"Кислород"
В отличие от дебютной ленты Ивана Вырыпаева "Эйфория", которая три года назад на фестивале в Венеции произвела фурор, вызвав у одних зрителей восторг, а у других — возмущение из-за гремучей смеси чернухи и гламура, стихийности и маньеризма, цинизма и пафоса, в общем — нарушения всех законов, не только моральных, но эстетических, за новым экспериментом режиссера стоит его знаменитый театральный спектакль. Поэтому главной заботой Вырыпаева в "Кислороде" было побороть сценическую природу этой вещи. Его союзниками (иногда коварными) стали клип и рэп — первый как способ монтажного мышления, второй — как лейтмотив сложнейшего саундтрека. По существу, фильм представляет собой поэтический монтаж текстов-заклинаний, которые произносят актеры Алексей Филимонов и Каролина Грушка. Тексты, звучащие в картине, цепляют своими первозданными образами и одновременно шокируют: "И собаку бьешь, и матери не звонишь по неделям, и жене изменяешь только для главного. Из-за главного священники становятся гомосексуалистами, а я из-за главного дважды переспал с родной сестрой. Ради главного артисты снимаются в кино, писатели пишут романы и учителя соблазняют учениц".
Противники "Эйфории" утверждали, что варварство и экзотическая экстремальность фильма нацелены на успех у западной аудитории. "Кислород", однако, заходит по пути провокаций, идейных и стилистических, слишком далеко, чтобы быть повсеместно успешным. Это классическое кино "не для всех". Не для тех, кто после "Кинотавра" обвинил Вырыпаева в профанации православия. И не для тех, кто в Карловых Варах демонстративно покинул зал в момент речитатива о евреях, из-за веры убивающих палестинских детей. Это кино для тех, кто ценит провокации и согласен с Вырыпаевым в том, что все мерзости этого мира творятся из-за самого, самого главного.