"Мы понимаем важность укрепления сотрудничества со странами Латинской Америки"
мнение
Банковские системы стран Южной Америки разные, но в то же время очень связанные друг с другом. События в одной стране неизбежно отражаются на финансовой ситуации во всем регионе. Об особенностях финансового рынка Латинской Америки и месте, которое могут занять на нем российские банки, корреспонденту "Ъ" рассказал ОЛЕГ ВАКСМАН, заместитель председателя правления Газпромбанка, в зону ответственности которого входит международный бизнес этой финансовой организации.
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото
— Можно ли говорить об общих особенностях банковского рынка стран Латинской Америки, учитывая серьезные экономические и отчасти культурные различия между странами региона?
— Латинская Америка сегодня — это в первую очередь динамично развивающийся регион. Развитие это турбулентное, крайне неравномерное.
Регион испытывал потрясения в 80-90-х годах ХХ века, характерным был правовой вакуум, который воцарился в результате разрушения многих диктаторских режимов и последующего перехода к демократической форме правления. Важным шагом на пути выстраивания сильной, всесторонне интегрированной банковской системы стало введение норм "Базеля-1", постепенно и с оглядкой на экономические показатели внедряется "Базель-2" (в основном это касается расчета требований к капиталу).
Сейчас многие банки стран Латинской Америки переживают реструктуризацию, поглощаются банки с неэффективным управлением и недостаточно высоким уровнем капитализации. Это в том числе некогда мощные государственные банки вроде Национального банка развития Аргентины (упразднен в 1993-м) или Банка Рио-де-Жанейро в Бразилии (приватизирован в 1997-м). Правительства стран Латинской Америки предпринимают последовательные шаги, направленные на усиление роли финансового надзора. За последние десятилетия сильно выросла роль независимых центральных банков.
В банковской системе стран Латинской Америки характерна особая роль государственных банков. В 1980-е годы прошлого века во время кризиса стала очевидна вся неэффективность такой схемы, так как доступ к бюджетным средствам был заметно ограничен, а заемщики оказались неплатежеспособными. В 1990-е годы эти некогда сильные банки упразднялись, приватизировались, либо, как в случае с Перу, все госбанки были ликвидированы в принципе как неэффективные. Вообще, страны Латинской Америки пережили немало банковских и финансовых кризисов, которые становились следствием неэффективной системы пруденциального регулирования, финансирования бюджетных затруднений, резкого прироста кредита частного сектора, колебания валютных курсов и, безусловно, политических потрясений. И тут почти всегда имел место эффект цепной реакции: кризис или переворот в одной стране вели к резким сокращениям инвестиций в другой, что, в свою очередь, было катализатором к другим потрясениям и так далее, по цепочке. То есть банковская система региона достаточно взаимозависима. Что касается культурных различий, то Россия эффективно выстраивала конструктивные отношения именно потому, что мы очень понятны друг другу.
— Насколько серьезную роль в регионе играют банки США? Как на это смотрят в разных странах региона, видят ли в этом проблему или преимущества?
— США в принципе достаточно активно участвовали в судьбах многих латиноамериканских стран, достаточно высоко влияние США в некоторых странах и сегодня — это Чили, Бразилия и Мексика, являющиеся также самыми крупными экономиками Латинской Америки.
Банки США проводили весьма рискованную кредитную политику в 1980-е годы ХХ века — в результате политических/экономических потрясений кредиты стали просроченными. Самым крупным банком был и остается JPMorgan Chase, который имеет достаточно серьезный вес в экономике Мексики. США все так же остаются основным торговым партнером в Латинской Америке, однако КНР обогнала показатели торговли США в таких странах, как Бразилия, Аргентина, Перу, Венесуэла. В основном это касается сырьевого рынка, например соевых бобов и нефти.
— Насколько знаком этот регион для наших банков, осуществлялась ли здесь (помимо, возможно, Кубы) деятельность советских внешнеторговых и банковских структур? Какой характер она имела?
— Деятельность советской внешней торговли велась в большинстве стран Латинской Америки. Где-то это сотрудничество было действительно полномасштабным, как, например, на Кубе, где СССР построил свыше 1 тыс. объектов, где-то имело место сотрудничество на основании Торговых соглашений, которые СССР заключал с правительствами стран региона и которые предоставляли сторонам режим наибольшего благоприятствования.
