ВОССОЕДИНЕНИЕ РОССИИ С АМЕРИКОЙ
Наши потомки станут американцами, а американцы — россиянами. Тихий океан прекратит существование. Гималаи будут намного выше, так что альпинисты смогут поставить рекорд, который продержится как минимум 600 миллионов лет.

Попасть на Гордоновскую научную конференцию в Америке (она проводится регулярно) не легче, чем в финальную часть чемпионата мира по футболу. Участвовать в конференции рвутся сотни ученых, но сквозь сито отбора проходят единицы. Основную массу составляют те, чьи исследования оргкомитет оценивает как наиболее значительные и перспективные (по известным только ему, но, как правило, безошибочным критериям). В результате семинар собирает мировую научную элиту. Если продолжить аналогию с футболом — собирает лучших игроков и лучших тренеров, только играют они не друг против друга, а «против» могучей природы.
Надо сказать, организаторы отслеживают также и выдергивают на всеобщее обозрение гениальных скромняг (встречаются и такие), приближающихся к открытию или уже тихо совершивших его. Для них выступление на Гордоновской конференции — переломная точка в судьбе.
Именно такая история произошла с доктором физико-математических наук из Института физики Земли РАН Валерием Трубициным. Его разыскали и пригласили (что с российскими учеными бывает крайне редко), оплатили (небывалый случай) дорогу туда и обратно и другие расходы, он выступил — и наутро проснулся знаменитым.
Нынешнее заседание конференции было посвящено проблемам геофизики. В представлениях об эволюции и строении Земли в последние годы образовался кризис. Теория о плитах, на которые раздроблена кора нашей планеты, себя исчерпала. Настоятельно требуется новая генеральная идея. Совершив в свое время переворот в наших представлениях о Земле, плитотектоника подошла сейчас к рубежу, когда объяснить с ее помощью многие новые факты стало невозможно.
Действительно, удалось установить, что плиты существуют, что они плывут, несомые течениями разогретого вещества мантии (слой между корой и ядром планеты). Что когда они скользят вплотную друг к другу параллельными или разнонаправленными курсами — происходят зацепления, а затем срывы, которые вызывают землетрясения. А когда сталкиваются лбами, вещество выдавливается между ними наверх, как паста из тюбика, и застывает. Так появляются или подрастают горные хребты. Например, Гималаи становятся выше на полметра в год. Почему, однако, вещество мантии под континентами примерно на 100о холоднее (а следовательно, и жестче), чем под плитами океанов?

Или такие странности. В Атлантическом и Тихом океанах горячее вещество, струями поднимающееся через разломы на дне, ведет себя по-разному: в первом случае «примерзает» к континенту и толкает его вперед со скоростью, как показывают наблюдения из космоса, 1 см в год. Во втором, остывая, так утяжеляет океаническую литосферу, что она погружается в мантию. Почему, однако, погружение происходит не горизонтально, а под углом? И с такой сумасшедшей скоростью — около 10 см в год?
Но главный вопрос, на который не смогла ответить тектоника литосферных плит: по каким причинам многократно возникавший в истории Земли единый континент, составленный из всех материков (последний носит название Пангея), всякий раз разваливался на части, которые разбредались по планете по каким-то неведомым маршрутам?
Историю Пангеи реконструируют по геологическим и магнитным данным. По краям материков и островов находят однотипные месторождения и одинаково намагниченные вулканические породы, это позволяет обнаружить места стыков и сообразить, каким образом все «куски» складывались в единый материк. |
Журнал "Огонёк" №36
от 13.09.1998, стр. 14