Блокировки станут обезличенными
Роскомнадзор меняет порядок раскрытия данных
Роскомнадзор вновь поднял вопрос о закрытии публичного доступа к информации о требованиях Генпрокуратуры по блокировке сайтов. Согласно обновленному проекту приказа службы, выложенному для общественного обсуждения, из доступа пропадут также в целом сведения об основаниях блокировки. Хостеры говорят, что изменения усложнят администрирование ограничений доступа к сайтам. Но эксперты полагают, что утверждение приказа больше повлияет на «общественный мониторинг за блокировками», чем на работу хостеров и провайдеров.
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
“Ъ” ознакомился c проектом приказа Роскомнадзора, опубликованным 2 февраля на regulation.gov.ru. Документ обновляет порядок работы информационной системы, через которую операторы получают данные о заблокированных сайтах. Служба предлагает отменить пункт, по которому у пользователей интернета должна быть возможность проверять факт наличия требований Генпрокуратуры о необходимости удалить запрещенный в РФ контент.
Из реестровой записи о блокировке, инициируемой Генпрокуратурой, предлагается убрать номер требования (официального документа). Также операторы смогут не публиковать на страницах-«заглушках» основания блокировки.
Через информсистему проходят, в частности, данные о блокировках по требованию Мосгорсуда, обращения Роскомнадзора, правообладателей и т. п. Новые поправки касаются только работы по линии Генпрокуратуры: она имеет право внесудебной блокировки ресурсов с «военными фейками» и «дискредитацией армии», сайтов нежелательных организаций, призывов к беспорядкам и т. п. При этом прямые упоминания Генпрокуратуры исчезли из записей реестра еще с октября 2022 года, а блокировки сайтов стали приписываться некоему неназванному ведомству (см. “Ъ” от 12 декабря 2022 года).
Планируемые изменения, по существу, повторяют те, которые Роскомнадзор вынес на общественное обсуждение 1 декабря 2022 года; статус старого документа перестал обновляться после прохождения антикоррупционной экспертизы. В новом проекте есть и ряд других корректировок: в частности, перечень оснований для блокировки по линии Генпрокуратуры предлагается разбить на 12 абзацев.
Как и в 2022 году, служба в пояснительной записке обосновывает изменения тем, что федеральный закон «Об информации» не предусматривает публикацию требований прокуратуры.
По мнению гендиректора Института исследований интернета Карена Казаряна, изменения «еще больше размоют разницу между реестровыми и внереестровыми блокировками». То есть теми, которые осуществляются по федеральному закону «Об информации», и теми, которые происходят на ТСПУ (технических средствах противодействия угрозам) — оборудовании, устанавливаемом на сетях по закону о «суверенном рунете».
Независимый IT-эксперт Филипп Кулин отмечает, что основания от лица «неуказанного органа» в списках сайтов, передаваемых Роскомнадзором операторам для блокировки, сейчас позволяют сделать однозначный вывод об ограничениях, инициированных Генпрокуратурой: «По новым правилам "неуказанным" будет и основание, что усложнит поиск по выгрузке и анализ ее данных». С этим выводом согласны в «Роскомсвободе» (объявлена в РФ иноагентом). Там уточнили, что другие публичные ресурсы Роскомнадзора сейчас не позволяют полноценно отслеживать и анализировать блокировки.
Господин Кулин полагает, что изменения отразятся больше на «общественном мониторинге за блокировками», чем на работе сайтов и хостеров, так как те «практически не оспаривают требования Генпрокуратуры из-за рисков дальнейшего преследования». Но гендиректор хостинг-провайдера RuVDS Никита Цаплин отмечает, что поправки «негативно повлияют на прозрачность принятия решений». Если существующий порядок позволяет сразу понять, почему тот или иной ресурс заблокировали, то с новым это невозможно — «придется обращаться в Роскомнадзор, и ответ будет зависеть от него».