Террористы всегда платили наличными
Собственное расследование "Коммерсанта"
Предотвращение серии терактов в Москве не является заслугой ФСБ и МВД, как об этом докладывал президенту министр внутренних дел Владимир Рушайло. Хотя за эту операцию многие милиционеры и чекисты уже успели получить премии и очередные звания. Взорвать жилые дома террористам помешала бдительность обычных москвичей. В этом убедился корреспондент "Коммерсанта" ЮРИЙ Ъ-СЮН, проведя собственное расследование.
Наш клиент — террорист
Вскоре после того как утром 13 сентября мощным взрывом был уничтожен жилой дом на Каширском шоссе, по всем телевизионным каналам стали показывать фотороботы предполагаемых террористов. Вместе с этим ФСБ и милиция начали говорить, что за диверсиями в Москве стоит некто Мухит Лайпанов.
"Тебе ни о чем не говорит это имя? — спросил руководитель одной риэлторской компании, расположенной у станции метро 'Белорусская', у своего заместителя после очередной сводки новостей.— Да и физиономия какая-то знакомая?" "Да ведь это же наш клиент",— воскликнул замгендиректора, и тут же стал поднимать все договора об аренде за сентябрь. Один из них был датирован третьим числом, и под ним стояла подпись Лайпанова. К временному соглашению между риэтерской компанией и Лайпановым были приложены копия его паспорта, а сверху им был написан номер пейджера и сотового телефона.
"Вы не представляете, какой ужас мы испытали,— заявил корреспонденту Ъ один из риэлтеров.— Часа полтора лихорадочно набирали 02, но когда поняли, что дозвониться не сможем, стали искать телефоны ФСБ".
Однако реакция чекистов оказалась довольно странной: "А откуда вы знаете, что мы ищем Лайпанова — это же секретная информация". И только узнав, что приметы террориста и его имя уже целый день не сходят с телеэкрана, чекисты примчались в офис риэлтерской компании. Вслед за ними приехали сотрудники службы криминальной милиции Северного округа и оперативники с Петровки, 38.
Изъяв все документы, которые были связаны с Лайпановым, сыщики дружно отправились на улицу Борисовские Пруды, где он снял у риэлтеров помещение под склад. В нем были обнаружены 50 мешков со взрывчаткой (общий вес — 2,5 тонны) и шесть запрограммированных таймеров. Жильцам 16-этажки, под которой все это нашли, невероятно повезло — их дом должен был взлететь на воздух 21 сентября.
По словам риэлтеров, Лайпанов вышел на их фирму по объявлению в газете: "Заключить с ним договор об аренде мы договорились 3 сентября, часов в двенадцать дня. Он приехал минут на сорок раньше и почему-то представился Маратом. Ничем не примечательный мужчина. Рост чуть выше среднего, одет в обычный костюм, говорил тихо, без акцента. При заключении сделки Лайпанов согласился на все наши условия и даже пообещал отремонтировать склад, в котором собирался хранить продукты. Полностью расплатиться обещал после ремонта. Оставил задаток — $600, и забрал ключи".
Чужое лицо
Сейчас уже точно установлено, что в Москву Лайпанов, точнее его земляк из Карачаево-Черкесии Ачемез Гочияев, который выдавал себя за Мухита, приехал в конце июля, когда еще не было ни войны в Дагестане, ни бомбежек Чечни. Настоящий Лайпанов, в свое время судимый за хранение взрывчатки, был похоронен весной этого года у себя на родине. Смерть его до сих пор вызывает немало вопросов. По официальным данным автомобиль, в котором ехал Лайпанов, на большой скорости врезался в пассажирский автобус. Три человека погибло, а труп самого Лайпанова, как говорят милиционеры, был обезображен до неузнаваемости.
Паспорт при оформлении свидетельства о смерти у его родственников забрали. Правда, существовал и второй паспорт — в 1995 году Лайпанов потерял документы и получил новые. Как и когда его паспорт оказался у Гочияева и была ли между ними какая-то связь, сейчас сказать никто не может.
Известно лишь, что в 1997 году Гочияев уехал из Карачаевска в Набережные Челны, где собирался поступить в местное медресе. Там познакомился со своим будущим сообщником-террористом Денисом Сайтаковым. Примерно через год они с другими челнинцами перебрались в Чечню, где по данным ФСБ, сначала учились в медресе, а затем проходили спецподготовку в диверсионном лагере Хаттаба.
Приехав в Москву, Сайтаков снял квартиру, а Гочияев поселился в одноместном номере гостиницы "Восход", расположенной на Алтуфьевском шоссе. Связь между собой они поддерживали по сотовым телефонам. Потом, когда началась война в Дагестане, будущие террористы переехали в гостиницу "Алтай" и жили уже в одном номере. По словам сотрудников отеля, постояльцы вели довольно скромный образ жизни, были весьма обходительны и вежливы, а поэтому никаких подозрений не вызывали. Правда, всегда интересовались новостями из Дагестана и были увлечены чтением рекламной газеты "Из рук в руки".
Практически каждый день рано утром Гочияев с Сайтаковым уезжали из гостиницы и появлялись только к вечеру. На своем "мерседесе" они объехали не один десяток мест на окраине Москвы в поисках подходящих складских помещений для взрывчатки. И самым приемлемым из всех оказался Проектируемый проезд в Люблино. Когда-то там была огромная свалка, которую весной 1999 года расчистили и установили металлические контейнеры, которые коммерсанты за наличные доллары сдавали всем подряд. Гочияев договорился об аренде одного контейнера "под продукты питания" и заплатил в качестве предоплаты несколько сотен долларов. После этого он доложил своим заказчикам о готовности склада к приему "сахарного песка".
