Бывший гендиректор отметил, что о наличии задолженности по НДФЛ за 2014 год он узнал только в 2016 году от следователя. «Я лично и весь трудовой коллектив сохранили все материальные и финансовые активы предприятия — большие дебиторские задолженности, сотни объектов недвижимости, земельные участки, более тысячи единиц спецтехники, множество уникального оборудования, станков, которые были переданы в конкурсную массу. По нашим оценкам, стоимость этих активов составляла примерно 36 млрд руб. Для меня очевидно, что если бы ИФНС по Советскому округу Омска своевременно встала в реестр кредиторов второй, подчеркиваю, второй очереди по НДФЛ и воспользовалась своим правом накладывать данные им законом ограничения на реализацию активов, то как минимум задолженность "Мостовика" была бы полностью погашена»,— пояснял он ранее в социальной сети. Кроме того, господин Шишов утверждал, что в указанный следствием период платежи «Мостовика» контролировал Сбербанк как крупнейший кредитор. «С апреля по октябрь 2014 года я фактически был отстранен от расходования денежных средств предприятия, и движением денежных средств управляли разные специалисты по решению Сбербанка. Была введена вторая блокирующая подпись. Я в принципе не мог сопротивляться этим решениям, так как крупнейший кредитор стал собственником предприятия. Моя доля была в залоге банка, и он контролировал единственный рабочий расчетный счет»,— заявил в суде бывший топ-менеджер. В своем длительном выступлении он затронул тему банкротства некогда крупнейшей в стране инфраструктурной компании, которой «доверяли выполнение самых сложных работ на объектах "Газпрома", "Транснефти", АТЭС-2012 во Владивостоке, Олимпиады 2014 года в Сочи, космодрома "Восточный" и многих других»: «Мы, многотысячный коллектив "Мостовика", не подвели, выполнили многочисленные уникальные объекты, а нас госзаказчики разорили».