Я надеюсь, всех очень интересует вопрос о том, как Владимир Путин относится к детям. Довольно интересный ответ на этот вопрос можно получить, ознакомившись с детским сайтом президента России.
МОЛЧАНИЕ — ЗОЛОТО
Оставим в стороне увлекательные подробности создания сайта. Известно, что его изготовители за полтора года возненавидели друг друга. Когда была презентация сайта в Кремле, я всего-навсего час наблюдал за тем, как они ведут себя за одним столом. Их ведь посадили за стол и попросили подождать несколько минут, пока не подойдет президент. Журналисты ждали в соседней комнате и могли наслаждаться видом всех этих людей по большому плазменному монитору. По соседнему монитору мы видели детей в Ярославле. Дети вели себя шумно. Они буквально прилипли к экранам своих компьютеров. Их интересовал президентский сайт. Они постоянно что-то кричали, тыча пальцами в компьютеры.
В это же самое время разработчики сосредоточенно молчали. Они старались не смотреть друг на друга. Наглядевшись в потолок, они изучили и всю поверхность стола, за которым сидели. Писатель Григорий Остер, который отвечал за литературную составляющую сайта, попробовал было в какой-то момент все же заговорить с коллегами-компьютерщиками, но смотрелся, надо сказать, довольно одиноко. Он, видимо, и сам понял, что не надо этого делать, успокоился и больше не произнес ни слова. А президент все не шел.
Удивительно, как в такой ситуации, не самой, прямо скажем, комфортной, этим людям удалось сделать интересный и даже талантливый сайт. Но вот удалось.
Потом президент, ко всеобщему облегчению, наконец пришел. И ярославские дети стали рассказывать ему, что им понравилось. И вся их живость вдруг и пропала. Дети словно окаменели. Президент задал им несколько наводящих вопросов. Но наладить интерактивную связь не удалось.
И вот она, самая главная проблема. Я пытаюсь посмотреть на это его глазами. Как разговаривать с чужими детьми? С одной стороны, ты им не чужой человек. Они все время видят тебя по телевизору. Можно сказать, что ты — член их семьи (особенно это касается семей с матерями-одиночками). И они привыкли к тебе, и давно научились разбирать, в каком ты сегодня настроении. И когда ты с экрана телевизора говоришь про Чечню, им страшно, но только потому, что у тебя такое выражение лица, какое они один раз видели у папы, когда они случайно разбили его любимую пепельницу.
У тебя как у человека из телевизора огромное количество плюсов. Ты не орешь на них, не запрещаешь гулять, когда на улице якобы холодно. Пока мама с папой отвлекаются на тебя, обсуждая, не следует ли все же тебе еще больше укоротить рукава пиджака, чтобы было совсем уж по-европейски, их дети могут решить массу своих проблем. Можно, например, успеть надеть коньки и хорошенько побегать на них по паркету, как это сделала на днях моя почти трехлетняя дочь.
То есть у ребенка нет поводов не любить президента. Наоборот, дети, по идее, должны очень хорошо к нему относиться. Тем более что он так похож на одного из персонажей любимого детьми фильма «Властелин колец». Ведь и этот сомнительный в целом персонаж проявляет себя под давлением обстоятельств в конце концов с положительной стороны.
Но что же происходит дальше? Ребенку, который понимает, что ты самый главный человек в стране, предлагают поболтать с тобой. Я видел, что временами происходит со взрослыми людьми, когда им предлагают то же самое. Зрелище это не особо приятное. Бледнеют, краснеют люди. Упасть могут.
В лучшем случае скажут совсем не то, что хотели. А скорее наоборот, прямо противоположное тому, что готовились сказать всю свою жизнь. Потом, наверное, сожалеют, не могут себе простить, рвут на себе волосы.
И ничего нельзя изменить. Президент уехал. Поезд ушел.
Я, кстати, даже не простых смертных имею в виду. Губернаторов, например. Ведь губернаторы — те же дети. Что же с ними иногда происходит! Обязательно надо как-нибудь об этом написать. Может быть, прямо в следующей колонке.
И вот теперь представьте себе, что детям объявляют, что к ним едет президент, и долго их морально готовят к этой встрече. Объясняют в двух словах устройство вертикали власти. Заставляют заучить вопрос президенту. Трудно остаться ребенком после такой встречи. Дети, наверное, взрослеют сразу на несколько лет.
И в результате они, конечно, начисто забывают, зачем пришли, и стоят мертвенно-бледные перед вспышками фотокамер. Но если даже они и выдавливают свой вопрос, ничего хорошего из этого не получается. Вот одна девочка спросила, как известно, Владимира Путина, почему в центре Биробиджана устанавливают искусственную елку. Это закончилось уходом мэра с занимаемой должности по собственному желанию.
Между тем в этом году в Москве на Соборной площади установили искусственную елку. Главная, между прочим, елка страны. И дети молчат. Эти милые московские дети знают, видимо, когда лучше молчать, чем говорить.
Так вот и получается, что и президенту с детьми, и, главное, детям с президентом удобнее всего общаться через интернет. Это и не телевизор, но и, слава богу, не живой президент. n
Андрей КОЛЕСНИКОВ
специальный корреспондент ИД «Коммерсантъ»