Гарант конфискации


Гарант конфискации
Фото: ДМИТРИЙ АЗАРОВ, "Ъ"  
Владимир Устинов полагает, что только конфискация вынудит Россию сойти с криминального пути
       Вряд ли российские граждане успели забыть зловещее словосочетание "конфискация имущества" — с момента ее исключения из Уголовного кодекса прошел всего год. Так или иначе, новые поправки в уголовное законодательство, на титульном листе которых написано, что вносятся они от имени президента РФ, освежат память даже забывчивым. Конфискация возвращается! Налогоплательщикам приготовили и еще один сюрприз — поправки в Налоговый кодекс, разрешающие налоговикам взыскивать штрафы без суда.

"Не прячьте ваши денежки по банкам и углам"
       Как известно, совет зарыть деньги на Поле чудес в Стране дураков, которому последовал Буратино, не спас его от конфискации. Хотя полученные им за раскрытие инсайдерской информации три золотых вряд ли можно было отнести к средствам, нажитым преступным путем. Не исключено, что роль Буратино уже скоро смогут на себя примерить многие российские граждане. Это произойдет в случае принятия поправок в Уголовный кодекс (УК), которые в середине января обсуждались (пока в порядке ознакомления — соответствующий документ еще не имеет даже номера, а значит, и статуса официального законопроекта) на правительственной комиссии по законодательству при вице-премьере Александре Жукове. Поправки возвращают конфискацию имущества.
       Конфискация бывает разной: общей, которая практиковалась в стране с советских времен и вплоть до 2004 года, когда вступили в силу поправки в УК, ее отменившие; и специальной — она сохранена в действующем Уголовно-процессуальном кодексе и подразумевает изъятие орудий преступления, а также собственно преступно нажитого имущества.
Фото: ГРИГОРИЙ ТАМБУЛОВ  
Андрей Макаров уверен, что последние инициативы Генпрокуратуры позволяют из любого сделать преступника
О необходимости возврата конфискации в качестве меры наказания за совершенное преступление заговорили практически сразу после ее отмены. Поднимался этот вопрос в прошлом году и в Госдуме на различных круглых столах и парламентских слушаниях. Инициатором возвращения традиционно выступала Генеральная прокуратура. Мотивировка в основном сводилась к следующему: во-первых, штрафом преступника не испугать; во-вторых, коррупция в рядах чиновников развязывает руки террористам, следовательно, взяточников нужно наказывать конфискацией. "Конфискация — это сердцевина борьбы с коррупцией. Она лишает смысла мздоимство и казнокрадство, которые открывают дверь терроризму. Общество уже стонет от алчности чиновников и бюрократов. Надо отбирать у них прибыль от торговли властью. А сейчас им лишь грозят пальчиком",— убеждала парламентариев замначальника управления правового обеспечения Генпрокуратуры Ольга Мыцыкова. Судя по всему, обработка велась и на более высоком уровне. Не случайно, выступая 26 января в Совете федерации, генпрокурор Владимир Устинов уверенно пообещал в скором времени вернуть конфискацию имущества как меру наказания. "Необходимо восстановить такой институт, каковым является конфискация. В противном случае для коррупционеров становится выгодна экономическая составляющая преступления",— пояснил генпрокурор.
       Что же, согласно поправкам в УК, предлагается конфисковывать? Перечень весьма обширный. Помимо упомянутых орудий преступлений и нажитого преступным путем имущества как такового под конфискацию должны попадать: "любые доходы или прибыли от этого имущества"; имущество, "в которое доходы или прибыль от преступления были частично или полностью превращены или преобразованы"; имущество, "используемое или предназначенное для финансирования организованных преступных групп, преступных сообществ или преступлений". При этом отдельно оговаривается, что, если имущество было передано "другому лицу и у этого лица имелись основания полагать, что оно получено в результате преступных действий", оно также подлежит конфискации.
Фото: ДМИТРИЙ ДУХАНИН, "Ъ"  
Павел Крашенинников видит в конфискации возврат к социализму
Такие формулировки открывают поистине неограниченные возможности для изъятия. Взять, к примеру, налоговые преступления. Сейчас налогоплательщику, недоплатившему (пусть и крупно) государству, грозит штраф, кроме того, его обяжут покрыть недоимки и набежавшие пени. Ничего конфисковать у него по закону пока не могут. С принятием поправок у проштрафившейся компании можно будет смело, имея на руках решение суда, конфисковывать любые активы на сумму утаенных от государства налогов. Иными словами, никаких аукционов вроде того, где был продан "Юганскнефтегаз", проводить впредь не понадобится.
       При желании конфисковать можно будет даже зарплату сотрудников компании, у которых "имелись основания полагать", что их руководство не всегда четко следует действующим законам; или, скажем, мебель, приобретенную на эту зарплату. Причем решение суда о конфискации будет вынесено в отношении преступника без какого-либо вашего участия, однако за имуществом нагрянут именно к вам. "Из законодательства, таким образом, просто исключается понятие добросовестного приобретателя. К примеру, человек остановился в гостинице. Никто не знает, что он террорист. Но можно предположить, что хозяин гостиницы знает. Он не знал, но можно предположить, что знал. Значит ли это, что у него можно конфисковать гостиницу? В уголовном праве это называется 'объективное вменение', когда предполагается судить не за то, что человек совершил, а за то, что он думал или мог подумать. Это абсолютно недопустимо",— уверен зампредседателя бюджетного комитета Госдумы Андрей Макаров.
       Еще пример. Предположим, у человека есть какие-то накопления. По словам Андрея Макарова, руководствуясь принципом объективного вменения, можно легко конфисковать все его имущество как "предназначенное для покупки, скажем, наркотиков или же увода от налогов".
       "По сути, речь идет о возвращении к социалистической системе конфискации, что абсолютно неправильно и лишено здравого смысла",— считает председатель комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников. По его словам, "имея сегодня нормальное процессуальное и гражданское законодательство, которое регулирует возмещение ущерба как государству, так и другим формам собственности, возвращать конфискацию в ее социалистическом виде неправильно".
       "Конфискация — это не универсальное средство. Это средство для того, чтобы изъять орудие преступления или то, что нажито преступным путем. Во всех остальных случаях конфискация превращается в свою противоположность, когда мы наказываем уже не просто человека, а его семью и изымаем то, что к самому преступлению не имеет никакого отношения",— добавил Андрей Макаров.
       
