Сегодня движение "Наш дом — Россия" празднует пятилетний юбилей. Скорее всего, последний в своей истории. Что осталось от некогда могущественной "партии власти" и что с ней будет дальше, корреспонденту Ъ ИРИНЕ Ъ-НАГОРНЫХ рассказал руководитель исполкома НДР ЕВГЕНИЙ ТРОФИМОВ.
— Почему юбилей отмечается сегодня?
— 12 мая 1995 года собрался первый съезд движения. Председателем избрали Черномырдина, его заместителем — Сосковца. Инициативная группа — именитые все люди: министр МЧС Шойгу, вице-премьер правительства Булгак, губернатор Самарской области Титов, глава Хабаровского края Ишаев. Тогда нас было около 200 тысяч...
— Сколько с тех пор вы потеряли?
— Немного. Всего где-то 10-15 тысяч человек, по нашим документам. Самое трудное время настало, когда Черномырдин покинул пост председателя правительства. И мы потерпели поражение на выборах 1999 года. Надо это признать. За нас проголосовало всего 2,5 миллиона, включая одномандатников.
--Значит, конец?
— Нет. Наша цель сейчас — собрать людей под консервативную идеологию. Мы сделали программу так называемого просвещенного консерватизма, утвердили ее...
— Но если люди не проголосовали за вас на выборах, если в Госдуму попали всего семь депутатов, может быть эта идеология уже никому не нужна?
— Мы не успели раскрутить ее. К тому же было организовано новое движение "Единство". Значительная часть электората перешла к ним. Может быть, людям захотелось новизны. Конечно, НДР вместе с правительством и президентом несет долю ответственности за то, что экономические реформы не были выполнены, привели к обнищанию народа.
— Это и помешало НДР "прислониться" к "Единству"?
— Было много амбиций: кто выше, Шойгу или Черномырдин, чья символика лучше. Не было определено место нашего лидера. А мы не могли его предать. Хотя, считаю, тогда надо было найти компромисс. Мы — "Единство" и НДР — этот шанс упустили.
— Надо было соглашаться на любые места в списке?
— Одно могу сказать: если бы НДР было в списке, "Единство" могло набрать на 5-10% больше.
— А в "Единстве" считают, что на 10-15% меньше...
— Да я только вчера встречался с руководителем исполкома "Единства" Сергеем Поповым! У нас очень много общего. У нас есть региональные отделения, структуры. Вообще, надо переходить на двухпартийную систему. Этот вопрос мы и обсуждали с Поповым. Все центристские партии должны провести съезды и создать единую партию. Она окрепнет к следующим президентским выборам, и тогда ее сможет возглавить президент.
— Слабейшие всегда хотят объединиться с сильнейшими. Но сейчас "Единство" готово принять членов НДР в свои ряды только в индивидуальном порядке.
— А партии по-другому не создают. Можно на съезде принять решение о реорганизации движения в партию, но все равно учет будет индивидуальный.
— Но для НДР это означает полное растворение. Значит, объединение с "Единством" — это осознанная, достойная смерть для НДР?
— Не только для НДР. Вы посмотрите, в каком состоянии "Вся Россия", "Отечество"...
— А для чего "Единству" заниматься политической благотворительностью?
— Вопрос-то глубже. Речь идет не о том, кому хорошо, а кому плохо. Речь об изменении политической системы России. Здесь большую роль должен сыграть Владимир Путин.
— А если Путину это не надо? Может случиться такое, что НДР, желая достойно закончить свои дни, соберется, подведет итоги — и примет решение о самороспуске?
— Я об этом думал. Нам подбрасывали такую идею после парламентских выборов. Но я уверен: если сейчас Черномырдин соберет съезд и объявит о роспуске, из зала скажут: "Виктор Степанович, тогда вы, пожалуйста, оставьте должность, а мы изберем другое руководство". Такие люди найдутся.