Владимир Путин принял участие в церемонии памяти жертв геноцида армян. На траурных мероприятиях в Ереване глава государства заявил, что Россия "искренне сопереживает армянскому народу, испытавшему одну из самых страшных трагедий в истории человечества". Политолог Михаил Троицкий обсудил тему с ведущим "Коммерсантъ FM" Маратом Кашиным.
Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ / купить фото
— О чем говорит этот визит президента Путина в Армению?
— Президент Путин хотел быть в этот день с представителями Армении — важного, одного из немногих военно-политических союзников России. Кроме того, я думаю, президенту Путину было важно принять участие в масштабном международном мероприятии, на которое прибыли представители, в том числе и президенты, других крупных держав, включая французского президента Олланда. Но, в первую очередь, это, конечно, знак поддержки и приверженности военно-политическому союзу с Арменией.
— Напомните, пожалуйста, какие страны сейчас признают геноцид армян, и, на ваш взгляд, как процесс признания будет проходить в будущем, появятся ли новые страны?
— Мы слышали целый ряд заявлений, например, от французских руководителей, видели присутствие президента Франции на мемориальных мероприятиях в Ереване. Европарламент сделал заявление, призывающее Турцию признать геноцид. Но, например, руководители Соединенных Штатов избегают использования слова "геноцид", равно как и российские руководители, несмотря на то, что президент Путин был в Армении, он слово "геноцид" нигде не употреблял.
Вполне возможно и скорее всего, что эта битва за признание событий 1915 года геноцидом продолжится, но это имеет лишь косвенное отношение к примирению между Арменией и Турцией. Самое главное — это, конечно, позиция Турции по тем событиям, сможет ли Турция дать достаточные извинения или сделать такие заявления по поводу тех событий, которые позволят разморозить ее отношения с Арменией, в этом вся интрига. И вряд ли здесь позиция других стран будет иметь решающее значение. Решающее значение будет иметь позиция Турции для разрешения этой проблемы.
— Случится это когда-нибудь или нет, признает Турция эту трагедию?
— Существует возможность дипломатического разрешения и какого-то эмоционального разрешения этого вопроса с последующим примирением. Если будут найдены правильные и удовлетворяющие армянскую сторону слова, вполне возможно, и без использования термина "геноцид". Просто пока армянская сторона считает извинения, раскаяние и признание по поводу тех событий со стороны Турции недостаточными. Но на протяжении ряда лет в недавнем прошлом, например, Турция практиковала политику нулевых противоречий в отношениях с соседями, и министр иностранных дел Турции достиг тогда серьезного прогресса в примирении, налаживании отношений, в том числе с Арменией, там была футбольная дипломатия несколько лет назад.
Но затем все снова натолкнулось на позицию Турции по вопросу геноцида и на поддержку Турцией Азербайджана в Нагорно-Карабахском конфликте. Но я думаю, что к этому вернуться можно, и я думаю, скажем, та же Россия этому бы только содействовала, поскольку в ее интересах позитивная динамика в отношениях как с Турцией, так и с Арменией, России бы не хотелось здесь выбирать.
— Как на фоне визита в Армению и участия в памятных мероприятиях по случаю столетия геноцида армян у России будут складываться отношения с Турцией?
— Я думаю, во-первых, надо сказать, что другой российский руководитель, председатель Госдумы Нарышкин, принял участие в мероприятиях в связи с битвой в Галлиполи в Турции. Тем самым Россия демонстрирует свою приверженность и развитию отношений с Турцией. Здесь речь идет, конечно, в первую очередь, о переговорах по крупному газопроводу в Турцию из России, который должен заменить газопровод "Южный поток".
Конечно, на Турцию не произведет сильное негативное впечатление присутствие президента Путина в Ереване, учитывая то, что Армения — военно-политический союзник России, а Турция — член НАТО. Но, как считают в Москве, Турцию больше всего интересует экономическая выгода, и она готова смириться тем, что такие противоречия есть, и что другим лидерам, включая российских, приходится как-то балансировать между двумя государствами и двумя позициями по событиям 1915 года.