"Через пять-семь лет программа по созданию инфраструктуры материализуется в спортивные победы"

Всю работу по развитию отечественного гольфа с 1992 года координирует Ассоциация гольфа России. Ее президент КОНСТАНТИН КОЖЕВНИКОВ рассказал корреспонденту Ъ АННЕ НЕФЕДОВОЙ, почему, на его взгляд, у этого вида спорта в стране хорошие перспективы.

— Как идет процесс развития гольфа в России?

— В последние годы — очень бурно. Приятно, что прорыв случился именно тогда, когда к управлению гольфом пришла моя команда. Но мы пришли не на пустое место. Фундамент был создан до нас, 10-15 лет назад, теми людьми, с кого началась история российского гольфа. Гольф тогда считался не культивируемым в стране видом спорта, спортом для богатых лентяев. Чтобы прийти с идеями его продвижения в стране к руководству советского спорта, как это сделал первый президент ассоциации Анатолий Ковалев, надо было иметь большое мужество и веру в то, что гольф в России будет непременно. Три года назад, когда меня избрали президентом, перед нами стояли две концептуальные задачи — продолжить знакомить страну с этим видом спорта и подружить гольф с экономикой. Решение обеих упиралось в главную проблему российского гольфа — полное отсутствие инфраструктуры. Ситуация могла показаться совсем грустной, но, с другой стороны, она ничем не отличалась, скажем, от положения дел на ранней стадии развития российского рынка сотовой связи. Там тоже приходилось создавать все с чистого листа, удачно использовался зарубежный опыт — в итоге рынок получился одним из самых активно развивающихся.

— Так в чем все-таки заключаются признаки активного развития гольфа?

— В динамичном строительстве гольф-клубов по всей стране. Придя к управлению ассоциацией, мы анонсировали обществу программу с условным названием "500 гольф-сооружений полей за 15 лет". Поначалу, конечно, она вызывала много споров, кривотолков, а скептики переименовали ее в "15 гольф-клубов за 500 лет". Вскоре, правда, они поумолкли, поскольку программа была не только принята, но и началась ее активная реализация. Сейчас запущено 60 проектов по строительству гольф-клубов по всей стране. Чуть ли не каждую неделю появляется кто-то, кто хочет построить гольф-клуб.

— Где строятся гольфы-клубы?

— В основном, конечно, в крупных городах и центрах — Москве, Санкт-Петербурге, Краснодарском крае, Ростовской области. Но планы по строительству гольф-сооружений есть во всех административно-территориальных округах, и это соответствует нашей программе. Конечно, насыщение регионов гольф-сооружениями будет неравномерным и будет соответствовать уровню экономического развития региона, его климатическим особенностям, плотности населения. Все эти факторы мы учли при разработке программы.

— А реально познакомить с гольфом провинцию?

— И там тоже появятся клубы. Есть ведь еще один фактор — инициатива. Клубы строятся везде, где есть заинтересованные люди,— на Байкале, под Владивостоком, даже на Сахалине! Реализуется проект в городе Артеме в Приморском крае, в Старом Осколе в Белгородской области, в Угличе... Собираюсь ли я строить клуб в Новосибирске? Конечно! Там нет ни одного гольфиста? Ну и не надо! Достаточно того, что там есть люди, которые могут позволить себе жить в собственном доме, в красивом, уютном месте за городом. И их гораздо больше тысячи человек, на которых в среднем рассчитан один клуб. А в гольф, уверен, они придут обязательно.

— Зимой, которая у нас длиннее лета, клубы будут простаивать?

— По этой логике надо закрыть все санатории на море, потому что зимой туда никто не ездит: море холодное. Неподходящий для гольфа российский климат — это стереотип, его надо ломать. У нас в некоторых регионах в гольф можно играть 11 месяцев, в других — всего 2. Зачем же обобщать и говорить, что у нас полгода зима? В Швеции она не короче, но там 500 полей, в Англии, Исландии — гораздо больше. Просто нужно понимать, что гольф-клуб является многофункциональным комплексом, где можно заниматься разными видами спорта, в том числе и зимними. В развитых странах есть определяющий качество жизни показатель — обеспеченность гольф-клубами на определенное количество населения. Хорошим считается показатель один гольф-клуб на 12,5 тыс., нормальным — на 25 тыс. населения. Таким образом, наша программа по 500 полям — пессимистическая: один гольф-клуб на 300 тыс. человек. Она вполне реализуема в условиях состояния российской экономики.

— Инвестировать в строительство таких клубов выгодно?

— Проект по гольфу надо рассматривать как и любой иной инвестиционно-строительный проект. Экономическая эффективность гольф-проекта зависит и от концепции проекта, выбранного места для строительства, от так называемой начинки клуба. Обычно от игры гольф-клуб получает примерно 20% доходов. Остальное — заработки на сопутствующей инфраструктуре: ресторанах, гостиницах, магазинах. Следует заметить, что стоимость недвижимости в близлежащих территориях от гольф-клубов на 20-30% выше. Мы знаем, что некоторые компании, занимающиеся строительством загородного жилья, уже это оценили. Ведь в проектах коттеджных поселков всегда необходима какая-то изюминка. Гольф-клуб как раз и может ей стать. А в плане доходности с таким проектом не сравнится никакой парк. За вход в парк никто не будет платить, содержать его довольно дорого — на гольф же многие готовы тратить деньги. Кстати, гольф-поле выполняет определенные функции парка, экологически чистого. Есть масса примеров, когда гольф-клубы строят в экологических зонах, зонах, запрещенных для строительства в принципе. Это общеизвестный факт.

