Сергей Миронов, председатель Совета федерации:
— Запугать общество, вызвать хаос, политическую нестабильность. "Лубянка", "Парк культуры" — это центр столицы, и террористы хотели продемонстрировать, что никто в России не может чувствовать себя в безопасности. Взрывы произошли на Страстной неделе в канун светлого праздника Пасхи, в день, когда церковь проповедует "смирение души и тела". Видимо, террористы хотели еще оскорбить чувства верующих.
Анатолий Куликов, в 1995-1998 годах глава МВД:
— Цель у террористов всегда одна — запугать население, вызвать панику, недоверие к власти. За последние годы мы потеряли бдительность, не создали единый банк данных Национального антитеррористического комитета. Субъекты оперативной деятельности неохотно делятся добытой информацией, нет координации... А еще надо больше власти дать парламенту для контроля, в том числе и над силовиками.
Андрей Луговой, член комитета Госдумы по безопасности, бывший сотрудник ФСО:
— Чтобы все, а в особенности правоохранители, увидели, что террористы еще существуют. В первую очередь для террористов важен символ и лишь потом жертвы. Думаю, вторую бомбу хотели взорвать не на "Парке культуры", а на "Октябрьской", где находится МВД. Но просчитались.
Виктор Илюхин, депутат Госдумы, лидер "Движения в поддержку армии":
— Это месть спецслужбам за успешные операции на Кавказе. Конечно, взрывы вызовут негативное отношение к чеченцам, но вряд ли чеченцы побегут из Москвы, чтобы завербоваться в шахиды. В этом плане больший эффект произвели бы взрывы в Ставрополе или Ростове — больше безработных. В версию о том, что это месть Кадырову за его руководство — тоже не верю. Не надо считать, что террористы такие стратеги, чтобы выстроить логическую цепочку.
Владимир Рубанов, в 1993-1996 годах заместитель секретаря Совета безопасности РФ:
— Цель — паника. Сейчас озлобленность населения и конфликт интересов очень сильно переплетены. С одной стороны, вполне логичным кажется версия, что эти взрывы — ответ чеченских боевиков на жесткие меры в Ингушетии и Чечне, ответ на попытки реформирования системы на Кавказе. Но в то же время нельзя забывать, что в составе МВД могут работать преступники, боевики или те, кто им продался. Поэтому я бы не стал исключать версию о том, что это ответ на реформу МВД, благодаря которой некоторые действующие сотрудники, связанные с преступниками, могут оказаться без куска коррупционного пирога.
Алу Алханов, заместитель министра юстиции РФ, в 2004-2007 годах президент Чечни:
— Посеять панику, подорвать доверие к власти. Паника, может, и появится, но не думаю, что эти теракты породят антикавказские настроения в обществе. За 90-е годы мы хоть и с трудом, но научились отличать нормальных людей от террористов.