«Совмещение абсолютно несоединимых вещей — это стиль режиссера Ромы Михайлова»

Седьмой фильм доктора физико-математических наук, профессора РАН, бросившего гомологическую алгебру ради искусства, рассказывает о питерской театральной актрисе, которая летит в Индию искать мать, много лет назад пропавшую без вести и, возможно, ушедшую в некую секту. Главную роль в картине сыграла Александра Киселева. Для нее это первая работа с Романом Михайловым, и она перевернула ее отношение к кино.

Нет, впервые мы встретились онлайн. Роман сказал, что ищет девушку, которая может хорошо станцевать в кадре. А я трехкратная чемпионка мира по уличным танцам в стиле Vogue. Через неделю после первого разговора я оказалась в Петербурге, где Рома живет. Написала ему, и он назначил встречу в индийском кафе — это уже был намек на будущий фильм.

Когда мы договаривались, он предупредил, что будет не на связи, но точно придет. Выяснилось, что у Ромы кнопочный телефон! В сети он бывает только с домашнего компьютера, а свой номер дает тем, с кем уже подружился. Такой человек: он и артистов в фильмы берет почти всегда одних и тех же, ему так комфортно. Я считаю, это очень круто, когда режиссер составляет свою вселенную из артистов, которые ему интересны.

Роман использует этюдный метод, принятый в театре. В кино обычно есть «застроенные» мизансцены (когда режиссер определяет положение актеров относительно друг друга.— W), прописанные диалоги. А тут схема другая: Рома ставит задачу прийти из точки А в точку Б, а все, что происходит между,— импровизация актера. Как режиссер он дает полную свободу действий. И мы снимаем столько дублей, сколько нужно для того, чтобы получить живой, органичный, точный результат. Это настоящее занятие искусством.

Наверное, это самое яркое мое путешествие. Я не уверена, что хочу туда вернуться в ближайшее время, но советую каждому хоть раз побывать в Варанаси или Аллахабаде, чтобы понять, что на земном шаре есть другая цивилизация. Варанаси — это город-крематорий: считается, что именно там, на берегу Ганга, заканчивается цикл реинкарнации и кремированный усопший попадает в рай.

У нас в фильме снимался реальный агхори (представитель индуистской религиозной секты.— W) — первый русский последователь движения в Варанаси. Учение проповедует, что через саморазрушение можно прийти к богу, к духовности. Я видела, как живут агхори на берегу Ганга, питаются остатками кремированных трупов... На этом фоне московская жизнь кажется нереальной.

Когда мы в первый раз приехали посмотреть на гхаты (места кремации.— W), у меня были слезы на глазах. А в Аллахабаде и Чунаре, когда видишь детей в трущобах, если ты адекватный человек, ты понимаешь, как все у тебя хорошо и как сильно ты за это благодарен. Но самое поразительное в индийцах, что они при этом счастливы. Они не знают, как может быть по-другому, живут легко и с улыбкой — и от знакомства с ними возникает необычное и воодушевляющее чувство.

Наш индийский продакшен нашел уличную сцену в Чунаре при местном учреждении типа ДК. Мы сделали реальный перфоманс, и, естественно, собралась толпа. Это было незабываемо — мы на другом конце света, на нас смотрят дети, Хаски исполняет свою новую композицию, которую еще никто не слышал… Кстати, в этой сцене можно различить, как кричат «хаски». На самом деле это «хаске», на хинди слово означает «смеясь». Рома знал его, вбросил в толпу — и она подхватила. Совмещение абсолютно несоединимых вещей — это стиль режиссера Ромы Михайлова.

Нет, он давно дружит с Романом. То, что тот якобы просто встретил его на улице в Индии и позвал в свое кино,— очередная легенда. Многое в творчестве и работе этого режиссера кажется почти магическим, но за этим стоит серьезный труд. Просто когда ты круто делаешь свою работу, к тебе притягиваются такие же крутые люди. Они тебя замечают, и у вас происходит сотворчество.

Думаю, это из-за Марка Эйдельштейна. Его всегда увлекала обманчивость мокьюментари — вроде бы на экране реальная жизнь, но в какой-то момент зрители начинают понимать, что это художественный фильм. Марк даже свой дебют снял в этом жанре — короткометражку «Надеждозаписывающая студия». Рома так вдохновился ею, что подумал: раз уж мы едем в Индию, то надо выжать максимум. Так родилось кино «Надо снимать фильмы о любви». Оно, собственно, о том, как съемочная группа отправляется в Индию снимать фильм. Но если вы посмотрите внимательно, то поймете, что это абсолютно разные истории и по стилистике, и по содержанию. Те киношники снимали не фильм «Жар-птица», а нечто другое.

