В Мультимедиа Арт Музее при поддержке группы компаний ПИК проходит выставка «Три жизни Аньес Варда». Игорь Гребельников обнаружил на ней работы не только великого режиссера, но и великого фотографа и художника.
Фото: Коммерсантъ / Глеб Щелкунов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Глеб Щелкунов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Глеб Щелкунов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Глеб Щелкунов / купить фото
«Три жизни Аньес Варда» — это три вида ее искусства, которые соединила экспозиция: кино, фотография и миниатюрные объекты-шалаши из кинопленки, отсылающие к конкретным фильмам. Но слово «жизнь» просится к ее имени. Не только потому, что Варда прожила 90 лет, из ласточки французской новой волны (так Аньес окрестили кинокритики) превратившись в динозавра (так шутила сама режиссер). Но и потому, что жизнь стала главным содержанием и смыслом ее фильмов — не захватывающими историями, блистательно сыгранными и снятыми, а хрупкой материальностью, в документальных кадрах которой незаметно растворяются сюжеты ее картин. После «Счастья» (1965), безусловного шедевра Варда, колышущиеся подсолнухи, незатейливые пейзажи, на фоне которых разворачивается действие, оседают в памяти так же прочно, как и сама драма хрупкости счастья, о котором герои твердят на все лады.
Этой незаметной легкости переходов от игрового к документальному кино Аньес Варда во многом обязана фотографии. В 1954 году она устроила выставку прямо во дворе своего дома в Париже. Фотографии висели на ставнях и на стене дома, и это особое удовольствие видеть их на выставке МАММ. Сморщенная, проросшая картофелина, напоминающая сердце с сосудами, дети в масках во время Масленицы, старый забор, сцена на пляже с мертвой козой на переднем плане, голым мужчиной, смотрящим в море,— на дальнем и ребенком в центре. Последнему снимку, названному «Улисс», в 1982 году Варда посвятила одноименный документальный фильм: воспоминание о том дне, 9 мая 1954 года, и том моменте, когда все так странно сошлось в этом кадре. И этот фильм — гимн самой природе фотографии: не смерти момента, но рождению пронзительной истории.
Прием всматривания в кадр, подробного вспоминания Аньес Варда виртуозно использовала в кино. Кадры обнаруженной рядом с виноградником мертвой женщины становятся отправной точкой ее знаменитого фильма «Без крыши вне закона» (1985): своего рода расследование последних месяцев жизни героини-бродяги, ее возвращение из небытия.
Об этой спасительной магии целлулоида — один из последних и довольно неожиданный проект Аньес Варда: ее «Шалаши кино», по сути, инсталляции из кинопленки, как большие, в человеческий рост, так и миниатюрные (их показывают на выставке в МАММ). Они напрямую отсылают к фильмам, в которых фигурировали. В «Счастье» шалаш — атрибут отдыха на природе, свидетель счастья, он и в инсталляции будто теплица, в которой расцвели подсолнухи. В «Без крыши вне закона» это палатка, прибежище бродяги, которое всегда с собой, а на выставке — беззащитная неуютная конструкция. Есть и «Шалаш неудачи», навеянный фильмом «Создания» (1967), не сумевшим повторить успеха «Счастья»: это склад с миниатюрными коробками из-под кинопленки, подсвеченный лампочкой. «Шалаши кино» Варда продолжают внушительную галерею подобных пространств, инсталляций, созданных современными художниками. От иглу Марио Мерца до «Человека, улетевшего в космос из своей комнаты» Ильи Кабакова, «Клеток» Луиз Буржуа и «Палатки» Трейси Эмин — пристанища страхов, разочарований, надежд. В исполнении Аньес Варда «Шалаши кино» — пронзительная метафора, соединяющая внешний взгляд на ее творчество с взглядом на мир из этих причудливых конструкций через кадры ее фильмов. 21 апреля МАММ начнет показывать ее кино, и это редкая возможность соединить «Три жизни Аньес Варда» в одну.
Розали Варда: ее всегда интересовали люди с улицы
Перед открытием выставки в Мультимедиа Арт Музее Андрей Плахов побеседовал с художницей по костюмам Розали Варда, которая привезла в Москву наследие своей матери Аньес Варда.