МОСКВА, ГОРОД ЛЮБВИ

$
80.87
€
90.17
IMOEX
2497.75
¥
12.09

Когда-то целоваться в Москве на улицах было небезопасно. Сегодня целующиеся молодые люди стали символом города, в котором гораздо больше любви, чем ненависти...

МОСКВА, ГОРОД ЛЮБВИ

С исчезновением кремлевских гвардейцев у Мавзолея (которые, как ни крути, были почти точным клоном лондонских королевских гвардейцев, только без медвежьих шапок) в визуальной символике города образовалась какая-то пустота. Потому что в этой символике важны не только здания и не только пейзажи. Важен именно человек на фоне пейзажа.

Временные герои новой Москвы — бритоголовые мальчуганы в темных очках, невеселые бабули, продающие сигареты или собирающие бутылки, очередь у Макдоналдса, «новые русские» и их рекламные клоны, заполнившие фасады старых зданий, — все это не годилось для того, чтобы твердо сказать: да, это Москва!

И вот появилась всего лишь одна фотосессия, всего лишь один фотовзгляд, но сквозь него уже видны новый город и новый горожанин. Как ни странно, эти молодые люди, раскованно и беззаботно позирующие фотографу, легко вписались в нелегкие параметры Нового времени. Потому что именно целующиеся парочки передают главный его смысл: сегодня в Москве можно жить безоглядно и безотчетно. Жить как живется. Жить легко не в смысле покоя и комфорта, а в более высоком, даже высшем смысле — легко и просто.

Кому-то такой символ времени покажется слишком эгоистичным, слишком чувственным или слишком примитивным. Но нам он таковым не кажется. Как когда-то Париж, Москва сегодня по большому счету — это два молодых человека, которые на виду у всего города, в раме его огромной судьбы, хотят лишь одного: любви.

Я уже собирался нажимать на кнопку спускового тросика, когда прямо в середину построенного кадра вломилась парочка влюбленных. Парень по-домашнему устроился: поставил рядом с собой бутылку пива, основательно уперся ягодицами в гранитный парапет набережной, почти положил на себя подружку, и ребятки слились в нескончаемом поцелуе. Им было очень хорошо. А мне они слегка мешали. Я хотел снять торжественную, иллюминированную ночную Москву. Эти гиперсексуалы не очень вписывались в такую концепцию. Но не гнать же их оттуда! Я решил, что эта часть кадра на слайде будет темной и парочка сольется с фоном. Так оно и случилось. На слайде парочка занимала так мало места, что на нее никто не обращал внимания. Спустя год я ретушировал эту картинку. На экране компьютера при большом увеличении вдруг увидел, что парочка, вырванная из контекста, отлично обходится без набережной, Белого дома, гостиницы «Украина». Картинка с поцелуем, вроде бы испорченная крупным зерном, слегка нерезкая, лишенная мелких деталей, стала символичной. Вот она, квинтэссенция любви! Вот тут и задумал я поснимать целующихся влюбленных. Идея не бог весть какая новая. Кто только не снимал уже любовь! И все же захотелось сделать это по-своему. Охотиться за парочками я не стал. Во-первых, как-то неловко. Во-вторых, если заметят, можно и по физиономии схлопотать. В-третьих, если снимать телеобъективами с безопасного расстояния, то картинки будут похожи одна на другую по стилю. Чисто фотографически это не может быть разнообразно снято. И тогда я выставил свой импрессионистский поцелуй на одном из фотографических форумов русского интернета. А под снимком написал объявление: предложил всем желающим поучаствовать в съемке серии фотографий на тему «Москва для поцелуев». Месяца два никто не откликался. Я снял два кадра «декораций», на фоне которых мне бы хотелось поснимать поцелуи. И на эту вот приманку откликнулся Ираклий Шанидзе — предприниматель из США. Он выпускник МГУ, живет в Штатах, торгует медицинской аппаратурой и страстно увлечен фотографией. Первые кадры серии сделаны с его участием. После того как я опубликовал их, словно плотина прорвалась. Сейчас у меня уже целая коллекция поцелуйных сюжетов. Они очень разные. Такие же разные, как и мои добровольцы. Я не диктую героям, как они должны вести себя в кадре. Я только придумываю некий сюжет снимка, место действия, а дальше происходит маленькое чудо. Мои «артисты» играют в кадре самих себя. Наверное, поэтому картинки получаются совершенно естественными, словно подсмотренными, не придуманными. А мне остается только нажимать на спусковую кнопку фотоаппарата. *Георгий РОЗОВ*