Я скорее имела в виду удивительные совпадения. Еще до знакомства со мной Рома знал, что главной героиней будет танцовщица, меняющая свою профессию на актерство. В фильме даже есть эпизод, когда герой Ларика Марова говорит: «Что ты расстраиваешься, ты же танцор, а не актриса». Я часто слышала подобные комментарии до своих больших работ в кино — пока не доказала всем, что перешла в эту индустрию полноправно и могу называть себя актрисой.

И таких переплетений много. Мою героиню тоже зовут Саша. Но при этом, конечно, это не я, я в жизни другая — более решительная, понятная, и вообще вижу я себя иначе. Еще моя героиня — интроверт, говорит мало, зато очень точно.

У меня сильно поменялись предпочтения и вообще мое отношение к кино. Я стала четче разделять его на коммерческое и авторское. Как правило, за авторские вещи мало кто берется, в его раскрутку вкладывается меньше денег, и оно не так популярно. Хотя, на мой взгляд, именно такие фильмы и развивают вкус, и куда-то двигают, а не просто развлекают.

К тому же своими фильмами Рома создает добрую реальность. Несмотря на то, что в них поднимаются тяжелые вопросы. И это возможно только благодаря тому, что он сам очень добрый и светлый человек.

Это выбор, с которым сталкивается любой актер, если он уже что-то может. И это должен быть честный разговор с самим собой. Вместе с тем наша работа сильно зависит от других людей. Что делать, когда один проект закончился, другой еще не подтвердился, а тебе приходит сценарий, который тебя не очень устраивает? Каждый сам принимает решение.

Я после «Жар-птицы» стала легче к этому относиться. Я сказала что-то важное для себя в этой работе на ближайшее время и теперь буду рассматривать разные предложения. Даже если проект не окажется таким же по весу, как фильмы Ромы, я все равно соглашусь, если как актриса я там смогу что-то сыграть, показать. Поди попробуй в картине по сценарию, где вроде бы нет места личному проживанию, взять и сделать это. Это классная профессиональная задача.

Моя первая работа случилась в 15 лет — короткий метр «Танец тишины». Это история про глухонемую девочку, которая очень хочет танцевать. И у нее получается сделать номер и осуществить свою мечту.

Знаете, в машинах бывают игрушки, которые качают головой в такт движению? Героиня взяла такую собачку, поставила на колонку, и та считывала ритм. Танцоры тоже, кстати, не всегда ориентируются на музыку, когда волнуются или выступают под живой оркестр, а репетировали под запись. Есть кто-то, кто незаметно считает вслух.

Их было много и раньше, и сейчас. Но первым вспоминается фильм «Чиновник» Владимира Моташнева, ремейк итальянской ленты «Il Ministro». Моя героиня — журналистка-стриптизерша. Умная женщина, которая осознанно пользуется своей сексуальностью и привлекательностью ради личных целей. Она танцует на очень высоких каблуках — 15–20 см. Это особенная пластика — мы долго репетировали.

В сериале «Разрешите обратиться» я играла героиню по имени Варя. Это была роль на сопротивление: девушка, которая полностью посвящает жизнь своему парню, готовит ему борщи, ждет его дома. Там был момент с женской дракой. Мечта актрисы — сыграть такую сцену. Если хочешь сделать убедительно, не можешь бить понарошку. Вы с партнершей обо всем договариваетесь, но есть моменты, когда используешь реальную силу. В результате Аня Завтур вышла из этой драки с синяком на лбу, который пришлось замазывать гримерам. Это не было ничьей виной — ни нашей, ни постановщика. Просто мы так отдались этому процессу, что что-то пошло не так.

Да. Я снялась в его сериале «Путешествие на солнце и обратно». Рома успел после этого еще раз съездить в Индию, сделать еще один фильм, но там у него играли исключительно иностранные актеры, которые говорят на английском и хинди. Рома отталкивается от сегодняшнего дня, у него все проекты возникают очень неожиданно. Мы на связи, мы хорошо творчески знаем друг друга. Если у Ромы появится идея, где я окажусь необходима, поверьте, я там буду.