«IT — это такой же актив, как трактор»
Директор МТС в Саратовской области Дмитрий Смагин о цифровизации АПК, окупаемости и о том, как пилотные проекты демонстрируют эффективность «цифры»
Агропромышленный комплекс Саратовской области остается в топ-5 регионов РФ по посевным площадям, но сталкивается с нехваткой IT-специалистов на селе и скепсисом к долгим инвестициям. Директор МТС в регионе Дмитрий Смагин объяснил, почему фермеры до сих пор воспринимают сервер как «просто жужжащее железо», как предиктивная аналитика помогает получать кредиты и зачем внедрять умное видеонаблюдение, чтобы сократить брак молока и хищения. Как меняется экономика сельского хозяйства в 2026 году — в интервью «Ъ — Средняя Волга».
Фото: Предоставлено автором
Фото: Предоставлено автором
— Сельское хозяйство традиционно считается консервативной отраслью. С каким запросом к вам сегодня приходят саратовские аграрии?
— Запрос прагматичный: снизить издержки и повысить маржинальность. Автоматизация ради автоматизации здесь не работает. Бизнес решает конкретные задачи: уменьшить издержки и пресечь хищения, оптимизировать расходы на ГСМ, снизить процент брака продукции.
При этом каждое хозяйство — уникальная экосистема. Даже два соседних тепличных комплекса, не входящие в один холдинг, выстраивают принципиально разные бизнес-процессы. Поэтому стандартизированные решения часто оказываются неэффективными. Цифровизация начинается с глубокого погружения в специфику предприятия, выявления узких мест и возможного запуска пилотного проекта.
Важно учитывать контекст: производительность труда в сельском хозяйстве остается низкой, кадровый дефицит усугубляется. Цифровые инструменты в текущей действительности позволяют не только повысить эффективность существующих процессов, но и компенсировать нехватку персонала там, где раньше требовался ручной труд.
— С чего начинается цифровая трансформация в агросекторе на практике?
— Фундамент любой цифровизации — это связность. Без устойчивой передачи данных невозможно внедрение ни датчиков, ни систем аналитики. Связь — это воздух, без которого цифровизация невозможна. Недавно один из крупных тепличных комплексов региона столкнулся с проблемой покрытия сети. Запуск нашей базовой станции LTE занял около недели и только после этого стало технически возможным подключение умных датчиков влажности, температуры и систем автополива.
Для удаленных объектов, где прокладка оптоволоконных линий экономически нецелесообразна, применяется сеть NB-IoT. Она обеспечивает покрытие при передаче небольших пакетов данных. Это решение используется для автоматических счетчиков или систем мониторинга на удаленных объектах хранения.
Но важно понимать: IT-инфраструктура сегодня становится такой же обязательной частью агробизнеса, как техника или складские помещения. У тебя есть техника — это актив, есть поля — это актив, и IT — это тоже актив. Без него конкурентоспособность предприятия снижается.
— Как именно работает искусственный интеллект в растениеводстве?
— ИИ в агросекторе — это прежде всего инструмент анализа больших данных и выявления паттернов. Есть, например, такое решение: дрон выполняет аэрофотосъемку поля, полученные изображения сравниваются с историческими данными и обученными моделями. Система выявляет аномалии: участки с дефицитом калия, зоны распространения сорняков. Агроном получает не просто визуальную информацию, а приоритизированную карту задач: где требуется полив, где — точечное внесение удобрений, где — обработка гербицидами. Переход от сплошной обработки к адресной дает экономию ресурсов в диапазоне 15–30%.
Отдельное направление — прогнозирование кризисных ситуаций. Датчики с аналитическими модулями могут предупреждать о риске затопления посевов на этапе подготовки к сезону, что позволяет заблаговременно перераспределить ресурсы.
— Какова механика применения ИИ в животноводстве?
— В молочном производстве критическая точка — это взаимодействие «оператор доильного аппарата — животное». Нарушение регламента или санитарных норм ведет к браку молока и заболеваниям.
Системы компьютерного зрения анализируют действия оператора в реальном времени, фиксируют отклонения от регламента и формируют статистику по каждому животному для оценки эффективности кормовых рационов.
В качестве референса можно привести опыт Татарстана. Там на семи фермерских хозяйствах внедрена автоматизация учета надоев: данные по каждому животному передаются в государственную информационную систему, что позволяет оптимизировать рационы и сокращать непродуктивные дойки. Регион, что называется, поймал фишку — эксперименты с технологиями дают измеримый результат.
