"Ходорковский и Лебедев в тюрьме приносят власти больше неприятностей, чем удовольствия"
Дмитрий Медведев поручил Генпрокуратуре проверить законность и обоснованность обвинительных приговоров по делу ЮКОСа. Адвокат Михаила Ходорковского Юрий Шмидт прокомментировал сообщение ведущему "Коммерсантъ FM" Наилю Губаеву.
Речь идет о приговорах в отношении Михаила Ходорковского, Платона Лебедева и экс-главы службы безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина.
–– Как вы оцениваете эти заявления президента?
–– Я не знаю, как их оценивать. Это может быть чисто формальным ходом в ответ на обращение представителей оппозиции и как реакция на представленный несколькими месяцами ранее доклад президентского Совета по гражданскому обществу и правам человека, доклад независимых экспертов. А может быть, какой-то сигнал, который будет понятен только людям, разбирающимся в кремлевских сигналах, к числу которых, конечно, относится Генеральная прокуратура, что с делом Ходорковского надо, в общем, заканчивать. Оно уже не приносит никакой пользы для власти и лично для господина Путина. А неприятностей как раз сулит еще много. Поживем, увидим.
–– А как вы полагаете, появление этих поручений сразу после выборов президента было запланированным заранее или это такая неожиданная инициатива?
–– Когда-то президенту надо было на это отреагировать в любом случае. Потому что, если он принял представителей оппозиции, принял их заявления, в которых они обращали его внимание на ряд проблем, требующих решения, то по давно установленному у нас правилу хотя бы какое-то формальное разрешение этих вопросов было совершенно необходимым. То, что это сделано не до выборов, а после… В общем, сделано в достаточно быстрые сроки, как сказать, это считаю нормальным. Тем более, до выборов времени практически не было.
–– А насколько формальным будет вот это вмешательство президента? Ограничится все заявлением или какой-то проверкой с последующим отчетом? Или все-таки что-то действительно изменится?
–– Я вам сказал, что оценить…
–– Пока невозможно.
–– Совершенно невозможно, потому что мне ясно одно, что такие поручения можно давать вообще десятками. И Генеральная прокуратура будет на них реагировать всегда одинаковым образом: наше поручение выполнено, дело изучено, приговор является законным и обоснованным. Это в том случае, если это все чисто формальная реакция.
Если за этим стоит какой-то сигнал, который может поймать только генеральный прокурор, и сигнал этот должен был прозвучать не в виде бумажки и публично озвученного обращения, а в совершенно другой форме, к которой там постоянно прибегают, когда нужно действительно решить вопрос, а не вынести по нему формальное решение, тогда какая-то надежда есть.
У меня лично есть понимание того, что с прагматической точки зрения сегодня Ходорковский и Лебедев в тюрьме приносят нашей власти значительно больше неприятностей, чем, скажем, удовольствия и пользы. Ну, а понимает ли это сама власть? Понимает ли это господин Путин без слова, которого ничего не будет сделано в этом вопросе? Поживем, увидим.
–– В декабре Владимир Путин заявил, что в случае избрания президентом, готов рассмотреть ходатайство Ходорковского о помиловании. Будет ходатайство или нет?
–– Ходорковский не собирается подавать ходатайство о помиловании, тем более, не собирается следовать безграмотным указаниям и оценкам президента и премьер-министра о том, что для подачи ходатайства о помиловании необходимо признание вины и раскаяние, и что, вообще, помилование может осуществляться только в случае обращения с личным ходатайством. Ходорковский много раз заявлял, что он никогда не признает себя виновным и, насколько мне известно, его точка зрения не изменилась.