фестиваль театр
Вчера в Москве стартовал V Международный фестиваль искусств имени Соломона Михоэлса. На его открытии в чеховском МХАТе Киевский национальный драматический театр имени Ивана Франко показал спектакль по Шолом-Алейхему "Тевье-Тевель", который по праву считается визитной карточкой франковцев. Корреспондент Ъ МАРИНА Ъ-ШИМАДИНА поговорила с художественным руководителем театра, бессменным исполнителем роли молочника Тевье и национальной гордостью Украины БОГДАНОМ СТУПКОЙ.— Ваш спектакль называют легендарным. Он произвел фурор на первом Чеховском фестивале. Как его принимают сегодня?
— Сейчас мы только вернулись с гастролей в Америке, играли там в огромных залах по полторы тысячи человек, которые были набиты битком. Мы сами не ожидали такого приема. Гастроли открывала внучка Шалом-Алейхема Бел Кауф. Ей 91 год, и она живет в Нью-Йорке, где был похоронен Шалом-Алейхем. Хотя он мечтал быть похороненным на Украине, где родился и жил, где ему маленький и чернобородый молочник Тевье привозил по утрам молоко. В Америке живет внучка или правнучка этого Тевье, Белла Борисовна Заславская, она уже старенькая, не смогла приехать к нам, но прислала благодарственное письмо.
— А как спектакль принимают на Украине?
— Потрясающе! Мы играем "Тевье" 13 лет при аншлагах. На спектакль нельзя попасть. Я не думаю, что на "Тевье" одни евреи ходят. Просто спектакль очень мудрый и интернациональный. Оформление Данила Лидера, этот млечный путь и кувшин, замечательная постановка Сергея Данченко, потрясающая музыка Михаила Глуза — все сошлось, как звезды на небе. Мы гордимся этим спектаклем. Это Библия, рассказанная на примере одной семьи. Сейчас наш театр ищет новые пьесы на еврейскую тему, но лучше Шолом-Алейхема я пока не нашел.
— Роль Тевье-молочника — это и ваша личная визитная карточка?
— Мои самые удачные роли — Микола Задорожный из спектакля "Украденное счастье" по Ивану Франко, чеховский дядя Ваня и вот Тевье. Новых ролей пока нет. В прошлом году я стал художественным руководителем театра: надо разбираться с хозяйством. Я ничего не ставлю сам, буду приглашать разных режиссеров, например Роберта Стуруа. Сейчас у нас ученик Анатолия Васильева Саша Ануров ставит спектакль "Букварь мира" об украинском философе Григории Сковороде, который говорил, что для жизни не нужны золотые унитазы. Это очень важно в наше время. Польский режиссер из Кракова Збигнев Наймола поставил Виткевича, который никогда не шел на Украине. Может быть, поставим Евгения Евтушенко, пригласим Николая Коляду, русского драматурга украинского происхождения.
— В Москве сейчас мощно заявило о себе новое поколение молодых режиссеров и драматургов, а что происходит у вас?
— У нас есть Жолдак. В репертуаре его "Три сестры" и "Кармен", будет еще "Месяц в деревне". Я считаю, что авангард нужен даже в национальном театре, но в умеренных количествах. Есть у нас и современная пьеса. Александр Денисенко, ученик Сергея Бондарчука, написал для нас пьесу "Оксана" о жизни Тараса Шевченко. Будет ставить молодой талантливый режиссер Александр Белозуб. К новому году мы готовим четыре премьеры. Я открыл малую сцену на 100 мест. Там будет идти Стриндберг, Эдуардо де Филиппо, мольеровского "Тартюфа" будет ставить Козьменко-Делинде, который десять лет проработал во МХАТе, а сейчас живет в Словакии. У нас играет и ставит ученик Петра Фоменко Андрей Приходько. Я стараюсь не обрубать связей и считаю, что на украинской сцене должна быть драматургия всего мира.
— Как сейчас живет ваш театр?
— По-разному. Нельзя сказать, что очень плохо. Он имеет статус национального, поэтому с нового года нам удвоили зарплату — со $150 до $300, мы имеем спонсоров на постановки, крутимся. Мы участвовали в фестивале античной драматургии в Греции, сейчас вот привезли 56 человек и декорации. А на следующий год попробуем привезти весь наш театр на гастроли во МХАТ, устроим с Олегом Табаковым бартерную сделку между театрами.