После начала операции НАТО против Югославии Россия заморозила отношения с альянсом. В конце прошлой недели Москву посетил постоянный представитель США в НАТО АЛЕКСАНДЕР ВЕРШБОУ. Предлогом послужила лекция в МГИМО. Но главной целью визита было прощупать, изменился ли подход России к восстановлению отношений с НАТО. Перед отъездом в Брюссель г-н Вершбоу дал интервью корреспонденту Ъ ЛЕОНИДУ Ъ-ГАНКИНУ.
— В ходе визита вы провели консультации в МИД РФ, в российском Генштабе. Означает ли это, что в отношениях между Россией и НАТО произошли какие-то перемены?
— В российском подходе мало что изменилось. Официальные контакты между нами в Брюсселе имеют место только в рамках совместного постоянного совета Россия--НАТО и лишь по поводу миротворческой операции в Косово. Мы считаем это ошибкой. У нас много общих дел, например, в области нераспространения оружия массового поражения, борьбы с международным терроризмом. Нам стоило бы обсудить новую российскую военную доктрину, проект которой был недавно опубликован в "Красной звезде", и новую стратегическую концепцию НАТО, которая, насколько мне известно, вызвала много вопросов в России. Не проводятся совместные учения, свернуто взаимодействие в урегулировании региональных кризисов. Мы надеемся, что Россия не будет слишком уж тянуть с размораживанием наших отношений.
— Когда это могло бы произойти?
— Не берусь предсказывать. Но, по мнению ваших дипломатов, в том числе Игоря Иванова, поворотным моментом может стать саммит ОБСЕ в Стамбуле, который открывается 18 ноября. На нем предполагается принять важные решения по проблемам безопасности, по адаптации договора об обычных вооруженных силах и вооружениях в Европе. Хочется надеяться, что операция российских войск в Чечне не окажет негативного воздействия на результаты саммита.
— Как вы оцениваете сотрудничество России и НАТО в Косово?
— На местах сотрудничество развивается превосходно. В августе я побывал в расположении российского батальона в Косовской Каменице и был поражен профессионализмом ваших военных. Американские офицеры говорили мне, что повседневное взаимодействие с русскими налажено великолепно. Они ведут совместное патрулирование, сообща решают возникающие проблемы. Сейчас жители Косово уже не делают различия между американскими и российскими военнослужащими. Надеемся, что этот положительный опыт подтолкнет российское руководство к возобновлению сотрудничества и на других направлениях.
— Что изменилось после того, как Джордж Робертсон сменил на посту генерального секретаря Хавьера Солану?
— На главный пост в НАТО пришел человек, сильно отличающийся от своего предшественника. В содержательной части работы ничего не изменилось. Но в атмосфере перемены есть. У нового генсека прекрасное чувство юмора, и на первом же заседании совместного постоянного совета Россия--НАТО, прошедшем под его председательством, шутки господина Робертсона и несколько слов, сказанные им по-русски, явно настроили господина Кисляка (посол России при НАТО.— Ъ) на более миролюбивый и конструктивный лад. Но что роднит Робертсона и Солану, так это их приверженность к сотрудничеству с Россией.
— Сколько заседаний совместного постоянного совета Россия--НАТО состоялось после окончания югославского кризиса?
— Три заседания — в июле, сентябре и в минувшую среду. Речь шла в основном о миротворческой операции в Косово. Первые два заседания были достаточно напряженными. Российская сторона была слишком озабочена формальными вопросами, которые, на наш взгляд, отвлекали от содержательной стороны дела. У России были опасения, что НАТО не прислушивается к ее точке зрения. Но на последнем заседании мы сделали большой шаг вперед. Нам удалось найти много общего в понимании того, как решать основные проблемы в Косово. В том числе — как защищать нацменьшинства, как предотвратить дальнейший исход сербов из края, как проводить демилитаризацию Армии освобождения Косово, как противодействовать проникновению в Косово вооруженных групп из Албании и Сербии. В конце заседания Кисляк и Робертсон констатировали, что в поисках точек соприкосновения мы движемся в правильном направлении.