«Для нас несчастный случай — умереть в постели»

В Париже на аукционе Artcurial продали вещи Жана Мермоза — легендарного летчика, покорителя Атлантики, Сахары и Анд, одного из героев французской авиации, чья жизнь оборвалась 90 лет назад. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.

Аукцион исторических реликвий Artcurial, состоявшийся 3 ноября 2026 года, в общей сложности принес более €1 млн. Раздел, посвященный французскому национальному герою Жану Мермозу (1901–1936), стал одним из главных событий торгов. Среди более чем 200 лотов, предоставленных потомками пилота, были кожаное летное пальто, парашют, очки, письма, фотографии, рукописи… Все, что осталось от человека, чья могила — океан.

Он сажал самолет на песок пустыни, деревья, горные обрывы. Перелом ноги, разбитая челюсть для него не были поводом отказаться от неба. Когда погиб его друг Робер Бажак, Мермоз сказал: «Для нас несчастный случай — это умереть в постели».

7 декабря 1936 года самолет по имени «Южный крест», на борту которого находился Мермоз и еще четыре члена экипажа, исчез над Атлантикой. Он вылетел из Дакара в направлении бразильского Натала. Вскоре экипаж сообщил о неисправности двигателя и связь оборвалась. Ни самолета, ни тел, ни обломков обнаружить не удалось. Океан не вернул ничего.

«Что ж, им повезло погибнуть с самим Мермозом»,— сказали его друзья-пилоты. Жану Мермозу было всего 35. Он принадлежал к поколению, для которого небо было новой территорией, которую предстояло освоить,— к тем, кто превратил авиацию из рискованного приключения в средство связи между континентами. Его имя стало легендой еще при жизни, а исчезновение только укрепило этот миф.

После войны он работал в компании Aеropostale. Ее пилоты прокладывали новые воздушные линии, соединявшие Францию с Африкой, а затем с Южной Америкой. Они везли пассажиров, но сначала — почту. Почта должна была пересекать пустыни, горы и океан вопреки непогоде, неисправностям и нехватке аэродромов.

В 1929 году Мермоз совершил вынужденную посадку в Кордильерах. Его самолет оказался поврежден, но пилот выжил. На нем в тот день было летное кожаное пальто, то самое, осторожно оцененное экспертами Artcurial в €8–12 тыс. и ушедшее с молотка за €26,72 тыс. Покупателем пальто и еще 44 предметов стал Музей авиации и космонавтики. Музею достался и парашют Мермоза (его оценили в €8–12 тыс., а купили за €13,36 тыс.).

Публика спорила за письма из архива Мермоза. Восемь писем матери, написанных в Тулузе в ноябре и декабре 1924 года, оценивались в €5–6 тыс. Они были проданы за €14,696 тыс. Письмо другого легендарного летчика, Анри Гийоме из Буэнос-Айреса, адресованное Мермозу в июне 1930 года, при оценке в €1–1,5 тыс. продали за €16,7 тыс. Письмо Пьер-Жоржа Латекоэра, талантливого авиаконструктора и основателя авиакомпании, написанное в 1924 году, ушло за €16,032 тыс. при первоначальной оценке всего €1–1,2 тыс.

Его рейсы стали символом эпохи, когда пилоты не просто перевозили письма, а меняли представление о расстоянии. В его мире опасность была малой частью профессии, а каждый удачный перелет — огромной победой над пространством. Вместе с ним работали другие будущие легенды Aeropostale, и среди них Анри Гийоме (1902–1940) и Антуан де Сент-Экзюпери (1900–1944).

Писатель и пилот Сент-Экзюпери сделал Мермоза одним из прототипов летчика в «Маленьком принце» и подарил ему свой портрет, который спустя десятилетия оказался одним из самых дорогих предметов на парижском аукционе. Цена фотографии с автографом «Моему старому другу Мермозу. Антуан де Сент-Экзюпери» при эстимейте всего в €2–3 тыс. достигла €61,456 тыс. Покупатели не упустили эту вещь, рассказывающую о связи двух друзей, двух поэтов, авиаторов, так и не вернувшихся на землю.