«Мы даем возможность молодому человеку попробовать себя, прежде чем принимать решение на всю жизнь»

Для российского рынка труда, несмотря на то что он характеризуется низкой безработицей, все еще типична проблема несоответствия навыков молодых работников тем требованиям, которые к ним предъявляют работодатели. Именно поэтому важно дать возможность подростку или студенту посмотреть, как реально устроено производство изнутри, прежде чем он примет решение о выборе будущей профессии. О том, как Росмолодежь поддерживает кадровое просвещение молодых россиян, — в колонке руководителя ведомства Григория Гурова.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Экономика сейчас нуждается в людях. Мы видим это по запросам регионов и компаний: где взять кадры, как удержать молодых специалистов, кто нужен рынку труда уже сейчас. Кадровый голод, по данным Банка России, в том или ином виде испытывали 69% предприятий, а Минтруд прогнозирует дефицит кадров в 3,1 млн человек к 2030 году. При этом безработица держится на историческом минимуме. Еще недавно бизнес закрывал эту проблему деньгами: так называемая зарплатная гонка последних лет была именно об этом. По данным Банка России, в этом году рост зарплат заметно замедлился, да и возможности «перекупать» друг у друга одних и тех же специалистов у компаний больше нет.

Мы для себя формулируем эту задачу иначе: вернуть труду смысл, который может вдохновить молодых людей развиваться и заниматься делом. Разница здесь принципиальная: вакансия закрывает потребность «здесь и сейчас», а причастность удерживает надолго. Причастность появляется тогда, когда человек видит связь между тем, что он делает сегодня, и тем, что от этого меняется вокруг: на предприятии, в городе, в стране. Мы называем такого человека Созидателем. Это не должность и не статус, а способ смотреть на собственный труд как на вклад в общее дело, а не просто как на зарабатывание денег.

Последние данные Росстата легко читаются как тревожный сигнал: доля молодежи 15–24 лет в структуре безработных за год выросла с 17,3% до 22%, а их число — почти на четверть, до 353 тыс. человек. Прежде чем делать из этого выводы, стоит вспомнить две вещи. Первое: что происходит с самой этой возрастной группой. Абсолютное число молодых людей на рынке труда сейчас снижается — это девяностые и нулевые догоняют нас с опозданием в четверть века. Второе: важна многолетняя динамика, а не срез одного месяца. С 2020 года уровень безработицы среди молодежи в стране снизился более чем вдвое, а трудоустройство выпускников колледжей за это время заметно выросло. По данным Минтруда, если в 2016 году работу после диплома находили 252 тыс. выпускников СПО, то в 2025-м — уже 558 тыс. По данным Минпросвещения и Минобрнауки, в год выпуска трудоустраиваются 67% выпускников колледжей и СПО.

Майский всплеск, который мы наблюдаем в данных Росстата, можно считать статистическим эффектом внутри устойчиво позитивного многолетнего тренда, а не его разворотом. При этом сама молодежь никуда не спешит: срок поиска работы увеличивается потому, что молодые люди все чаще готовы дождаться подходящего варианта, а не хвататься за первое предложение.

Приведу данные совместного исследования НИУ ВШЭ, ВЦИОМ и «Иннопрактики» — «Индекса поколения»: доля так называемого поколения NEET, то есть молодежи 15–29 лет, которая ничем не занята, в России составляет 8%. Это один из лучших показателей в мире: в среднем по развитым странам он составляет 13%, а в отдельных странах доходит почти до трети: США — 14%, Испания — 16%, Италия — 23%, Турция — 28%. То есть у нас в полтора, а где-то и в три с половиной раза меньше молодых людей полностью выпадает из системы, чем в странах, которые принято приводить в пример. Обратная сторона той же цифры: 89% молодых людей сейчас работают, учатся или находятся в отпуске по уходу за ребенком. Это не повод расслабляться, но именно этот факт стоит держать в голове рядом с тревожными заголовками про потерянное поколение.

А вот с качеством входа на рынок труда вопросы действительно есть. По тому же «Индексу поколения» только 43% молодых людей считают свое образование востребованным на рынке труда, то есть больше половины сами чувствуют разрыв уже на старте. Свежее исследование hh.ru показывает классическое несовпадение: молодежь ищет работу в офисе, а компании — представителей рабочих и технических профессий. Спрос и предложение здесь буквально смотрят в разные стороны. Свой вклад вносит и распространение нейросетей: внедрение ИИ снижает спрос именно на позиции для новичков, и об этом все чаще говорят эксперты разных отраслей. Так, по данным SuperJob, в первом полугодии число резюме выросло на треть, а вакансий стало на 19% меньше год к году, и среди причин аналитики напрямую называют внедрение ИИ. Логика простая: технологии в первую очередь забирают на себя решение рутинных и простых задач, которыми традиционно занимались молодые специалисты.