Без вины виноватые
Фото: ДМИТРИЙ АЗАРОВ, "Ъ"  
По мнению Владислава Резника, взимание недоимок без суда только увеличит коррупцию
Впрочем, налоговикам, желающим помочь государству заработать, будет совсем необязательно доводить дело до уголовной конфискации. Авторы других поправок, подпись под которыми, как предполагается, также должен поставить президент, придумали другой относительно честный способ отъема денег у налогоплательщиков — взимать с них налоговые штрафы без суда, сняв с плеч налоговых органов бремя доказывания вины проштрафившихся.
       Сейчас в бесспорном порядке, то есть без соответствующего решения суда, налоговики могут взыскать с налогоплательщика--юридического лица сумму налогового долга и пени. Штрафы взыскиваются только через суд. Вопросы же, связанные с неуплатой налогов гражданами, решаются исключительно в судах. При этом в обоих случаях доказывать суду вину налогоплательщика должны сами налоговые органы. Таким образом соблюдается один из ключевых принципов налогового законодательства — принцип презумпции невиновности. Его-то и хотят отменить.
       Механизм предложен следующий: если налогоплательщик, которому налоговый инспектор выпишет штраф (сейчас от 10 до 40% суммы недоплаченных налогов), вовремя не обжалует это решение в суде (срок на обжалование будет указан в решении и не может составлять меньше 30 дней), штраф с него взыщут в бесспорном порядке. Даже в том случае, если о вынесенном налоговым органом решении он ничего не знал. По причине, к примеру, почтовой волокиты. В случае, если налогоплательщик решит, что налоговики забрали у него слишком много, ему придется обращаться в суд, платить там государственную пошлину и доказывать свою правоту. Изъятые деньги к этому времени уже будут находиться в бюджете. Или в кармане налогового инспектора, который за определенное вознаграждение согласится уменьшить сумму выписанного штрафа.
       По словам Андрея Макарова, "штрафные санкции — это признание человека виновным, и, естественно, когда писали общую часть Налогового кодекса, мы исходили из того, что признать человека виновным может только суд". "Мы заложили в Налоговый кодекс те принципы, которые защищают права налогоплательщика, и я всегда признаю, что да, мы сделали общую часть кодекса с перекосом в сторону налогоплательщика. Почему? Потому что людей, которые сегодня у нас пытаются бороться с правами налогоплательщика, к сожалению, значительно больше, чем тех, кто хочет их защищать",— говорит депутат.
       С ним согласен и председатель комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам Владислав Резник: "Авторы этой инициативы ссылаются на перегруженность судов делами 'на 10 рублей'. Думаю, что эта проблема должна решаться иначе, без нарушения базового принципа — презумпции невиновности". "Если настолько доверять административным процедурам, то суды нужно вообще ликвидировать как институт, а презумпцию невиновности заменить административным чутьем. По этой логике, силовые структуры в состоянии сами казнить и миловать граждан без 'судебной волокиты'. Взимание недоимок без суда сэкономит, конечно, бюджетные деньги на судебных издержках, но дороги для коррупции расширит по сравнению даже с теми, что уже накатаны",— уверен Владислав Резник.
ГАЛИНА ЛЯШЕНКО
       
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...