Все чаще в mass media мелькают сообщения о художниках, "повесивших" свои произведения в Internet или осуществивших интерактивный проект. Фестивали и выставки электронного искусства обзавелись сетевыми отделами. Критика снисходительно констатирует новую моду. По мнению ОЛЬГИ ЛЯЛИНОЙ и АЛЕКСЕЯ ШУЛЬГИНА, имеет смысл говорить о большем: о феномене сетевого художника и сетевой художественной жизни.
Уместно различить: художник в Internet не тождествен дизайнеру. Сетевое искусство не сводится к красочным страницам (homepages) и электронным галереям. И сама сеть — явление более сложное, чем ее комфортный, молодой вариант World Wide Web ("всемирная паутина"). В то время как дизайнеры оформляют ее согласно представлениям о виртуальном, художники имеют дело со всем комплексом контекстов нового мира, изобретенного американскими военными и учеными на случай ядерной войны, то есть конца света. Internet, исключающий авторитаризм (по определению в нем нет начальников, владельцев, и вся система децентрализована и антииерархична) и развивающийся по законам техники (пока), для многих, особенно молодых, людей, не находящих причин верить в саму возможность справедливого социального устройства, стал и бункером, и раем. Философией, воспевающей начало новой жизни.
И искусство, развивающееся в Internet, вслед за теоретической мыслью смакует свою свободу и независимость от земных институтов.
Первыми художниками сети были ее "аборигены", первые пользователи. Имея в распоряжении ровно столько символов, сколько их отображено на клавиатуре, они создавали произведения, которые сегодня могут быть приравнены к наскальной живописи: картинки из букв и значков; синтезированные знаки препинания, называющие эмоции; игры со специальными почтовыми командами. Наивный и открытый мэйл-арт, рождение языка нового общения. Скорее культура, чем искусство. Сегодня, когда достаточно нажать одну клавишу, чтобы на экране появилась Сикстинская мадонна, а вторую — чтобы она превратилась в Майкла Джексона, первые опыты не способны удивить хоть каким-нибудь техническим совершенством. Но при этом они наглядно демонстрируют принципиальное отличие сетевого искусства от других, задействующих компьютер. Его основа — не репрезентация, а коммуникация. А недробимая единица — электронное послание.
Следующий этап в развитии искусства Internet начался с приходом в него представителей художественного андерграунда. Не связанные с официальными институциями, зажатые в узкие рамки местной, часто провинциальной маргинальной ситуации, они наконец вырвались на свободу и сделали свои произведения общим достоянием. Так, в сети оказались представлены "неродные" искусства: фотография, литература, компьютерная графика, а также живопись, музыка, кино. Сегодня существует огромное количество электронных галерей, кинотеатров, салонов. От глобальных до представляющих одно (собственное) произведение. Выставиться в Internet в социальном и в материальном плане не значит практически ничего. Неизбежно это умаляет и достоинства самого произведения, предполагающего другие условия презентации. Но чисто человеческое желание быть хоть кем-нибудь услышанным пересиливает. Плюс осознанная необходимость обустраивать мир many-to-many (все всем) коммуникации, утверждать горизонтальную систему отношений, исключающую оппозицию и само разделение на mainstream и андерграунд. Кстати, трудно не заметить и посюсторонние результаты исхода маргиналов в сеть. Принесенные Internet удешевление и упрощение процесса интернационального общения положило начало новому этапу в существовании разрозненных пограничных сообществ. Теперь оно становится полноценным сосуществованием.
Родившаяся в 1993 году WWW окутала мир системой ссылок, все оказалось связанным со всем. Кроме нового мироощущения, вдохновляющего художников на создание гипертекстовых проектов, которые доминируют сегодня в Internet, появился несложный язык написания WWW-страниц, побуждающий и простых смертных к созданию художественных произведений. Круг творцов принципиально расширился.
И все-таки высшей ценностью Internet по-прежнему остается свобода и горизонтальная система коммуникации. И именно тех, кто ее обеспечивает, приходит в голову выделить и назвать "настоящими сетевыми художниками", имея в виду не уровень их работ, а чистое сетевое мышление. Эти люди отказываются от "художественных" амбиций и концентрируют свои силы и внимание на создании коммуникационных пространств, готовых к заселению и включению в креативное поле сети. Внешне эта работа скорее техническая: обеспечение подключения к Internet, установка необходимого "железа" и программ, создание независимых мультимедиацентров и сайтов (site — единица пространства в сети), где все желающие могли бы не только потреблять, но и создавать и публиковать то, что пока в отсутствие терминологии и критериев называют сетевым искусством. В качестве примера такой деятельности можно назвать основанный амстердамцем Вальтером ван дер Крюйзеном Desk.nl (сетевой адрес http://Desk.nl). Это не имеющая никакой финансовой поддержки небольшая организация, в которой работают художники и программисты. Заработанные на осуществлении коммерческих проектов (WWW-страницы для компаний, интерактивные базы данных) деньги тратятся на обеспечение доступа к Internet для творческих людей. Десять Pentium с установленными на них необходимыми программами постоянно в работе. Кроме того, Desk.nl часто выступает спонсором (т. е. предоставляет свой сетевой канал, дисковое пространство и рабочее время сотрудников) различных конференций и других событий, связанных с развитием сети. Другой яркий пример истинно сетевого поведения — группа Jodi (http://www.jodi.org). Сеть для них — основная среда обитания. Jodi тонко чувствуют ее интерактивную гиперструктуру, постоянно меняющуюся эстетику. Они восхищаются ею и не только черпают из нее визуальные образы, но и включают целые ее фрагменты в ткань своих произведений. Jodi не делят сеть на "искусство" и "неискусство". С их страниц можно попасть в самые интересные ее места, будь то сайт, документирующий процесс умирания Тимоти Лири, или же интернет-вариант Лувра.
Энтузиастов, естественно, не так уж много. И чаще приходится иметь дело просто с модой на сеть, киберпространство, на его эстетику. Она даже получила свое название — hype (от hyper). Художники, стремящиеся быть модными, хотят иметь электронные адреса и красочные homepages, при этом с легкостью вырывают из контекста сетевого общения его звенья, выставляют их в реальных галереях и музеях, лишая тем самым любой ценности, кроме сувенирной. Традиционные художественные институции поощряют такой подход, надеясь распространить свою власть на сеть. Но бесчисленные стилизации и игры с Internet больше говорят о состоянии современного искусства, чем угрожают сетевому.