При этом сама молодежь готова адаптироваться к разным обстоятельствам, в том числе менять свою профессиональную траекторию. По тому же «Индексу поколения» ради карьерного роста 82% готовы пройти переобучение, 76% готовы освоить другую специальность, чтобы перейти на другую работу, а 43% готовы к переезду. Барьер сейчас не в отсутствии гибкости у ребят, а в том, что рынок недостаточно адаптирован к их запросам.

Именно поэтому важно дать возможность подростку или студенту попробовать себя, посмотреть, как реально устроены производство и условия труда изнутри, постажироваться у опытных специалистов и понять: хочешь ли ты развиваться в этой профессии? Чтобы не сделать неправильный выбор, важно выходить на рынок труда не с одним дипломом, а с настоящим опытом.

Поэтому меры поддержки мы выстраиваем не как разовые акции, а как последовательную систему, которая охватывает весь путь молодого человека: от выбора профессии в школе до первых лет на предприятии. Так построена вся линейка проектов Росмолодежи.

Начинается все с Всероссийской профориентационной недели, которая проходит для девятиклассников, то есть до того, как решение об образовании уже принято и его цена становится высокой. В этом году мы выходим на охват в 1 млн человек по всей стране.

Дальше идет этап перед самим наймом. Здесь работает программа «Больше, чем работа»: это возможность увидеть условия труда на конкретном предприятии до трудоустройства, а не после. За пять лет проект охватил 89 регионов и 56 тыс. участников, партнерами выступили свыше 250 работодателей, в том числе крупные предприятия машиностроения, энергетики и атомной промышленности. Причем программы стажировок формируются под запрос конкретных предприятий и самой молодежи: 80% участников после стажировки готовы остаться на этом же предприятии, более 20% оформляют занятость еще в процессе. Для региона это готовая инфраструктура работы с кадровым дефицитом: способ не просто фиксировать отток молодежи, а удерживать ее на конкретных предприятиях.

Ежегодно в трудовых сезонах Российских студенческих отрядов принимают участие более 400 тыс. бойцов РСО: они получают первый трудовой опыт на стройках, в учреждениях здравоохранения, летних лагерях, в сфере сервиса и туризма. Только этим летом более 50 тыс. ребят в возрасте до 18 лет задействованы в трудовом сезоне РСО. За пять лет более 170 тыс. человек освоили новую рабочую профессию. Бойцы РСО получили профессиональный опыт на площадках более 150 трудовых проектов. Хороший пример того, как эту логику подхватывают регионы, — центр профессионального развития «Острова» на Сахалине, где команда учит молодых людей строить свою траекторию профессионального развития, опираясь на предприятия региона, а не на абстрактные представления о профессиях.

И наконец, этап, когда человек приходит в профессию. Здесь работают молодежные советы на предприятиях и Стандарт корпоративной молодежной политики, который мы формируем вместе с бизнесом. Для тех, кто выбрал государственную службу, есть программа «ГосСтарт», где молодые госслужащие могут пройти стажировки в муниципальных, региональных и федеральных органах власти, обменяться опытом и присоединиться к сообществу. Смысл простой: молодому специалисту, который уже вышел на работу, нужны не разовые мероприятия, а благоприятная среда, где видно, куда расти дальше, где разделяют твои ценности и убеждения.

Отдельно скажу о предпринимательстве, потому что в нем идея причастности видна нагляднее всего. Мы имеем дело не с альтернативой найму, а с тем же самым рынком труда, только созданным самими ребятами под себя. Молодой человек, который открывает свое дело, чаще всего нанимает своих же сверстников. Тогда он сам становится работодателем, который говорит с командой на одном языке. И 85% молодых предпринимателей, которые пользовались мерами поддержки Росмолодежи, по данным НАФИ, отмечают, что гордятся тем, что создают свое дело именно в России. Это и есть причастность: когда человек не просто зарабатывает, а видит результат своего труда и изменения, которые происходят вокруг.

Через всю палитру наших проектов мы даем возможность молодому человеку попробовать себя, прежде чем принимать решение на всю жизнь. Поэтому национальный проект «Молодежь и дети» объединил все, что создается для молодых, — от строительства школ и кампусов до проектов социального роста — в одну систему. Потому что воспитание — не узкая ведомственная задача, а общее дело и национальный приоритет. И профориентация в этой системе работает и как воспитательная мера, и как экономический инструмент. Только конечная его цель — не закрыть вакансию, а вернуть труду смысл, который молодой человек сможет разделить со своей страной.