Широко открытый чемпионат

Групповой этап французского чемпионата Европы разнес в пух и прах главное среди опасений, связанных с этим турниром,— о невысоком, по крайней мере до матчей на вылет, уровне конкуренции в расширившем состав на треть первенстве. А еще сформировал удивительную сетку play-off, заставляющую грандов пробивать дорогу в финал, вышибая друг друга.

Итоги первой части этого чемпионата Европы у каждого, конечно, свои. В России, например, до сих пор — хотя после поражения от валлийцев прошло уже три дня — переживают по поводу собственного провала, получившегося слишком уж показательным. Тем случаем, когда результат абсолютно соответствует игре, когда на обстоятельства его не спишешь, как ни старайся, и приходится рассуждать не о каких-то конкретных, сиюминутных вещах, а о кризисе большом, системном.

В стране, которая отделена от хозяйки чемпионата Европы нешироким проливом, наоборот, рассуждают о подъеме, триумфе. Великобританию во Франции представляли три сборные, и все три — Англии, Уэльса и Северной Ирландии — вышли в 1/8 финала. А еще туда проникла родственная и близкая Ирландия. То есть попадание стопроцентное, в яблочко. И этот факт ведь действительно можно интерпретировать или как торжество британского стиля, британской футбольной школы, или — что, видимо, правильнее — как торжество английской премьер-лиги. Про нее в последнее время в тренде было говорить как про сдавшую — не в финансовом, а в спортивном смысле — позиции. Но разве можно так говорить теперь, когда в топ-16 континентального первенства — сразу четыре команды, практически полностью сформированные из футболистов, которые играют в премьер-лиге или подпирающем и подпитывающем ее дивизионе рангом ниже?

Но все это — крах России, которая обошла в условной таблице чемпионата лишь еще более невнятную Украину, торжество Британии — частности. Итог более глобальный, что ли, заключается в том, что групповой раунд развеял худшее среди опасений, связанных с нынешним чемпионатом. Расширившийся в полтора раза — с 16 до 24 сборных, он представлялся перед стартом самым первым среди континентальных первенств, в котором разрыв в классе между фаворитами и аутсайдерами будет резать глаз, который поразит не уровнем конкуренции, а зашкаливающим количеством односторонних матчей с предсказуемыми результатами.

Различия между мрачными прогнозами и окрашенной в куда более живые цвета реальностью можно выразить цифрами. На групповом этапе было сыграно в общей сложности 36 матчей. Крупный счет — 3:0 — был зафиксирован в трех, в том числе в матче, в котором помещавшиеся в аутсайдерскую категорию валлийцы, никогда не пробивавшиеся на чемпионаты Европы, обыграли привычных к участию в них россиян. А победы с преимуществом в два гола были одержаны в девяти встречах. И опять же надо учитывать, что среди них, например, встреча, в которой албанцы держались против французов без малого 90 минут.

Ну или вот список сборных, добравшихся до play-off. В нем фигурирует целая группа команд, для которых, казалось, сама поездка во Францию была подарком укрупненного формата турнира — венгры, исландцы, валлийцы, североирландцы, словаки. Некоторым из них помогло снижение "проходного балла": на нынешнем первенстве путевки в play-off доставались даже тем, кто финишировал в квартете третьим. Но ведь эта льгота совершенно не относится к сборным Венгрии, Уэльса и Исландии. Венгры и валлийцы вышли с первого места в группе, исландцы — со второго. А позади них остались соперники из топ-корзины — португальцы и англичане.

А есть и другой список — из восьми сборных, которые улетели домой до начала игр на выбывание. И он наполовину состоит из таких, для которых смягчение режима, по идее, означало чуть ли не гарантию выживания в группе, сборных с ярлыком второго сразу за элитой эшелона,— российской, шведской, чешской, турецкой.

А следствием восстания тех, кого причисляли к слабакам, явилась сетка play-off. Сетка удивительная, обещающая кучу драм.

