Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Подвижная в неподвижном


Подвижная в неподвижном
Фото: ДМИТРИЙ ЛЕБЕДЕВ, "Ъ"  
       Журнал "Деньги" продолжает следить за судьбами успешных молодых менеджеров. О том, как попасть на самую вершину карьерной лестницы, специальному корреспонденту Ъ Владимиру Гендлину рассказала руководитель отдела консультационных услуг по недвижимости международной аудиторской и консультационной компании Ernst & Young Ольга Архангельская.

Обстоятельства непреодолимой силы
       Ольга Архангельская считает себя скромным человеком. Но на мое предложение рассказать о своей карьере отозвалась с интересом.
       — Я оглянулась на свою жизнь, посмотрела — чего же я добилась? И даже самой понравилось.
       Может, это еще и потому, что она не только скромный, но и позитивно настроенный человек. В отличие от ипохондриков, которые находят повод для отчаяния даже при крупном выигрыше в рулетку, Ольга всем довольна и чувствует себя комфортно в мегаполисе, где все клянут пробки, власти, снегопады и террористов. Она любит своего мужа, красные машины и свою работу, за которую, представьте, еще и деньги платят!
       И вот каждое утро Ольга Архангельская просыпается в 7.15, садится в свою красную Toyota Corolla и едет к 9.00 с Профсоюзной на Садовническую набережную, где находится офис Ernst & Young.
       — Представляю себе эту дорогу. Не утомляет? — говорю я.
       Утомляет, поэтому рассматривается одно из ее позитивных решений — приобрести квартиру в пяти минутах от работы. Но, с другой стороны, благодаря этим поездкам у Ольги находится немного личного времени, когда можно побыть наедине с собой.
       — Неужели так редко выдается пообщаться с собой?
       — Редко,— вздыхает она.
       На работе ее ожидает характерный для иностранных компаний размеренно-напряженный ритм, который одни называют нещадной эксплуатацией, другие — современной организацией труда. То есть без авралов и бессрочных перекуров с чаепитиями.
       — До десяти — начала одиннадцатого утра, пока не совсем проснулась, я выполняю работу, о которой не надо много думать,— вчерашние заготовки. После десяти я уже в форме и надо быстро реагировать — на звонки, встречи, постановки новых задач. А с 16.00 примерно до 20.00 сажусь за дела, требующие вдумчивого анализа,— читаю отчеты, составляю списки дел на завтра.
       Работа в иностранной компании ближе ей по характеру.
       — У меня всегда было ощущение, что в российских компаниях меньше порядка и правил. А здесь мне с первого дня четко объяснили последовательность действий, которые приводят к успеху. И это до сих пор работает.
       Тяга к внутренней организованности сформировалась у Ольги Архангельской еще в молодости, когда училась в двух вузах одновременно и нельзя было позволить себе забыть какую-то вещь дома, куда-то опоздать и сбить день с ритма. А может, и еще раньше — в детстве.
       — Я всем обязана своим родителям. Я ведь не была таким уж целеустремленным ребенком, способным на самостоятельные шаги. Но мне дали много возможностей.
       Ребенком она ходила на художественную гимнастику, фигурное катание, плавание, волейбол, на бальные танцы, в музыкальную школу (Ольга играет на скрипке), в математический кружок. Из этого набора самыми долгими и серьезными увлечениями остались плавание и музыка. Но плавание и музыка не кормят, и для подготовки к серьезной жизни было решено перейти в 57-ю школу — одну из лучших математических школ Москвы.
       — Она сильно меня воспитала в плане серьезного отношения к жизни — там был придирчивый отбор, плохо учиться считалось неприличным, и даже моя четверка по математике стоила дороже пятерки в обычной школе, потому что пятерка была у мальчика, выигравшего международную олимпиаду.
       После успешного окончания 57-й школы логичный путь вел на мехмат МГУ. Но в жизни бывают обстоятельства непреодолимой силы, меняющие все ваши планы. По дороге в приемную комиссию Ольга сломала каблук, и случилось это возле другого факультета — вычислительной математики и кибернетики (ВМиК). Туда и пришлось подать документы.
       Она не была уверена в успехе, поэтому решила подстраховаться и подала документы еще в один вуз — в Финансовую академию, благо в тот год разрешалось поступать по копиям аттестатов. Она с самого начала считала это авантюрой и вздохнула спокойно, когда ее зачислили на ВМиК. Но однажды у нее состоялся странный телефонный разговор: мужской голос раздраженно требовал ответа, почему она не посещает занятия. "Неправда,— возмутилась Ольга,— я посещаю!" — "Не обманывайте, я ваш староста группы, и вас уже собираются отчислять!"
       Оказалось, в Финансовой академии Ольгу ждут не дождутся. Она смирилась и стала посещать вечернее отделение.
       — Учеба в двух местах не вызывала раздвоения сознания?
       — Конечно, это были два разных мира. На ВМиКе народ более академичный, загруженный учебой. А в Финансовой академии учились люди более взрослые, самостоятельные, уже работавшие.
       Ольга считает, что взятый с молодости ритм жизни плюс математическая организация ума определили ее дальнейший жизненный путь.
       — Что такое образование: это то, что осталось в голове после того, как все забыл,— говорит она.— Математика структурирует мозги, развивает логику, и это дает фору в дальнейшем при решении любых задач.
       Как говорится в сказках, оба вуза Ольга окончила счастливо и оба диплома получила в один день. После чего решила продолжить свое образование.
       Здесь ее вдохновил пример брата, учившегося вначале на мехмате МГУ, затем в Российской экономической школе, затем в Massachusetts Institute of Technology. Сейчас он профессор в London School of Economics. Ольга решила повторить его путь и подала документы сначала в Российскую экономическую школу, а затем разослала резюме в четыре американских университета, имевшие хороший рейтинг. Ее приняли в два.
       Лишь два мощных аргумента предотвратили очередную утечку мозгов за океан. Первый: она развернула карту и посмотрела на географическое положение этих университетов. Деревня деревней! Второе: она почувствовала, что тяга к учебе становится несколько навязчивой и угрожает превратить ее в вечную студентку.
       Поэтому она сделала две вещи: устроилась работать в один из проектов USAID в области недвижимости и подала свои резюме в две международные аудиторские и консультационные компании — Ernst & Young и Arthur Andersen. Приняли ее в Arthur Andersen, что не принципиально, поскольку после краха этой компании в США обе названные компании объединили свои практики и ведут бизнес под общим наименованием Ernst & Young.
       
