В четверг вечером завершился официальный визит в Узбекистан главы МИД России Евгения Примакова. Планировалось подписать соглашения о статусе граждан России в Узбекистане и граждан Узбекистана в России, о взаимном открытии культурно-информационных центров, о статусе собкоров, договор о правовой помощи по гражданским и уголовным делам. Но подписана была лишь программа сотрудничества МИД России и Узбекистана.
И это несмотря на то, что переговоры велись на самом высоком уровне — Примакова, помимо его узбекского коллеги Абдулазиза Камилова, принял президент республики Ислам Каримов. В Ташкенте утверждают, что остальные бумаги не были подписаны исключительно по вине Москвы: дескать, Россия сама не готова к их подписанию. Однако известно, что, например, при подготовке соглашения о статусе собкоров узбекские власти неоднократно пытались внести в документ пункт о том, что стороны обязываются не публиковать в СМИ сообщения, полученные от неаккредитованных журналистов. Принятие такого положения по сути означает введение цензуры. Кроме того, в России вообще нет узбекских собкоров, а практически вся объективная информация об Узбекистане поступает исключительно от неаккредитованных журналистов. Получается, что официальный Ташкент попытался поставить под контроль не только свою прессу, но и сузить поток материалов, уходящих за пределы страны.
Подобного рода разногласия обнаружились и при обсуждении других документов. В частности, резкое неприятие Москвы вызвала узбекская редакция соглашения о статусе граждан двух стран. Москва посчитала, что русскоязычное население республики от их подписания ничего не выиграет.
В ходе своего второго визита в Узбекистан (в должности главы российского МИД) Примаков уделил внимание и внешнеполитическим вопросам. В частности, проблемам региональной безопасности, обстановке, сложившейся в последнее время в Таджикистане, и ситуации на таджикско-афганской границе. По всем этим вопросам, как сообщает официальный протокол, "Примаков нашел понимание и солидарность у Абдулазиза Камилова".
Обвинения в адрес Ташкента в регулярных нарушениях прав человека уже давно не вызывают сенсационного интереса, ибо стали дежурными. Накануне визита Примакова в республике в рамках проекта "Права человека и проект совершенствования системы госуправления" работала в течение трех недель миссия ООН. И она пришла к мнению, что с правами человека в республике все более или менее нормально. По словам главы миссии Иона Попеску, "Узбекистан находится на стадии бурного развития системы государственно-правовых норм, и за 4 года независимости начали функционировать институты парламентской демократии". Более того, ни Попеску, ни консультант ПРООН в Ташкенте по правам человека Карен Маркум не располагают сведениями о каких-либо ущемлениях прав человека в республике. С другой стороны, правовая система Узбекистана, как признает миссия ООН, еще далека от совершенства.
Власти Узбекистана имеют свою точку зрения на проблемы права. В частности, замминистра иностранных дел республики Владимир Норов полагает, что главной проблемой является отсутствие у людей "привычки грамотно пользоваться законами". Так, принятый полтора года назад закон о неправомерных действиях госорганов, по словам Норова, ни разу не применялся. Попеску сообщил, что ПРООН намерено учредить до 2000 года в Узбекистане Центр подготовки и распространения информации по правам человека в Центральной Азии и Центр защиты прав человека, который будет финансироваться программой развития ООН.
АНДРЕЙ Ъ-САИДОВ, ГУЛЯ Ъ-ЧЕРНОГАЕВА