Защитник сборной Англии Гэри Кэхилл, когда его попросили охарактеризовать этот чемпионат Европы каким-нибудь емким определением, выдал его, не задумываясь: "Широко открытый". Формулировка и вправду хорошая. Но Кэхилл имел в виду в первую очередь как раз дерзость котировавшихся невысоко сборных и обнаружившиеся у них вдруг скрытые ресурсы. Но открытость и в другом — в спектре возможных исходов чемпионата, ставшего грандиозным благодаря им.

Взгляд на сетку play-off сразу же выхватывает кое-что важное. Если разбить ее на верхнюю и нижнюю половины, то окажется, что все признанные футбольные гранды, все основные претенденты на золото — французы, немцы, англичане, столкнувшиеся лоб в лоб уже в 1/8 финала испанцы с итальянцами — сконцентрированы во второй. В первой из посеянных при жеребьевке в главной корзине присутствуют только португальцы и бельгийцы, полугранды. Будь финишный расклад в группах идентичен раскладу предстартовому, они, эти половины, были бы примерно равными по статусности. Но обилие больших и маленьких неожиданностей вызвало очевидный перекос.

Что это значит? А значит это, что футбольным монстрам, увешанным с ног до головы наградами и ожиданиями, пробивая дорогу к финалу на Stade de France, предстоит, видимо, вышибать с нее исключительно друг друга. Кому-то, как испанцам с итальянцами,— начиная с ближайшего уикенда, кому-то — с четвертьфиналов. А у кого-то из половины верхней путь в Сен-Дени может выйти более простым — без пересечений с оппонентами, думающими исключительно о золотых медалях и напичканными под завязку суперзвездами.

Когда сборная Хорватии дожала в концовке решающего матча своего квартета действующих чемпионов континента испанцев, в студии BBC завязалась банальная, но неизбежная дискуссия. Английские эксперты, собравшиеся в ней, поздравляли востребованного во время первенства в качестве аналитика известного хорватского тренера Славена Билича. Поздравляли с тем, что его соотечественники, обогнав сборную Испании, избавились от светившего им стыка в 1/8 финала с итальянцами. Хорватам все равно потом достался соперник в довольно яркой обертке — португальцы с Криштиану Роналду, однако было ясно, что с итальянской командой драться еще хуже: она успела показать себя орешком не просто крепким, а со стальной скорлупой. Пусть уж лучше испанцы пытаются ее расколоть.

Так вот Билич, пококетничав, сказал избитую фразу — о том, что, когда берешь титул, надо, как ни крути, обыгрывать сильнейшего среди конкурентов. На первой, на второй, на третьей стадии play-off, в финале — не так уж в конце концов существенно. Так что в этом смысле хорваты находятся в одинаковом положении и с несчастными испанцами, и с немцами, которые выходят на них в четвертьфинале, и с французами, перед которыми после Ирландии маячат англичане, а за ними — те же Германия или Испания.

В таком утверждении содержится изрядная доля лукавства. Это подтвердит, допустим, любой теннисист, часто в жизни имеющий дело с этим явлением — сеткой. Уметь победить сильнейшего и в самом деле необходимое условие для чемпионства. Но победить трех или четырех сильнейших подряд гораздо сложнее, чем победить великана в одном отдельно взятом матче. Потому что жестокие рубки с командами из своей весовой категории — это накапливающаяся усталость, накапливающиеся травмы и желтые карточки лидеров. И кто удивится, если сдюживший в мясорубке гигант с ними в багаже будет выглядеть не так хорошо, как обычно выглядит? И кто удивится, если у его противника будет побольше свежести?

Впрочем, и с предсказаниями насчет того, что в финале с кем-то из грандов будет на равных сражаться сборная с менее внушительным послужным списком, но не хуже готовая, не стоит торопиться. А что если "революция середняков" продолжится и в финале грандов вообще не будет? Групповой этап на вероятность ее продолжения намекнул достаточно толсто.