить страну проживания. Еще несколько лет назад российские студенты имели реальную возможность после окончания школы остаться на Западе. Однако кризис в мировой экономике привел к тому, что спрос на обладателей дипломов МВА резко упал. Два года назад журнал Business Week признал ситуацию с трудоустройством выпускников американских МВА наихудшей за всю историю существования бизнес-образования.
В прошлом году положение начало меняться к лучшему, и в ведущих школах стало появляться больше рекрутеров. Но чтобы ситуация окончательно выправилась, потребуется время. Поэтому сейчас, чтобы увеличить свои шансы на рынке труда, российским студентам нужно особенно тщательно подходить к выбору школы.
Многие начинают выбор с изучения рейтингов Business Week, Financial Times и т. д. Сергей Лихарев, директор по проектам в России и СНГ компании Golden Telecom, директор по внешнеэкономическим связям CluMBA, выпускник бизнес-школы Johnson при Cornell University: «Существуют амбициозные люди, которые говорят о том, что хотят поступать только в Wharton, потому что он постоянно находится в первых строчках рейтинга. Но помимо этого, у каждого потенциального студента есть и свои критерии выбора. Для меня, например, существовала только бизнес-школа Johnson при Cornell University, поскольку она единственная из ведущих американских школ предлагала не двухгодичнцю программу МВА, а рассчитанную на год».
Итак, на выбор оказывают влияние и субъективные личные предпочтения (европейская или американская школа, маленькая или большая и т. д.), длительность обучения и, естественно, финансовые возможности поступающего. Также имеет значение и то, насколько активную PR-деятельность ведет сама школа в России.
О популярности конкретных бизнес-школ в нашей стране можно судить по тому, сколько выпускников того или иного учебного заведения состоит в самом известном российском клубе выпускников MBA – CluMBA.
С большой охотой
Первое место и в известных западных рейтингах, и в неформальном российском списке популярности занимает американская бизнес-школа Wharton (University of Pennsylvania). Интерес к ней подогревают не только топ-листы, но и тот факт, что Wharton сильна в финансах. В России финансовый сектор сейчас бурно развивается, и при выборе школы многие учитывают прежде всего качество преподавания соответствующих дисциплин. Конечно, структура всех программ МВА процентов на 80 схожа, но оставшиеся 20% играют существенную роль.
Экономия времени – еще один довольно важный фактор. Далеко не все готовы потратить два года на получение МВА. Поэтому второе место по популярности у русских занимает известная французская школа INSEAD, предлагающая одногодичную программу. INSEAD давно и активно «пиарит» себя на российском рынке, к тому же это лучшая школа в Европе. Это учебное заведение скорее не европейского, а американского типа, обучение там ведется на английском языке. Пожалуй, INSEAD – самая интернациональная бизнес-школа в мире: в ней учатся студенты из почти 90 стран. Помимо основного кампуса в предместье Парижа Фонтенбло, школа имеет еще и второй кампус в Сингапуре, так что часть обучения можно пройти в Азии. У INSEAD есть обменная программа и с Wharton – в ее рамках можно пройти несколько курсов в США. Для наших слушателей эта школа интересна еще и своим удачным расположением – от России Франция не очень далеко.
Еще один безоговорочный лидер – Harvard Business School. Школа специализируется на общем менеджменте. Именно в Harvard был изобретен знаменитый case-метод, а кейсы, написанные здесь, используются во многих известных бизнес-школах мира. Правда, поступить в Harvard непросто.
Довольно популярна в нашей стране и London Business School (LBS). По словам Марата Воробьева, студента LBS, сейчас там обучается около 20 россиян. Но многих наших соотечественников школа отпугивает своей дороговизной. Стоимость двухлетней программы – около $62 тыс. (годичная программа INSEAD стоит примерно $42 тыс.). К тому же жизнь в Лондоне обходится недешево.
Русскую речь часто можно услышать в американской Michigan Business School, которая в мировых рейтингах находится в третьем десятке. Вадим Головин, выпускник Michigan: «Вместе со мной училось еще семеро русских. В основном российские студенты берут финансовые курсы, а также связанные с корпоративной стратегией и управленческим консультированием. При этом в мире Michigan менее известна, чем, скажем, Harvard или Wharton. Она традиционно служит кузницей «домашних» кадров для американских компаний».
Школа Michigan считается «дружелюбной» по отношению к русским. «Налаживанием связей со странами СНГ здесь занимается William Davidson Institute,– говорит Вадим Головин.– Это исследовательско-консультационный центр, занимающийся странами с переходной экономикой. Он организует стажировки, программы академического обмена и конференции». Головин отмечает также сильные связи Michigan с американской промышленностью.
Бизнес- школа University of Chicago GSB известна своей «экономической школой» – учения ее представителей хорошо известны в России (монетаризм, чикагская теория об эффективных и свободных рынках). Денис Крупнов, студент Сhicago GSB: «Я выбрал эту школу из-за хорошего преподавательского состава – среди профессоров пять нобелевских лауреатов по экономике. Сhicago традиционно сильна в финансах, экономике и предпринимательстве – опять же за счет сильных преподавателей (например, Стивена Каплана газета The Wall Street Journal назвала одним из трех лучших преподавателей по предпринимательству в США). В последние годы школа многое сделала для развития таких направлений, как маркетинг и общий менеджмент».
