Геройская доля

Среда подарила американскому плаванию нового героя. Натан Эдриан, который перед Олимпиадой на него, казалось, совсем не тянул, выиграл самую престижную дистанцию программы — 100 м вольным стилем, опередив на ней на одну сотую секунды австралийского фаворита Джеймса Магнуссена. С подробностями из Лондона — АЛЕКСЕЙ ДОСПЕХОВ.

Этого 21-летнего парня ростом за два метра и весом в центнер, похожего или на борца-тяжа, или, благодаря его вечной добродушной улыбке в пол-лица, на огромного плюшевого мишку, американские журналисты тем замечательным вечером терзали похлеще, чем накануне великого Майкла Фелпса, завоевавшего свою 15-ю золотую олимпийскую награду. И понятно почему.

Кролевая стометровка — плавательный хит. И Америка очень долго гордилась тем фактом, что на этой дистанции ей нет равных. Но в конце прошлого столетия гегемония исчезла. Последняя олимпийская победа США в этой дисциплине до лондонских Игр датировалась 1988 годом: в Сеуле 100 м взял Мэтт Бионди. А затем появились феноменальный русский Александр Попов, феноменальный голландец Питер ван ден Хогенбанд, подтянулись пловцы из других стран, которые били тех, кто еще недавно думал, будто будет доминировать в спринте вечно. Пекинскую Олимпиаду, например, выиграл бразилец Сезар Сьелу.

Американское плавание в это время продолжало рождать гениев. Родило даже одного супергения. Но этот супергений, Фелпс, освоив кучу дистанций, стометровку не освоил. На ней по-прежнему царили другие — французы, бразильцы, австралийцы.

Натана Эдриана провожали в Лондон без особой надежды не то что на золото — на медаль. Он ни разу в жизни не выплывал из 48 секунд. А если ты из 48 секунд не выплываешь, то можешь в лучшем случае рассчитывать на попадание в финальную восьмерку, как, скажем, попал в нее в среду россиянин Никита Лобинцев. И уж точно обогнать монстра вроде чемпиона мира Джеймса Магнуссена тебе не по зубам.

Эдриан удивил еще в воскресенье. В этот день мужчины плыли кролевую эстафету, и он на своем стартовом этапе разбил наконец 48-секундный барьер. Но достаточно ли этого было, чтобы считать его реальным конкурентом Магнуссену и другим финалистам, которые гораздо чаще его показывали сверхвысокие результаты? Вряд ли.

А в среду Эдриан ошарашил мир. Он начал хорошо, но не так хорошо, чтобы сразу понять, что вот он — новый олимпийский чемпион. После первой половины дистанции американец шел третьим, позади Сьелу и опытного канадца Брента Хайдена. А рядышком вспенивал воду Магнуссен, про которого известно, что финиш у него замечательный, что терпеть он умеет получше других.

На сей раз финишером, однако, проявил себя его соперник. Когда участникам стометровки оставалось проплыть примерно 25 метров, Эдриан и Магнуссен ушли вперед. Они плыли бок о бок, и невозможно было предположить, у кого тут преимущество. Невозможно было предположить это и после того, как они коснулись бортика — касание было одновременным. Ну или одновременным для человеческого глаза — современная аппаратура для таймкипинга, в отличие от него, с разрывами в сотую секунды справляется легко.

Натан Эдриан говорил, что долго смотрел на табло, хотя сразу увидел напротив своей фамилии результат — 47,52 — и еще единичку, обозначающую позицию пловца. А долго смотрел он, потому что слышал о том, как некоторых пловцов подводило зрение. Или как единичка после анализа фотофиниша менялась вдруг на двойку. Но сейчас не поменялось ничего. "Какие чувства я испытал? — опять широко-широко улыбнулся Эдриан.— Представьте, что вы стоите под кирпичной стеной и она падает на вас, придавливая всем своим весом!"

А стоявший неподалеку от чемпиона Магнуссен рассказывал трогательную историю. Он из маленького города Порт-Макуэри. Кроме него, знаменитых людей там, разумеется, нет. Так вот, для жителей Порт-Макуэри среда, когда он плыл стометровку, была особым днем. Вернее, даже не среда, а австралийский четверг: из-за разницы во времени им пришлось собираться у установленного на площади большого экрана в пять утра. "Господи, как же я их подвел...— пробормотал австралиец.— Чертова сотая".