Дьявольски божественный
Умер Диего Марадона
В пригороде Буэнос-Айреса в возрасте 60 лет после сердечного приступа скончался Диего Марадона — игрок, в котором удивительным образом в абсолютно равных пропорциях сочетались божественное и дьявольское, неземной талант и постоянное стремление к его разрушению. Последнее помешало ему получить неофициальный титул короля футбола, но не помешало получить вполне официальный титул просто лучшего футболиста прошлого века.
В 1986 году Диего Марадона стал единственным в истории футболистом, который смог выиграть чемпионат мира почти в одиночку
Carlo Fumagalli, File / AP
Даже многие из тех, кому не повезло сильно разминуться с Диего Марадоной поколениями, знают, что из трех с лишним сотен забитых им в карьере голов два главных пришлись на один матч — четвертьфинал чемпионата мира в Мексике в 1986 году. Аргентинская сборная играла с английской. Оба были забиты во втором тайме. Первый — чудовищным обманом, той самой «рукой Бога», с помощью которой Марадона одурачил и могучего вратаря Питера Шилтона, кажется, так сразу не понявшего, как этот уступающий ему в росте пару десятков сантиметров коренастенький аргентинец переиграл его в воздухе, и судей, и вообще всех-всех-всех. Второй — невероятным проходом через полполя, мимо полудюжины разбросанных финтами соперников. «Гол века» — так его назовут позже, и достойных конкурентов, чтобы статус оспорить, у него не появится.
Главными они были не столько в смысле практической ценности, сколько как идеальное описание феномена, исключительности Диего Марадоны. Вся его карьера, вся его жизнь ведь были воплотившимся в этих голах немыслимым миксом, в котором небесный талант был густо приправлен склонностью к трикстерству, жаждой все время находиться где-то на грани между тем, что считается достойным, и тем, что считается абсолютно неприемлемым. Вернее так — заглядывать за грань. И этот микс трансформировался в невероятные парадоксы.
В умение, совершенно не соответствуя по физическим параметрам эталонному атлету, быть не просто техничнее, а резче, быстрее, мощнее атлетов. В умение, часто выглядя вне футбольного стадиона наивным дуралеем, готовым купиться на любую приманку — финансовую, политическую, внутри футбольного стадиона принимать уникальные по мудрости, неординарности решения. В умение, формально будучи очевидным эгоистом и индивидуалистом, влюбленным исключительно в себя и только себе доверяющим, заслужить от огромного числа сокомандников признания в том, что такого роскошного партнера у них никогда не было и не будет. Да, в конце концов он трансформировался в странное, не поддающееся объяснению с помощью нормальной логики развитие его биографии.
Чем знаменит Диего Марадона
Читать далееНа первом взрослом этапе своей карьеры Диего Марадона, строго говоря, провалился, и когда оказался не в состоянии чуть-чуть освежить и так могучую, владевшую чемпионским титулом сборную Аргентины на испанском мировом первенстве в 1982 году, и когда после него не смог добавить мощи и так мощной «Барселоне». Выступая за нее, он запомнился в основном скандалами и драками, а не значимыми титулами.
Зато в грандиозный триумф вылился второй этап. «Наполи», куда Диего Марадона сбежал от барселонских мучений, точно не был крутейшим итальянским клубом, но с ним — да нет, конечно, благодаря ему — дважды взял золото. И точно крутейшей сборной Аргентины не была та, что приехала на чемпионат мира 1986 года. Наоборот, она, может быть, была слабейшей среди всех существовавших до нее аргентинских сборных — скроенная по меркам элиты кое-как, в основном из невостребованных на высшем клубном уровне игроков.
По глубине, качеству заявки, по котировкам она на голову уступала той, что не блеснула в 1982-м, но в отличие от нее добралась до титула, потому что в этой серенькой заявке был «неплакатный», не чурающийся обмана и подлости, но все же именно супергерой, которому, казалось, именно такой бледный фон и необходим, чтобы кулаками сбивать межконтинентальные ракеты.
Уже тогда было известно о похождениях Диего Марадоны, приведших в том числе к рождению внебрачного сына, уже тогда слухи о том, что баловство кокаином, начавшееся еще в Испании, трансформировалось в настоящую наркотическую зависимость, были чем-то большим, чем слухи. Но талант почему-то все равно брал верх над иными составляющими микса. А перестал брать лишь после следующего чемпионата мира — в Италии в 1990 году, на котором Марадона, несмотря на травму левой ноги, дотащил опять в целом невзрачных, не тянувших на фаворитов аргентинцев до финала. В нем безупречным немцам принес золотые награды необязательный пенальти.
Диего Марадона продолжал играть в эту свою любимую игру — против правил, футбольных и жизненных,— и дальше. Безостановочно, хотя в основном и проигрывал. Потолстевший, окончательно забывший о режиме, он приехал на чемпионат мира 1994 года, но покинул его досрочно и с позором, попавшись на эфедрине. Он пытался доказать, что при всей своей эмоциональности, несдержанности может быть хорошим тренером, но не доказал. Тренер из Марадоны вышел отвратительный, и сборная Аргентины с ним на скамейке, потрясающая по именам сборная Аргентины, южноафриканское мировое первенство 2010 года покинула под дружный свист после разгромного, 0:4, поражения в четвертьфинале от немцев. А еще его периодически вытаскивали с того света врачи — кубинские, аргентинские: игра шла и на том фронте, в котором на кону было кое-что ценнее, чем репутация.
Победу в эти три долгих десятилетия вслед за коротким в действительности расцветом Диего Марадона одержал, по сути, одну-единственную. Но это была очень особенная победа.
В 2000 году Международная федерация футбола (FIFA) устроила на своем сайте опрос: болельщики определяли лучшего игрока уходящего столетия. Те, кто его инициировал, оказались в неловком положении. Давным-давно носивший неофициальный и никем не оспариваемый титул короля игры бразилец Пеле уступил Диего Марадоне. Уступил не на тоненького, а собрав втрое меньше голосов. Пеле, трехкратный чемпион мира, автор кучи рекордов, образец честности и спортивности, по-прежнему остается ярчайшей иконой футбола, его лицом, по-прежнему носит королевский титул, но олицетворением футбольной магии, более притягательной, чем героический шаблон, видимо, навсегда останется тот, в связи с чьей кончиной соседняя с Бразилией страна объявила в среду трехдневный траур.
Газета «Коммерсантъ» №217
от 26.11.2020, стр. 12



