Еще недавно совсем немного русских училось в Kellogg, теперь же школа стала более известна в России – в том числе и потому, что заняла лидирующее место в последнем рейтинге Business Week, сдвинув с этой позиции Wharton. Во всем мире школа славится тем, что в ней преподает великий Филип Котлер, но школа пытается отойти от имиджа «маркетинговой» и завоевать репутацию универсальной. Кроме того, выпускников Kellogg ценят за умение работать в команде и хорошо развитое стратегическое мышление.
Американская школа Simon, по отзывам ее российских слушателей, подобно Wharton, дает очень неплохие знания в области финансов. Но на западном рынке труда ее выпускники испытывают некоторые проблемы с трудоустройством: Рочестр – небольшой и удаленный от бизнес-центров город, поэтому рекрутеры частенько обходят его стороной. Но по популярности среди россиян Simon, по данным CluMBA, занимает 6-е место. Здесь хорошо поставлена исследовательская работа, студенты имеют возможность пообщаться с такими известными финансистами, как Крег Джарел и Билл Шверт.
С желанием поменьше
Меньшим, чем прежде, спросом у наших соотечественников пользуется Darden Graduate School of Business (University of Virginia, США). Николай Шеховцов, студент Darden: «Год назад на обоих курсах школы россиян училось больше, чем студентов из любой другой европейской страны. К сожалению, сокращение максимальной суммы кредита для иностранных студентов до стоимости образования и некоторое снижение рейтингов негативно сказалось на притоке абитуриентовиз России. Думаю, что это снижение – временное. Мой опыт проведения презентаций школыв Москве свидетельствует о значительном к ней интересе. Меры, принимаемые школой в ответ на снижение рейтингов (стопроцентное обучение по кейс-методу на первом курсе, жесткая ориентация на практику и на командную работу), должны изменить положение».
«Потеряла очки» в России и бизнес-школа Johnson при Cornell University. «Злую шутку с Cornell сыграла его географическая удаленность от основных центров бизнеса в США,– объясняет Сергей Лихарев.– Во время кризиса рекрутеры стали реже его посещать, что привело к "проседанию" рейтинга. Эта школа уникальна тем, что в ней есть программа, позволяющая получить MBA за три, а не четыре семестра, причем "упакованные" в один календарный год. Первый семестр проходит летом, когда в остальных учебных центрах каникулы, и в этот семестр укладывается весь первый год стандартной программы МВА. Ускорение достигается благодаря тому, что такие дисциплины, как бухгалтерский учет, экономика, финансы, управление операциями и статистика проходятся гораздо быстрее. Разумеется, это предполагает определенный уровень математической подготовки, и поэтому одним из критериев приема на программу является наличие ученой степени (MS или PhD) в науке или инжиниринге. У меня такая степень была, и поэтому Cornell стал для меня идеальным вариантом».
В престижной Stanford Business School учится не так много российских студентов, как в равной ей по известности Harvard. С одной стороны, в Stanford сложно поступить: там требуются самые высокие баллы по тесту GMAT. Кроме того, некоторое время назад школа вызвала негативные отклики со стороны рекрутеров, которые считают, что выпускники Stanford слишком амбициозны и самоуверенны. Наконец, Stanford имеет репутацию «предпринимательской» школы – многие из ее выпускников основали хайтек-компании в Силиконовой долине (правда, большая часть из них впоследствии обанкротилась). Хотя, конечно, прямой связи между этими событиями и небольшим числом российских студентов в Stanford нет – просто далеко не все абитуриенты хотят открывать собственные фирмы.
Без особого желания
«Не топовые» школы привлекают российских слушателей не слишком высокой стоимостью обучения (например, в американской Purdue University, Krannert оно обходится менее чем в $20 тыс.). Этими учебными заведениями в России интересуются и корпоративные клиенты. Так, например, компания «Северсталь» активно работает с бизнес-школой университета Northumbria (Великобритания), которая всегда специализировалась на металлургической отрасли; Comstar посылает ведущих сотрудников на обучение в Warwick и т. д.
Обучение на недорогих программах зачастую предлагают и стипендиатам таких программ, как Maskie (американская стипендия, выделяется фондом Эдмунда Маски на обучение в вузах США гражданам других государств) и Chevening (стипендиальная программа для иностранцев британского МИДа). Андрей Заутер, начальник отдела управления по международным проектам Департамента зарубежных связей «Газпром», участвуя в стипендиальной программе Chevening, получил от англичан 15 тыс. фунтов стерлингов на обучение. Ни одна из предложенных в Британском Совете программ ему не подошла (хотелось специализироваться именно на финансах), поэтому Заутер начал самостоятельные поиски. Выбор пал на Leeds University. Но у недорогих школ нет одного важного преимущества – они мало известны как на Западе, так и в России, а значит, их выпускники могут столкнуться с серьезными трудностями при поиске работы.