Мишкины антирекорды

Миша Давыдов живет в Саратове с мамой и старшей сестрой. У мальчика несовершенный остеогенез — очень хрупкие кости. После множества переломов правая нога сильно деформировалась. Миша перенес длительное лечение и две операции, искривленную ногу выправили и укрепили штифтами. А этой зимой мальчик упал, один штифт погнулся и сместился. С тех пор Миша почти не ходит из-за невыносимой боли. Нужна срочная замена стержня новым, который даст кости опору и будет вместе с ней «расти». Но такая операция стоит больше 2 млн руб.

— Мой рекорд — десять переломов на правой ноге за год,— хвастается Миша.— А ребята из класса не верят, говорят, что я все выдумал, такого не бывает.

За первые пять лет жизни Миша перенес больше 30 переломов. Много месяцев провел в кровати по пояс в гипсе. А сейчас ползает по дому, сидя на попе: говорит, что ползать на четвереньках гораздо быстрее, но очень болят коленки. У мальчика они все сине-бордовые от синяков и болячек, которые не успевают заживать.

— Два года назад, после второй операции, Дед Мороз подарил Мише инвалидную коляску,— рассказывает Юля, мама мальчика.— Миша был счастлив. А сейчас он взрослый и ни за что не хочет в нее садиться, говорит: «Я не инвалид». И точка.

— Чтобы сломать ногу, Мише необязательно падать,— говорит Юля,— достаточно поплескаться в ванной. А первый перелом вообще случился на осмотре у врача, когда сыну было полтора месяца.

Врачи в саратовской поликлинике ничего не знали о несовершенном остеогенезе и лечили Мишу антибиотиками от остеомиелита — воспаления костной ткани. Правильный диагноз ему поставили после третьего перелома, когда ребенку было девять месяцев. Ортопед из Саратовского НИИ травматологии и ортопедии посоветовал сделать генетический анализ.

— У нас в Саратове не было необходимого оборудования,— вспоминает Юля.— В интернете я нашла московскую клинику GMS и записалась на консультацию к доктору Наталии Беловой. Она стала нашим спасителем.

Пока ждали очередь на лечение, Миша успел два раза сломать правую ногу, после чего перестал вставать и ходить.

Десять курсов терапии препаратом, укрепляющим кости, помогли оплатить читатели Русфонда. Ребенок снова стал ходить. И бегать.

— Это было огромное счастье: Миша начал больше двигаться, а ломать кости меньше,— рассказывает Юля.— Но почему-то у него все переломы приходились на правое бедро, причем ломалось одно и то же место. Нога деформировалась и стала на 3 см короче левой. Миша при ходьбе заваливался набок.

В сентябре 2018 года его прооперировали в GMS Clinic: хирурги исправили деформацию правого бедра и укрепили кость «растущим» стержнем. А в январе 2020-го точно так же укрепили и правую голень, потому что вся нагрузка и переломы переместились на нее. Собрать деньги на операцию вновь помог Русфонд.

После операции у Миши началась совершенно другая жизнь: ни одного перелома за два года — это был настоящий рекорд! Мальчик пошел в детский сад и стал готовиться к школе.

— Сын впервые осознал, что можно жить без гипса,— говорит Юля.— Он научился быть осторожным, взвешивать опасность.

Но в первом классе мальчик проучился всего полгода.

— Этой зимой у нас в городе был настоящий каток,— вспоминает Юля.— Лед никто не чистил. Миша на улице всегда крепко держал меня за руку и говорил: «Хорошо, что у меня нога железная, теперь она не сломается, правда?»

В начале февраля по дороге в школу Миша поскользнулся, упал и не смог встать. Юля на руках отнесла сына в травмпункт.

Миша оказался прав: металлический стержень не сломался — рентген это подтвердил. Но он согнулся и теперь раздирает изнутри мышцы. Каждый шаг причиняет мальчику нестерпимую боль. Без обезболивающей таблетки он не может даже встать с кровати.

Второе полугодие Миша отучился дистанционно, даже грамоту получил за успеваемость. Сейчас у него заслуженные каникулы, он проводит их дома: собирает конструктор, рисует и разгадывает кроссворды — это не так весело, как гулять, но зато безопасно.

В GMS Clinic Мише готовы заменить погнутый штифт в правой голени новым, который укрепит кость и будет «расти» вместе с мальчиком.

Юля мечтает, чтобы ее сын, просыпаясь по утрам, больше не плакал от боли и навсегда забыл про свои антирекорды. Но собрать деньги на дорогую операцию ей одной не по силам.