Подвижность в недвижимости
       Тема недвижимости, с которой познакомилась Ольга Архангельская в проекте USAID, к концу 90-х еще не была выделена в отдельное направление в компании Arthur Andersen. Поэтому вначале ее направили в аудиторский отдел на начальную должность специалиста. Следующим этапом ее карьеры была работа в налоговом отделе в группе по недвижимости, затем группу по недвижимости передали в "корпоративные финансы". Важность рынка росла параллельно с профессиональным ростом Ольги Архангельской, и в конце концов случилось закономерное — Ольга возглавила отдел консультационных услуг по недвижимости компании Ernst & Young.
       — И теперь недвижимость — это навсегда? Или хотите попробовать что-то новое?
       — Наверное, навсегда. Накопилось много знаний, они востребованы — зачем что-то менять?
       Чем интересен этот рынок для консультантов — он развивается, здесь нет застоя, говорит Ольга. Поэтому многие проблемы этого рынка еще не идентифицированы, а инструменты и услуги, имеющиеся в арсенале международных консультантов, еще не востребованы в России. Но обязательно будут. Например, услуги по оптимизации использования объектов недвижимости — по словам Ольги, только сейчас крупные корпоративные клиенты начинают задавать вопросы, связанные с этой темой. Это значит, что если у кого-то много недвижимости, то ее нужно грамотно использовать — либо делать на ней деньги, либо сокращать расходы на нее.
       — А какой был ваш самый интересный проект?
       — Все по-своему интересны, и на каждом продолжаешь учиться новому. А самый масштабный проект, который мы делали по заказу одного из крупнейших российских банков,— оценка всех его объектов недвижимости по стране.
       — Задача выглядит непосильной. Что было самым сложным в этой работе?
       — В любом проекте самое сложное — понять контекст вопроса, то есть понять, что именно нужно клиенту и зачем ему это нужно. Это самый первый и самый важный этап — постановка задачи и формулирование проблемы.
       — А как же исполнение?
       — В нашей компании работают профессионалы с большим опытом работы. Каждый вопрос клиента можно отнести к определенному классу вопросов, по которому имеется отработанная технология работы.
       — Вот это как раз порой и ставят в вину консультантам с мировым именем: дескать, на каждый вопрос клиента они первым делом выкатывают огромный счет, после чего берут из своей базы данных некий типовой ответ, не привязанный к местным реалиям...
       — Это большое заблуждение. Действительно, в России есть своя специфика, и унифицированные решения здесь невозможны. Для того у нас и работают местные специалисты, хорошо знающие местные реалии, чтобы в сочетании с проверенными технологиями работы приносить максимальную пользу нашим клиентам.
       — И еще "большую четверку" обвиняют в диктате по отношению к клиентам — в типовом договоре жестко прописаны обязанности клиента по отношению к вам, вплоть до графика поступления платежей за работу...
       — Да, в больших консультационных компаниях более четкие и упорядоченные отношения с клиентами. Но здесь мы возвращаемся к теме правил и порядка. Есть мировая практика, и если у кого-то из российских бизнесменов есть обычай заключать договоры, предположим, в бане, то это не значит, что весь мир должен так поступать.
       — Ну хорошо, вернемся к рынку недвижимости. Кризис будет?
       Ольга улыбается.
       — Не знаю. И никто не знает.
       Хороший ответ. И, между прочим, отлично привязан к российским реалиям.
       
