Сдача в рублях

Евгений ЯСИН, президент фонда «Либеральная миссия», научный руководитель Государственного университета — Высшая школа экономики:

Сегодня в Москве любой человек может обменять рубль на любую другую валюту. Но только в Москве. Вообще валюта становится международной, когда на нее появляется спрос в зарубежных странах. Пока что у нас кроме товаров природного происхождения (нефть, газ и т. д.) заграница ничего не покупает — наша страна отличается низкой конкурентоспособностью. Надо научиться работать. И думать. Когда у нас производительность труда повысится раз в пять, тогда будет много конкурентных товаров и цены будут стабильными. Но пока этого нет. От того, что вы произнесете слова «полная конвертируемость рубля», ничего не переменится. Эта проблема не решается директивным путем. Французский франк стал конвертируемой валютой лишь лет за пять до того, как его заменили на евро.

Есть закономерность соотношения между рыночным курсом валюты и паритетом покупательной способности (ППС) населения. В тех странах, где высокий ВВП на душу населения, где производится большое количество товаров, это соотношение близко к единице. В Европе чуть больше, в США чуть меньше единицы. В Африке соотношение между рыночным курсом и ППС равно 6 — 7. В России — 3. Мы небогатая страна. Изменить это обстоятельство можно только советским путем: взять и назначить цену доллара в 62 копейки. Но от этого лучше не станет. Все равно вы на рубль больше товаров не купите. А за рубль в Америке вообще не купите ничего.

Высокая конкурентоспособность страны требует изменения менталитета ее населения. Не меньше 30 лет понадобилось Японии, Корее, Сингапуру, Испании для того, чтобы научиться высокопроизводительному труду. Сколько лет понадобится, чтобы наши автомобили покупали не только в Африке, но и в Англии? Вы скажете — никогда этого не будет. А я оптимист, я говорю — это произойдет лет через 30.