— Почему вы думаете, что на гольф многие готовы тратить деньги?

— В развитых странах среди представителей бизнес-элиты уметь играть в гольф считается хорошим тоном, да и в России большинство топ-менеджеров крупных компаний уже не только умеют держать клюшку в руках, но и играют на очень приличном уровне. Может быть, просто широкой публике это неизвестно, поскольку многие стараются не афишировать свои личные пристрастия. Я, например, неоднократно попадал в такую ситуацию: дарю партнеру по бизнесу какой-нибудь гольф-сувенир с пожеланиями открыть для себя этот замечательный вид спорта. А в ответ человек показывает клюшки, стоящие прямо в кабинете. Просто люди, обремененные в России властью, собственным бизнесом, часто не говорят о том, что играют в гольф. У нас же до сих пор виды спорта делятся на "народные" и "ненародные".

— Но гольф ведь действительно занятие для людей обеспеченных...

— На данном этапе развития гольфа в России — да. Правда, обеспеченные — не совсем точная характеристика тех, кто играет в гольф. Это скорее люди состоявшиеся. А обеспеченные люди увлекаются самыми разными видами спорта. Между прочим, увлечение гольфом обходится дешевле, чем, скажем, теннисом или горными лыжами. Во многих странах мира, например, гольф-поля есть на военных базах для офицеров и солдат, многие компании строят клубы для своих сотрудников. Со временем, надеюсь, этот вид спорта и в России станет доступным широкому кругу россиян и он будет социально значимым и привлекательным. Известно, что гольф дает очень сильную психологическую разгрузку, поскольку игра в гольф с одновременным общением с природой не заменит никакой кабинет релаксации. Повторю, что в России несколько крупных компаний уже пошли по пути своих западных коллег и строят собственные гольф-клубы.

— Потому что это сейчас престижно?

— Да, и этот фактор присутствует, и в этом нет ничего плохого. От того, что гольф — элитный вид спорта, я бы еще сказал, интеллигентный, выигрывают все, кто с ним связан. Просто надо научиться этим пользоваться, рассматривать гольф всесторонне. Известно, скажем, что гольф-турист тратит в семь раз больше, чем турист обычный. Но России пока на карте стран, развивающих гольф-туризм, нет. То же самое с телевидением. Посмотрите, что рекламируют на телеканалах,— товары гигиены, бритвы, пиво. А в ежемесячной программе о гольфе на CNN — вертолеты, самолеты, дорогие часы. Гольф привлекает серьезного рекламодателя, поскольку все мировые компании, ориентированные на топ-сегмент, присутствуют в гольф-индустрии. И ни одна из них, между прочим, об этом еще не пожалела. В России тоже есть такие примеры. Компания BMW, к примеру, пять лет была спонсором турнира Russian Open, и за этот срок ее продажи в стране возросли в несколько раз.

— Очередной Russian Open недавно прошел в подмосковном Нахабине. Чем он отличался от предыдущих?

— В этом году турнир вышел на принципиально новый уровень — стал полноценным этапом Европейского тура, самого престижного на континенте. В том, что турнир, который 11 лет назад начинался как открытый чемпионат страны, вырос столь значительно, я вижу признание российского гольфа на международном уровне. Для нас Russian Open — это, во-первых, отличный способ для популяризации гольфа в стране: в последние годы он собирает тысячи болельщиков! А во-вторых, хорошая возможность для популяризации нашей страны в мире, как, может быть, не высокопарно это звучит. Повторюсь, динамичное развитие гольфа в России — хороший сигнал для всего мира: с экономическим, политическим, социальным развитием страны все в порядке.

— Когда можно ждать от российских гольфистов больших побед?

— Думаю, что уже через пять-семь лет программа по созданию инфраструктуры гольфа материализуется в спортивные победы. Речь, конечно, идет о результатах в любительском гольфе. Ведь наш вид спорта отличается от других жестким разграничением между любителями и профессионалами. Любители могут получать за победы только символические деньги. У профессионалов лимита нет. Но во всем мире из любительского спорта в профессиональный ежегодно уходят десятки тысяч гольфистов. Из них успеха добиваются единицы, и, наверное, россияне в их число попадут еще не скоро. А вот в любительском спорте у российских спортсменов уже есть достижения. 12 наших девушек и 6 мужчин входят в топ-200 европейских рейтингов. А на прошлом чемпионате мира наша женская сборная выступала достаточно успешно. В первые дни чемпионата даже захватила лидерство, а Анастасия Костина шла на первом месте в личном зачете. К концу турнира на вершине мы, к сожалению, не удержались. Но очевидный прогресс российских спортсменов заметили все.