Уходили девки замуж — на гражданскую войну: Оксана Робски и Ксения Собчак написали книгу «Zамуж за олигарха»
У же выпущены духи: с тем же названием, с ликами героинь, с той же зудящей зэт в названии. Уже появились интервью с авторицами — в новом качестве, в глянцевых журналах; журналистка волнуется перед началом: «Я долго думала, как одеться на встречу. В результате выбрала черный пуловер и капри Max Mara. Сдержанно». Сдержанно-напряженны и торговые сети столицы: книга явно окажется в лидерах продаж, поэтому в магазинах под нее, пожалуй, выделят целую полку, на которой уже два года как толпятся многочисленные товарки из серии «Рублевка LIVE». И неважно, что большинство нынешних ее авторов — сапожницы без сапог: блаженные светские журналистки, компенсирующие незнание гламурной жизни развязностью в описаниях воображаемых утех — меняя Рублевку по рублю… Оксана Робски, открывшая этот стиль, до сих пор здесь законодателем моды и считается, и по праву, и ее «Кежуал» действительно был манифестом, прорывом, благодаря чему сегодня гламуром даже Пелевин не брезгует.
Однако со времен «Кежуал» прошло два года, и Робски понимает, что для нее, как для главного «писателя с Рублевки», настало время поставить на место не на шутку расписавшихся псевдорублевцев. Способ для этого она изобрела не новый, но эффективный, практикующийся в мировом шоу-бизнесе. Принцип «две звезды по цене одной» далеко не нов, но действует до сих пор почему-то безотказно: людям при покупке всегда кажется, что они дико сэкономили. И нельзя не признать, что выбор «второй звезды» был наилучшим из возможных. Собчак и Робски; от такого соединения заранее мурашки по коже бегут: кровь с молоком, Ильф и Петров тихо отваливают на верхнюю полку, обе столицы не дышат и ждут.
… И правда, они МОГЛИ бы написать нечто. У девушек были все шансы. И главное, что обидно, учитывая популярность обеих, — это мог быть такой прорыв, такое откровение, такой выход на подлинный разговор, что вещь могла бы взорвать весь литпроцесс. Даже если бы Собчак и Робски написали манифест однополой любви или кодекс строителя капитализма — им бы и это сошло. От них, собственно, этого и ждали. Не сошла бы им только одна вещь, и они умудрились ее сделать, — скука.
Сегодня, когда до выхода «Zамуж за олигарха» остается меньше месяца (выход планируется в марте этого года в издательстве «АСТ»), пожалуй, только и можно повторять: могли. Бы.
… Первой и главной чудовищной ошибкой авторов был выбор темы — «замуж за олигарха». Во-первых, наше массовое искусство за десять прошедших лет заиграло эту тему с такой чудовищной силой, что тема давно отошла в область фольклора и мысль «что делать, если ваш муж олигарх» ужалась до третьестепенной шутки в духе КВН. Во-вторых, само слово «олигарх» утратило в России сакральный статус: сегодня мы уже знаем, что они бывают «беглые», «православные», бывают еще олигархи потешные — которые в Куршевеле… А чаще — просто немногословные, скучные, пожилые мужчины, пиджак-галстук. Но «олигарх вообще» сегодня в природе не встречается: они все на виду и список их известен. Чуть что случись с кем — первые полосы газет. Помните, да?.. Не будучи абсолютной дурой, всякая девушка, даже и обладающая тигриной хваткой и ногами запредельной длины, видя такое дело, если и мечтает сегодня, то не об олигархе, а, напротив, о ком-нибудь более безопасном и надежном: благо экономика страны ныне позволяет. Не говоря уже о том, что сам по себе «замуж» не является для девушки 2000-х такой уж сверхзадачей, и примеров этому много (см. колонки Н. Радуловой в «Огоньке»). Реализм — вот что характеризует русскую девушку 2000-х. Прагматизм и реализм. И это нормальная ситуация для развивающегося общества — тогда как мечта «поймать в сети олигарха» как раз и является вредной романтической утопией, сродни сказке о девушке Ассоль. В общем. Всем. Все. Понятно.
И тут, как в плохом анекдоте, вваливаются к вам, мирно пьющим чай, две рублевские и, страшно завывая, кричат: не ходите, девки, замуж за олигархов!.. Там страшно! Кидают! И сплошной геморрой на голову!
Громкий смех в зале. Напоминает шутки Петросяна, который два десятка лет шутит про сникерс и тампакс. Объяснение такой отсталости может быть одно: поскольку жизнь на условной Рублевке главным образом и состоит из постоянного процесса «проженивания» и «обезженивания» — как в сериале! — авторам кажется, что за забором все точно так же. Таковое убеждение, впрочем, симптоматично: оно свидетельствует о совершенной социальной наивности девушек, несмотря на то что одна их них даже возглавляет молодежное движение. Робски и Собчак свято верят, что это только с психологией богатых за 10 лет произошли качественные перемены, а народ, масса, остался тот же. Этот снобизм пополам с тщеславием сыграл с девушками дурную шутку: сегодня для большинства людей дилемма «ходить замуж за олигарха — или в прорубь с головой» не является ключевой.
В мире и без того хватает интересных вещей.