В начале 1990-х годов объем торговли упал до минимума. Он и сегодня относительно скромен — примерно $15-17 млрд, в структуре российской внешней торговли всем странам Латинской Америки пока принадлежит около 2%.
Сегодня активно закладывается инвестиционный фундамент региона, и участие в этой "стройке" позволило бы дать старт формированию действительно долгосрочных взаимовыгодных отношений. России и российским банкам в этой части помогают дружеские отношения, которые складывались на протяжении долгого времени между правительствами наших стран. Это, безусловно, Куба, с которой нас объединяет длительная история сотрудничества. Это Венесуэла, Никарагуа, Колумбия, Эквадор, Перу, идет активное сотрудничество с Бразилией и Аргентиной, рядом других стран.
Наиболее интересными объектами инвестиций является инфраструктура. Порты, терминалы, дороги — все они будут основными драйверами экономик региона. Не стоит забывать и про природные ресурсы. Филиалы или представительства крупных российских компаний ("Газпром", ЛУКОЙЛ, "Русал" и др.) создаются в тех странах, где отечественный бизнес реализует долгосрочные проекты, связанные с разработкой полезных ископаемых и строительством объектов электроэнергетики и производственной инфраструктуры: Аргентина, Боливия, Бразилия, Венесуэла, Гайана. Мы отчетливо понимаем важность укрепления сотрудничества со странами Латинской Америки. Представители Газпромбанка активно участвуют в работе межправительственных комиссий, в целях продвижения наших активов организуются бизнес-миссии. Очень результативной, на мой взгляд, была поездка в Аргентину осенью 2014 года. Мы провели роуд-шоу наших промышленных активов, узнали специфику рынка Аргентины, выслушали потенциальных заказчиков. Один из результатов поездки — создание СП "Уралмаш НГО Холдинг" для производства бурового оборудования в Аргентине. Также в мае текущего года состоялась поездка нефтесервисной компании ERIELL в Боливию и Аргентину. В результате высокого спроса на услуги ERIELL было принято решение о создании филиалов компании в этих странах.
— Сейчас на рынки Латинской Америки, в том числе банковский, активно проникает Китай. Можно ли его считать конкурентом России?
— Действительно, большое количество инвестиций в Латинскую Америку поступает через китайские банки. Только за 2014 год объем инвестиций увеличился на 71%, до $22 млрд, большая часть средств выделается в виде займов Банком развития Китая. В течение следующих десяти лет Китай хочет в два раза увеличить объемы торговли с Центральной и Южной Америками, доведя этот показатель до $500 млрд к 2020 году. Основными получателями средств стали Бразилия ($8,6 млрд), Аргентина ($7 млрд), Венесуэла ($5,6 млрд), Эквадор ($820 млн). Такие объемы инвестиций объясняются привлекательностью сырьевого рынка региона с его традиционно низкими издержками, а также желанием КНР обрести стабильных партнеров в Латинской Америке. При этом для кредитной политики китайских банков характерен высокорискованный подход, например предоставление кредитов по заметно меньшим ставкам, нежели банки ЕС или США. В свою очередь, высокая привлекательность кредитов делает банки Китая излюбленными банками в Латинской Америке.
Конкурентами нас назвать сложно. Есть проекты совместного интереса, особенно в сферах добычи полезных ископаемых, углеводородов, их первичной обработки. Потенциал российских банков в части представления инвестиций в регионе существенно ниже, поэтому мы делаем акцент на финансировании проектов с привлечением отечественного оборудования.
— Какое значение для региона будет иметь создание банковских структур БРИКС?
— Предполагается, что проекты для Банка развития БРИКС будут отбирать национальные банки развития. О перспективах Нового банка развития (НБР), созданного под эгидой БРИКС, говорить пока преждевременно: выводы об эффективности работы института можно будет сделать не ранее чем через пять лет. Стоит отметить, что на саммите БРИКС в июле 2014 года в Бразилии Венесуэла выступила за создание рабочего альянса между Банком развития БРИКС и Южноамериканским банком. В свою очередь, Южноамериканский банк, созданный Аргентиной, Бразилией, Парагваем, Уругваем, Эквадором, Боливией и Венесуэлой, с начальным капиталом $20 млрд по своим принципам очень похож на НБР и нацелен на финансирование крупных инфраструктурных и социальных проектов в регионе. О перспективах альянса говорить слишком рано: его востребованность должна быть подтверждена.