Верхушка лестницы
       — При такой работе у вас не накапливается ощущение стресса? И как вы его снимаете?
       — Стресс, конечно, есть, но он меня держит в тонусе. А вообще я стараюсь отдыхать по выходным в компании друзей.
       Три месяца назад Ольга нашла себе новое занятие — стала заниматься теннисом. Как думаете, когда менеджер крупной компании может выкроить время для игры в теннис? У Ольги такое расписание: по пятницам — с семи до восьми утра, по воскресеньям — с восьми до десяти утра. Такой режим тоже требует особой организованности — как бы ни хотелось выспаться, но есть определенные обязательства перед девушкой-тренером, которую нельзя подвести своей неявкой.
       — А машины водить любите?
       — Очень люблю.
       — А какие машины любите?
       — Красные! Вообще, красный — мой любимый цвет.
       — А отдыхать от работы любите?
       — Отдых обычно на Новый год, в Финляндии, и на майские. На море ездим на две недели — первую проводим на пляже, а потом берем машину и карту, чтобы самостоятельно путешествовать.
       — А что еще любите?
       — Мужа люблю (Андрей Архангельский, специалист по компьютерным технологиям, работает в компании IBM.— "Деньги"). Родителей люблю. Работу люблю. Вообще я оптимист по натуре и рада всему, что меня окружает.
       — И к чему вы хотите прийти в итоге? Есть какая-то заветная, еще не сбывшаяся цель?
       Она задумывается.
       — Для меня процесс часто важнее, чем результат. В этом процессе приятно, что приходится сталкиваться с интересными людьми, работать в команде с сильными профессионалами, реализовывать свои умения. Недавно я вспомнила карьерную лестницу, которую мне нарисовали в первый день работы и на верхушке которой — должность менеджера. И вот я однажды стала менеджером и испытала чувство некоторой дезориентации: кем же я теперь хочу стать?
       — Партнером?
       — Наверное, да. Да, хочу.
       К сведению, партнер в этом бизнесе — это не то же, что партнер по теннису. Это совладелец компании.
       

Журнал "Коммерсантъ Деньги" №47

от 29.11.2004, стр. 46

Авторы

  • Владимир Гендлин
    корреспондент