Прощание с иллюзиями

Санкционный опыт последних лет показал, насколько велик может быть разрыв между правом на актив и фактической возможностью им распоряжаться, а юридически выверенная структура сегодня ничего не стоит без работающих счетов и понятного запасного плана. Эксперты практики «Частные клиенты» VERBA LEGAL Оксана Ярощук и Никита Жемчугов — о том, как строить владение капиталом в расчете на долгое действие ограничений.

После 2022 года перестали работать привычные структуры владения активами, построенные через Кипр, БВО, Швейцарию, Лихтенштейн и Люксембург. Иностранные санкции и российские контрсанкции затрудняют как перемещение капитала, так и обслуживание владельческих структур. Дополнительным ударом стала приостановка ряда международных налоговых соглашений: льготные ставки перестали быть доступны, и налоговая эффективность прежних структур оказалась утрачена. Состоятельные клиенты начали экстренно перестраивать владение активами, однако новые юрисдикции, будь то ОАЭ, Гонконг или Маврикий, сопоставимого уровня комфорта пока не дают. Отдельным стрессом стали швейцарские банки, потребовавшие от российских клиентов закрыть счета и вывести активы. К такому оказались готовы немногие: альтернативной финансовой инфраструктуры, которая позволила бы быстро «переставить» активы, не было практически ни у кого.

По нашим наблюдениям, какое-то время рынок потратил на поиск идеального решения, но в итоге осознал, что идеальной альтернативы не существует. Новая реальность предполагает несколько контуров владения в разных юрисдикциях и финансовые хабы, которые связывают эти контуры с Россией и между собой. И главное — высокую адаптивность всей структуры к изменениям.

Иллюзия, будто несколько гражданств позволяют что-то скрыть, еще жива, но уже выглядит обреченной — глобальная геополитическая и экономическая конъюнктура заставляет налоговые органы всех стран активнее искать доходы, которые можно обложить налогом.

Закономерность проста: чем сложнее структура, тем выше оказывается риск где-то «сыграть не ту роль» или попасть в ловушку внезапно вскрывшихся фактов. Зарубежные налоговые органы нередко вычисляют активы и незадекларированные доходы по косвенным признакам, а автоматический обмен информацией, обмен по запросу и спонтанный обмен работают куда эффективнее, чем принято думать, и часто преподносят неприятные сюрпризы.

На днях Минфин внес в правительство РФ бюджетный пакет на 2027–2029 годы, включающий существенное повышение налоговой нагрузки. В отношении инвестиционных доходов предлагается ввести прогрессивную шкалу 13–22% вместо действующей 13–15%. Кроме того, закрываются пути к традиционным решениям снизить налоговую нагрузку, например, путем «переупаковки» активов в ЗПИФ. Согласно предлагаемым поправкам, прибыль ЗПИФа будет облагаться по ставке 15%. Единственным «прозрачным» способом снизить налог при выходе из активов остается временное прекращение российского налогового резидентства, и здесь критически важно правильно выбрать юрисдикцию, в которой продавец актива станет налоговым резидентом.

Отдельный вопрос — налогообложение «бумажной» прибыли, которая возникает из-за снижения курса рубля при инвестициях в иностранном контуре: убыток в валюте нередко оборачивается прибылью в рублях. Решение есть, но оно требует структурирования в иностранном контуре, а значит, дополнительных затрат и усилий.

Новая архитектура частного капитала — это не структура, созданная раз и навсегда, а постоянный процесс: отслеживание рисков и готовность быстро привести в действие «план Б». Чем профессиональнее выстроен этот процесс, тем выше шансы сохранить капитал.

В международном контексте такой «план Б» требует внимания к инфраструктуре владения капиталом, и за юридически выверенной структурой должны стоять работающие счета и реальная возможность распоряжаться имуществом. Санкционный опыт последних лет четко показал, насколько велик может оказаться разрыв между правом на актив и фактическим доступом к нему.

Переоценка рисков сегодня идет во всем мире: по данным UBS Global Family Office Report 2025, торговую войну считают угрозой своим финансовым целям 70% опрошенных семейных офисов, а крупный геополитический конфликт — 52%. Для владельцев крупного и сверхкрупного капитала устойчивость юрисдикции и предсказуемость правил становятся важными условиями сохранения благосостояния.

BCG в Global Wealth Report 2026 отмечает формирование двух сетей финансовых центров: азиатской с опорой на Гонконг и Сингапур и западной с опорой на Швейцарию, США и Великобританию. На наш взгляд, это меняет и сам подход к международному планированию: выбор страны для размещения капитала все теснее связан с тем, где семья ведет бизнес, живет и видит будущее своих детей.

Географическую диверсификацию необходимо проверять на практике. Счет в ОАЭ может зависеть от западного банка-корреспондента, а бумаги у азиатского брокера — учитываться через европейские депозитарии: в результате несколько счетов в разных странах оказываются уязвимыми перед одним и тем же ограничением. Поэтому оценивать нужно всю цепочку хранения активов и расчетов, а заодно и возможность ее изменить.

В работе с российским частным капиталом важно, чтобы структура сохраняла работоспособность при длительном действии ограничений. Ожидание политической разрядки — ненадежная основа для решений, которые определяют финансовое положение семьи на годы вперед. Даже смягчение правовых запретов не гарантирует, что банк возобновит обслуживание клиента или смягчит собственные требования. Разблокировка активов нередко остается частью этой работы, но включать ее в общую стратегию управления капиталом следует как отдельный пункт чек-листа ключевых вопросов. Уже на старте нужно понимать, куда активы могут быть переведены в кризисной ситуации, кто готов их принять и какие ограничения сохранятся после перевода. Практический результат здесь измеряется одним: восстановлением возможности распоряжаться имуществом.

Международная структура состоятельной семьи должна учитывать и повседневные потребности, и долгосрочные задачи: финансирование расходов, инвестиции, продажу бизнеса, наследование. Важно заранее проверить, продолжит ли она работать при смене резидентства собственника, отказе банка от обслуживания или передаче управления следующему поколению. Это повышает требования и к советникам: налоговый консультант, санкционный юрист и управляющий капиталом должны работать с единой картиной активов и обязательств семьи, поскольку решение, допустимое в одной стране, способно создать ограничения в другой. Ценность сопровождения в том и состоит, чтобы выявлять подобные противоречия заранее и предлагать решения, которые действительно можно исполнить.

Архитектура частного капитала сегодня формируется на пересечении нескольких факторов: санкционного регулирования, налоговых изменений и потребности в устойчивых структурах владения. Отсюда и необходимость комплексного взгляда — от оценки международных ограничений и санкционных рисков до выбора оптимальной модели структурирования активов. Такой подход предполагает одновременный учет российского и зарубежного правового поля и готовность адаптировать структуру капитала к дальнейшим переменам.