В Петербург приедет волшебник

       Вчера в Доме кино прошла пресс-конференция, посвященная намеченной на 1-7 апреля неделе великого сценариста Тонино Гуэрры (Tonino Guerra).

       Когда видишь Гуэрру, в голове не укладывается, что этот галантный 82-летний усач, футбольный болельщик и жизнелюб — оккультный гений великого итальянского кино. Ему мы обязаны призраками Антониони, жесткой публицистикой Франческо Рози, буколическими трагедиями братьев Тавиани. Его перо дало жизнь детским воспоминаниям Федерико Феллини и ностальгии Андрея Тарковского. Как один человек может совмещать столько непохожих миров, уже фантастика. Но он еще и поэт, прозаик, художник-керамист и автор фонтанов.
       Ни одна специализированная структура не в силах справиться с визитом в Петербург такого феномена. Тем более, что, по словам кинорежиссера Михаила Литвякова, Гуэрра и его жена Лора, бывший редактор "Мосфильма", не имеют себе равных в искусстве портить кровь директорам фестивалей. Коронная фраза Гуэрро — как ему надоели празднества типа Каннских. Там-то директора не очень помучаешь. Поэтому неделя Гуэрры будет событием мультикультурным. Международный центр неигрового кино и телевидения "Кентавр" принимает его как худрука проекта "300 лет — 300 секунд": режиссеры мира о Петербурге. Петербургский Музей кино озаботился ретроспективой в "Родине", издательство "Азбука" подготовило томик сценариев, Музей Набокова — выставку Гуэрры-художника.
       Чиновники соперничают с художниками в области фантазии. Губернатор Владимир Яковлев, по словам заместителя председателя Общественной дирекции культурных программ Евгения Захарова, вручит Гуэрре грамоту с синтаксически-оригинальным титулом "Посол Санкт-Петербурга к человечеству". А в Университете кино и телевидения и в СПбГУ он как "основоположник итальянского реализма" прочтет лекции. Решив, что ослышался, корреспондент Ъ поинтересовался, какое отношение к реализму имеет Гуэрра. "Он — его основоположник", — отрезал господин Захаров. Поэт и фантаст Гуэрра такого оскорбления не выдержал: со стены незамедлительно спорхнул постер с его рисунком, несомненно, сорванный силой его мысли.
       МИХАИЛ ТРОФИМЕНКОВ