За Владимира Путина тревожно?
Борис Немцов, лидер СПС:
— Скажем так, меня многое беспокоит. Сегодня в России нарушен баланс властей, превалирует власть одного человека. Президент зачистил политическую площадку и не хочет слышать оппозицию. Соотношение региональных и федерального бюджета стало 37 на 63 в пользу центра, а обязательства губернаторов увеличили вдвое. И я бы сейчас в эти козлы отпущения ни за что не пошел. А что касается достижений, то все они уже сделаны, и никаких судьбоносных решений за исключением разве что международной сферы ждать не следует. Если год назад я бы оценил деятельность президент на 60% как плюсовую и 40% — как минус, то сейчас наоборот. Наконец, под президентом находятся две страшные мины в виде пенсионной реформы и власти монополий.Михаил Гуцериев, президент "Славнефти":
— Я Путиным горжусь, тревожится за него нечего, он работоспособный и молодой, отлично справляется, хотя объем проблем так велик, что ему приходится заниматься всем одновременно. А мы ему, если надо, всегда плечо подставим. Говорят, демократию зажимают, а в чем? НТВ поменялось, но осталось ведь таким же злым. А страну в порядок приводить надо — распоясались не в меру.Александр Невзоров, депутат Госдумы:
— Еще как тревожусь: мы все в ответе за психику президента, которую подвергаем жесточайшему испытанию лестью. Тиранов лепят из того же теста, что и остальных людей. Они становятся такими в результате сумасшедшей обработки лестью, и надо быть сверхчеловеком, чтобы выдержать общегосударственный подхалимаж. И я не уверен в искренности вражды к нему тех, кому это приписывают. Те же губернаторы не будут враждовать с сильным, а с появлением полпредов они стали еще пополпредистее в выражениях своей преданности.Людмила Пихоя, вице-президент Импэксбанка, в 1998-1999 годах советник президента Ельцина:
— Путин доказал, что он реальный президент России и может вести страну, минуя потрясения, по мирному пути. У него высочайший рейтинг, и сегодня на политической арене нет ни одной фигуры, способной составить ему конкуренцию. Но теоретически самая сильная партия России — "партия денег" — может повторить использованный сценарий и накануне выборов выставить неизвестную фигуру. И это отрицательный момент.
Таймураз Боллоев, гендиректор компании "Балтика":
— Конечно, ведь это благодаря ему экономическая ситуация изменилась в лучшую сторону. "Балтике", например, ЕБРР значительно смягчил условия кредита, оставив в стороне риски деятельности в России. А на прошлой неделе в Лондоне принц Чарльз сказал мне, что у Путина гигантский потенциал. Я с ним полностью согласен.Валерия Новодворская, лидер партии "Демократический союз":
— Мне больше за Россию тревожно, у нас и так мало было достижений за прошедшие десятилетие, а он последнее отнял — российский гимн. До него были НТВ и ТВ-6, журналист Пасько был на свободе, чекисты сидели на Лубянке. Теперь один канал обескровлен, другой уничтожен, Пасько в тюрьме, а чекисты — в Кремле. А КГБ, из которого он вышел, не та организация, которая преуспела по части оказания добрых услуг. И президент стал могильщиком демократии. Всех построил, и Совет федерации в том числе, хотя парламентаризм у нас и раньше был убогий.Владимир Жириновский, вице-спикер Госдумы:
— Оснований для тревоги нет. Хуже, во всяком случае, не стало. Да и улучшения наметились. Но надо президенту четче формулировать национальные задачи. У меня много вопросов по федеральным округам. По-моему, достаточно было оставить тридцать губерний по пять миллионов человек. Крайне необходимо усиливать роль государства в энергетике, в металлургии, внешней торговле, лесной промышленности, взять под жесткий контроль внешнюю торговлю, продажу алкоголя, сахара и табака.Геннадий Зюганов, лидер КПРФ:
— Президенту надо самому тревожиться: если ему не хватит воли заявить, что стране экстренно нужно качественно иное правительство и новая экономическая политика, рейтинг быстро обвалится. Нашему простодушному народу уже мало только вида спортивного президента, нужно реальное улучшение жизни. А доверие, запасы нефтедолларов почти иссякли. Все чувствуют ухудшение жизни, кроме группки олигархов. Плохо стало со свободой слова, Совет федерации и Дума стали управляемыми. В экономике — ультралиберализм, законы попираются бандитами, а о международной политике красноречиво свидетельствуют натовцы в Средней Азии и американцы в Грузии.Игорь Юргенс, вице-президент РСПП:
— Немного. Если сравнивать с таким же периодом Ельцина, то успехов у Путина больше. Сделал он многое, но впереди еще больший объем работы. И дай Бог ему здоровья, чтобы со всем справиться. Главное — надо определяться с ускорением начатых реформ, которые начинают сильно пробуксовывать. То, что Путин берется за многие направления, видимо, свойство его души и отсутствие вокруг него большого числа людей, которым он мог бы это полностью делегировать.Виктор Похмелкин, сопредседатель движения "Либеральная Россия":
— Тревожно не за Путина, а за страну. Все худшее, что досталось от Ельцина, он приумножил, а лучшее — растранжирил. Хватание Путина за все — признак слабого руководителя, да и доверять ему особо некому. И мы видим слабую власть, которая всего боится и делает судорожные движения, не совершая при этом ни одного прорыва ни в одном из направлений.Лев Черной, президент общественной организации содействия реформам "Мобилизация и развитие":
— Немного, ведь на нем сейчас сконцентрированы гигантские общественные ожидания. А ситуация сложная и быстро меняющаяся. Выдержать давление этих обстоятельств очень трудно. Но я убежден, что Путин выдержит.
Владимир Шевченко, советник президента России:
— Поводов для тревоги я не вижу. Наоборот, человек делает свое дело, делает уверенно. А что касается Бориса Николаевича, то он всегда говорит, что, назначив Путина преемником, он впервые не ошибся. Ельцин относится к Путину не как к ребенку, а как к самостоятельному политику, ответственному за судьбу России.ВЫНОСЫ:
Еще как: мы все в ответе за психику президентаПрезиденту надо самому тревожиться