По данным проектов в хозяйствах Поволжья с поголовьем до 3,5 тысяч голов крупного рогатого скота, соблюдение регламентов за счет автоматизированного контроля обеспечивает рост удоя примерно на 10%. Дополнительно снижается объем отбраковки молока, что уменьшает затраты на восстановление стада. Совокупный эффект по производительности достигает 31%.
— Какие барьеры сдерживают массовое внедрение этих технологий?
— Стоимость внедрения комплексных решений — установки датчиков, серверной интеграции — для многих хозяйств остается значительной. Срок окупаемости таких проектов часто составляет 2–3 года, что отпугивает малый и средний бизнес.
Дополнительная проблема — дефицит квалифицированных IT-специалистов в сельской местности. Оборудование требует обслуживания, а найти на селе инженера, способного работать с IoT-системами, сложно.
Наиболее эффективной моделью остаются пилотные проекты. Бизнес получает возможность протестировать решение с минимальными инвестициями, оценить реальный эффект и только затем принимать решение о масштабировании.
Также очень важен горизонтальный обмен опытом. Когда предприятие видит конкретные результаты у соседей, это формирует доверие быстрее любых презентаций. Отдельно отмечу работу Торгово-промышленной палаты Саратовской области — там сконцентрированы предприниматели, которые заинтересованы в нахождении точек роста.
— Какие направления цифровизации дают наиболее быстрый экономический эффект?
— Телематика и системы безопасности хранения. Расходы на ГСМ — одна из крупнейших статей затрат. Аналитические комплексы на технике отслеживают в реальном времени не только геолокацию, но и аномалии: слив топлива, неоптимальные режимы работы двигателя. Уведомления об отклонениях поступают ответственным лицам оперативно.
Для владельцев элеваторов и зернохранилищ основные риски — хищения и пожары. Человеческий фактор при круглосуточном мониторинге неизбежен: концентрация внимания снижается. Системы видеоаналитики на базе ИИ обрабатывают видеопоток непрерывно, фиксируя несанкционированное проникновение или признаки задымления.
— Как может измениться роль ИИ в агробизнесе в среднесрочной перспективе?
— Следующий этап развития — предиктивная аналитика, охватывающая не только производственные процессы, но и рыночную конъюнктуру. ИИ способен анализировать исторические данные об урожайности, ценовой динамике, логистических затратах и формировать рекомендации по оптимальным срокам реализации продукции.
Например, система может рассчитать, что с учетом затрат на хранение и прогноза цен, реализация партии зерна не в период уборочной кампании (когда рынок перенасыщен), а через несколько месяцев обеспечит более высокую маржинальность. Есть смысл, как говорят аграрии, «похоронить тело на элеваторе» — заложить зерно на хранение до роста цен. Аналогичные модели применимы для мясного производства: сопоставление прогнозируемых объемов выхода продукции с контрактными предложениями различных каналов сбыта.
Кроме того, в перспективе возможно использование долгосрочных климатических моделей (прогноз погоды на десятилетия) для планирования инвестиционных программ как предприятий, так и региональных органов власти.
— Правильно ли я понимаю, что сегодня любой фермер может прийти к вам, и вы сделаете ему персональное предложение с тестовым периодом?
— Это всегда двусторонний процесс. Мы готовы выделить инженерные ресурсы, проанализировать данные, настроить оборудование, проинтегрировать его с текущими системами хозяйства и провести аналитику данных. Со стороны производителя нужна готовность предоставить доступ к историческим данным и четко сформулировать бизнес-задачу, которую нужно решить.
Мы вместе с заказчиком смотрим на метрики: удалось ли достичь заявленных KPI? Если экономика сходится, и технология работает, переходим к масштабированию на все предприятие. Если нет — мы честно об этом говорим и завершаем проект. Для нас репутация надежного технологического партнера и понимание реальных возможностей рынка важнее, чем разовая продажа непроверенного решения.
— Если подвести итог: что нужно сделать саратовскому агробизнесу, чтобы не отстать от цифровой трансформации?
— Не бояться начинать с малого. Цифровизация — это не разовая инвестиция в «волшебную таблетку», а последовательный процесс. Начать с пилота на одном участке, оценить экономику, масштабировать успешный опыт. Те, кто начнет сегодня, через 2–3 года будут иметь конкурентное преимущество перед теми, кто продолжит ждать.