Не заметив этой ошибки, девушки, однако, совершили и вторую, менее страшную, но тоже неприятную: она касается образности. Такое ощущение, что пишут не две светские тигрицы, а студентки второго курса журфака. Потому что первая часть книги, где подаются основные виды и подвиды олигархов, базируется на таких махровых штампах а-ля Рублевка LIVE, что впору усомниться в происхождении авториц. Собственно говоря, книга Робски и Собчак отражает не столько реалии богатой жизни, сколько обобщает мифы, которыми обросла литература о богатых.
Первый и главный ужас рублевской литературы — секретарши олигарха: от них все зло в ТОМ мире. Демоны. Исчадие ада. Образ секретарши в русской поп-литературе — хоть сочинение пиши. Всюду они: и гадят, гадят, разрушают счастливые олигархичьи гнезда. Ты можешь иметь большие деньги, связи и быть увешана каратами с ног до головы, пишут Р. и С., но это не спасет тебя от секретарши мужа, которая всегда почему-то оказывается длинноногой красавицей и настигает олигарха в любом месте. «Отказаться от связи с секретаршей олигарх может исключительно ради связи с секретаршей своего партнера, особенно если партнер богаче, а секретарша моложе».
Здесь же, вдогонку, воспроизводится еще один рублево-успенский миф — святая вера в то, что именно жена делает из мужа олигарха, научив его «есть ножом и вилкой и разучив сморкаться в занавеску». То есть можно подумать, что до знакомства с женой олигарх был не человеком, а австралопитеком. Непонятно только, в какую занавеску он сморкался — судя по всему, он и занавески-то впервые увидел, уже женившись, а до того видел мир сквозь решетку вольера… Это, кстати, типичный такой женский прием — как зеркальное отражение типичных мужских: «Ты всю жизнь сидела у меня на шее!» — «А я тебя зато научила есть ножом и вилкой!». Да-да, они стоят друг друга, эти два упрека, и имеют равную ценность.
Но есть вещи и похуже. Например, что может быть самое страшное в жизни рублевской девушки? Не болезнь, не смерть близких и не то, о чем вы подумали. Апокалипсис по-рублевски — это когда «Вы снова будете ездить на метро и жить в одной квартире с вашей старенькой мамой». Это ж как, заметим, надо любить родную маму… Другой вариант апокалипсиса, почти равнозначный: «…а то останетесь в двушке на окраине Москвы». Это вообще любимый ужас всей рублевской литературы. Почему не в однушке, интересно? Такого, видимо, рублевские даже и представить не могут. Однако и слово «двушка» приобретает в устах рублевских привкус тюремной баланды — хотя, с точки зрения большинства российских граждан, иметь двушку на окраине Москвы не так уж и плохо. Даже скорее хорошо...
Но вот странность: когда те же страхи описывала Татьяна Огородникова («Брачный контракт»), злоключения выброшенных на помойку рублевских жен вызывали, по крайней мере, понимание, если не сочувствие: после чтения же Робски и Собчак остается одно только злорадство. И понятно, почему: САМИ ВИНОВАТЫ. Потому что позиция «пока замужем, обманывай, ври, выводи недвижимость, переписывай все на себя, заводи британский паспорт — потому что тебя все равно кинут» еще аморальнее и лицемернее, чем любые происки олигарха. Русское народное сознание всегда стоит на том, что можно быть бандитом, но нельзя быть сволочью — и это касается также и женщин.
Во всех этих оборотах книги, впрочем, проглядывает что-то знакомое... Ну да. Обе девы росли при загибающейся советской власти — это все многое объясняет. Это презрение к любым абстрактным ценностям, ко всему «лишнему», к «рублю», вообще ко всему «деревянному», вообще к «сове», жажда выйти замуж за иностранца и свалить — это ведь все уже было. Весь нынешний натужный цинизм Р. и С. — он родом оттуда, со школьной скамьи. И это, конечно, не поза, не вызов обществу, а страх, лихорадочный: как единственную молодость и красоту употребить безошибочно, надежно, раз и навсегда? Во что конвертировать, как не пролететь? Этим полны мысли.
Странно, что они принадлежат тем, кого мы считаем элитой общества. Потому как элите, какой ни на есть, все же не свойственно мыслить в категориях «лох» и «кидалово». Но этот уровень притязаний как раз нетрудно объяснить: наша элита, в отличие от западной, сменяется с такой частотой и регулярностью, что у нее и мироощущение не марафонское, а спринтерское: успеть взять, спрятать, уйти. Смешно, что олигархи-то, о которых столько написано, за последние годы сильно переменились и пытаются мыслить как элита. В то время как мировоззрение главных рублевских бытописательниц осталось на том же пещерном уровне 90-х — на уровне «замужа» и «кидалова». Молодой элите можно простить дурное воспитание, но нельзя простить мелкого полета. Одно время мелькнула надежда, что богатство сделало их масштабнее, цельнее — ни фига, выясняется, не сделало. «С богатством может справиться только культура», — писал Андрей Битов. Владеть и постоянно убеждать других, себя в том, что владеешь, — это разные вещи. Культура богатства, идеология богатых, осознание богатства — вот что мы ждали от двух опытных богачек. А получили треп почти кухонный, бабский.
Фото RUSSIAN LOOK