Представленное вчера послание президента не могло не отличаться хотя бы по стилю от двух предыдущих — оно писалось с учетом того, что на страну надвигаются президентские выборы. Однако в своей речи президент, как представляется, не смог отойти от традиций — по сравнению с самим текстом послания она выглядела, как ни странно, бледнее. Хотя, как говорили накануне в Кремле, задумывалось как раз наоборот — речь должна была быть "эмоциональнее" послания. Комментарий ВЕРОНИКИ Ъ-КУЦЫЛЛО.
Чего-то радикально нового для слуха россиян ни в самом послании, ни в выступлении представлявшего его президента не было. Это легко объяснить — послание готовилось долго, президент, по утверждению его помощников, "жил им" и цитировал при случае выдержки из текста задолго до 23 февраля. Таким образом, ничто вчера не могло вызвать эффекта "разорвавшейся бомбы": ни обещания компенсировать все и вся, ни грозные высказывания в адрес чиновников-коррупционеров и руководителей, прокручивающих деньги, вместо того чтобы платить зарплату рабочим, ни отказ "вести переговоры с чеченскими бандитами за спиной законного правительства Чечни".
Создается впечатление, что, памятуя о недавних "чеченских" экспромтах президента, вызвавших неадекватную (с точки зрения Кремля) реакцию в прессе и обществе, соратники отсоветовали Борису Ельцину делать даже минимальные отступления от текста речи. С некоторой натяжкой за эмоциональные и сильные могут сойти только фразы вроде "если правительство не сумеет защитить социально-экономические права граждан, то это будет делать другое правительство" или "пусть никто не заступается за этих людей — это не поможет" (речь шла о произведенных позавчера отставках). Кстати, после этой фразы по Мраморному залу Кремля пронесся легкий гул: членам СФ, считающим, что двух их коллег — Павла Балакшина и Юрия Смирных — уволили ни за что (Ъ писал о реакции Совета федерации вчера), она явно не понравилась.
Впрочем, не исключено, что речь президента была преднамеренно очищена от сколько-нибудь "экстремальных" высказываний — чтобы в глазах граждан Ельцин предстал спокойным, уравновешенным главой государства. И все же странно, что президент не использовал в выступлении (а ведь именно его слышат граждане, большинство которых само послание президента никогда не прочтут) выигрышные места письменного текста. Более того, видимо, засмущавшись, Борис Ельцин даже не произнес в своей речи названия послания — "Россия, за которую мы в ответе".
Текст послания построен по принципиально новой схеме. Как и писал Ъ, вместо проблемно-тематического доклада, вниманию парламента представлено некое историко-философское исследование. Выражаясь словами помощников президента, в послании анализируется "вчера, сегодня, завтра". Такому подходу соответствуют главы текста: "От революции до перестройки", "Время новой России", "Завтрашний день России". Послание носит гораздо более личный характер, чем два предыдущих и даже чем выступление президента перед парламентариями.
Как и ожидалось, президент перехватил у оппозиции большинство социально-экономических лозунгов — и это уже признал не только Геннадий Селезнев, но и Геннадий Зюганов (об экономической стороне послания см. материал на этой странице). Он анализирует изменения, произошедшие в России за последние годы. Напоминает о ситуации 1990-1991 годов, когда председатель ЦБ СССР Виктор Геращенко писал в секретном письме Горбачеву о том, что Гознак, работая в три смены, не справляется с печатанием денег. Говорит (и это особо оценили в Кремле) уже не только о тяжелом наследстве, доставшемся России от прежнего строя, но и о "новых технологиях", разработанных уже после 1991 года, — присвоении чужих денег через неплатежи, перепродаже бюджетных ресурсов и льготных кредитов, уклонении от уплаты налогов и проч.
Чеченской теме в послании уделено немного места — всего две страницы. Основная идея здесь сводится к тому, что власть готова к переговорам с любыми политическими силами, но не намерена "вступать в сделку с бандитами". Ельцин вновь повторяет, что требование "прекратить войну" или "вывести войска" — "никакое не решение, это даже не путь к миру, а прямая дорога к распространению войны по всему Кавказу, а возможно, и за его пределами".
В Кремле не скрывают, что заключительная часть послания ("Выбор пути"), станет основой предвыборной платформы Ельцина. Основные ее положения таковы: надо отказаться от "утопической социальной инженерии" ("безнадежно устарели взгляды тех, кто пробует искать ответ на вопрос о будущем России, выбирая социализм либо капитализм"); достойное будущее может обеспечить России "только демократическое устройство государства"; главное — найти "живое равновесие" между самоорганизацией и регулированием, частной инициативой и социальной защитой, свободой и справедливостью.
Для того чтобы выиграть на выборах, Ельцину нужно "совсем немного" — за четыре оставшихся месяца доказать, что такое равновесие возможно и что именно он может его обеспечить.