Свежее анонимное письмо

В Галерее Марины Гисич открыта выставка Глеба Богомолова "Анонимный портрет", на которой представлено около 30 новых работ художника.

       Слух, воспитанный на петербургской изысканной речи, в словосочетании "арт-бизнес" сразу улавливает какую-то безусловную чуждость и иноземную фальшь. Галерея Марины Гисич изо всех сил пытается опровергнуть эту печальную реальность. Цивилизованное экспозиционное пространство, а не подвал и не чердак с плохо покрашенными стенами; отлично изданные пригласительные билеты — художнику все это не стоит ни копейки, так что понятно, почему у госпожи Гисич готовы выставляться лучшие мастера Петербурга. Вложив немалые средства в стены и потолки, мягкие диваны и подсветку, логично ожидать, что затраты окупятся, полотна и фотографии будут продаваться то ли быстрее, то ли дороже. Однако, при колоссальном списочном составе Союза художников и ему подобных организаций перечень по-настоящему хороших художников, получающих за свои работы по-настоящему хорошие деньги, иссякнет на втором десятке. При любом раскладе у петербургских галерей козыри одни и те же: Глеб Богомолов, Вячеслав Михайлов, Анатолий Заславский. На этот раз любителям прекрасного предложен не просто первоклассный художественный товар в лице корифея петербургского искусства Глеба Богомолова, но и товар свежайший в прямом смысле этого слова. Сожалеть можно лишь об одном — лишенная опознавательных знаков галерея Гисич, предназначена не столько для публики, сколько для покупателей. Нужны ли для этого украшающие выставку лаконичный и взвешенный текст Михаила Германа и ритмизованная проза Николая Якимчука, большой вопрос. Да и выставленные в идеальном интерьере "Анонимные портреты" невольно манифестируются как идеальная офисная живопись.
       Еще перед открытием прошел слух, что Богомолов сделал для выставки все "ну совершенно новое". Задуманная давно экспозиция оказалась под угрозой срыва из-за запрета выставлять некоторые произведения, выдвинутого московской галеристкой Аллой Булянской, с которой Богомолов связан контрактом. Но система запретов всегда благоприятно сказывалась на развитии искусства: в экспозиции представлены почти 30 еще сохраняющих запах краски полотен, объединенных одним форматом, традиционной для Богомолова византийско-иконописной гаммой и общей идеей. Все они представляют "анонимные портреты, абстрактных героев, отвлеченные портреты, пророческие лики". Их абсолютная новизна, впрочем, относительна. Весьма похожий "Фрагментарный портрет античного героя" (1984) украшает претенциозный альбом "Респектабельный модернизм", выпущенный галереей "Палитра" в середине 1990-х. Круг ассоциаций, вызываемых новой серией, намного шире: тут и икона с ее потемневшими от лампадной копоти ликами и "ярыми очами", и фаюмские портреты, и мозаики Равенны. Один из портретов похож на Петра, другой — на Христа, третий — на гордого римлянина, четвертый — на посмертную маску этруска. Все вместе они воплощают нереализованную мечту о настоящем герое, которого не заменишь ни Сильвестром Сталлоне, ни президентом Путиным.
       ЛЮБА БАКСТ