В середине августа трейлер "Совтрансавто", груженый 8 тоннами аммонала в перемешку с сахарным песком, прибыл в Проектируемый проезд. Оттуда, как уже установило следствие, взрывчатка развозилась по жилым домам.
Взрывы по предоплате
Пробным шаром в серии терактов был взрыв 31 августа в зале игровых автоматов в торговом комплексе на Манежной площади. Террористы решили посмотреть, каким будет резонанс и по какому пути пойдет расследование. Убедившись в том, что следствие предпочитает другим версиям криминальную разборку, они приступили к подготовке более масштабных диверсий. К этому времени Гочияев успел провести переговоры с риэлторской фирмой, сдавшей ему помещения на улице Борисовские Пруды, с владельцем фирмы "Аргумент-200" в доме на улице Гурьянова, а также с хозяевами фирмы "ИНВА", расположенной в подвале жилого дома на Каширском шоссе.
Владелец "Аргумента", коренной житель Архангельска, приехал в Москву два года назад, и оптом торговал турецким печеньем. Дела шли нормально до 17 августа прошлого года. Потом заработанных денег ему хватало только на ремонт склада, который постоянно заливали жильцы первого этажа. Лже-Лайпанов снял у него помещения за $500, пообещав еще $1000 через месяц.
За офис на Каширке, арендованный у фирмы, торговавшей мебелью, террорист заплатил больше всего — $800. "Вложения себя оправдали,— мрачно констатируют чекисты.— В этом доме погибло 120 человек. 20 из них до сих пор не опознаны".
По предположениям сотрудников спецслужб, из Москвы Гочияев с Сайтаковым уехали 13 сентября, когда по телевидению показали их фотороботы. Правда, есть данные, что в городе может оставаться еще одна диверсионная группа.
Предотвращение серии терактов в Москве не является заслугой ФСБ и МВД, как об этом докладывал президенту министр внутренних дел Владимир Рушайло. Хотя за эту операцию многие милиционеры и чекисты уже успели получить премии и очередные звания. Взорвать жилые дома террористам помешала бдительность обычных москвичей. В этом убедился корреспондент "Коммерсанта" ЮРИЙ Ъ-СЮН, проведя собственное расследование.
Наш клиент — террорист
Вскоре после того как утром 13 сентября мощным взрывом был уничтожен жилой дом на Каширском шоссе, по всем телевизионным каналам стали показывать фотороботы предполагаемых террористов. Вместе с этим ФСБ и милиция начали говорить, что за диверсиями в Москве стоит некто Мухит Лайпанов.
"Тебе ни о чем не говорит это имя? — спросил руководитель одной риэлторской компании, расположенной у станции метро 'Белорусская', у своего заместителя после очередной сводки новостей.— Да и физиономия какая-то знакомая?" "Да ведь это же наш клиент",— воскликнул замгендиректора, и тут же стал поднимать все договора об аренде за сентябрь. Один из них был датирован третьим числом, и под ним стояла подпись Лайпанова. К временному соглашению между риэтерской компанией и Лайпановым были приложены копия его паспорта, а сверху им был написан номер пейджера и сотового телефона.
"Вы не представляете, какой ужас мы испытали,— заявил корреспонденту Ъ один из риэлтеров.— Часа полтора лихорадочно набирали 02, но когда поняли, что дозвониться не сможем, стали искать телефоны ФСБ".
Однако реакция чекистов оказалась довольно странной: "А откуда вы знаете, что мы ищем Лайпанова — это же секретная информация". И только узнав, что приметы террориста и его имя уже целый день не сходят с телеэкрана, чекисты примчались в офис риэлтерской компании. Вслед за ними приехали сотрудники службы криминальной милиции Северного округа и оперативники с Петровки, 38.
Изъяв все документы, которые были связаны с Лайпановым, сыщики дружно отправились на улицу Борисовские Пруды, где он снял у риэлтеров помещение под склад. В нем были обнаружены 50 мешков со взрывчаткой (общий вес — 2,5 тонны) и шесть запрограммированных таймеров. Жильцам 16-этажки, под которой все это нашли, невероятно повезло — их дом должен был взлететь на воздух 21 сентября.
По словам риэлтеров, Лайпанов вышел на их фирму по объявлению в газете: "Заключить с ним договор об аренде мы договорились 3 сентября, часов в двенадцать дня. Он приехал минут на сорок раньше и почему-то представился Маратом. Ничем не примечательный мужчина. Рост чуть выше среднего, одет в обычный костюм, говорил тихо, без акцента. При заключении сделки Лайпанов согласился на все наши условия и даже пообещал отремонтировать склад, в котором собирался хранить продукты. Полностью расплатиться обещал после ремонта. Оставил задаток — $600, и забрал ключи".
Чужое лицо
Сейчас уже точно установлено, что в Москву Лайпанов, точнее его земляк из Карачаево-Черкесии Ачемез Гочияев, который выдавал себя за Мухита, приехал в конце июля, когда еще не было ни войны в Дагестане, ни бомбежек Чечни. Настоящий Лайпанов, в свое время судимый за хранение взрывчатки, был похоронен весной этого года у себя на родине. Смерть его до сих пор вызывает немало вопросов. По официальным данным автомобиль, в котором ехал Лайпанов, на большой скорости врезался в пассажирский автобус. Три человека погибло, а труп самого Лайпанова, как говорят милиционеры, был обезображен до неузнаваемости.
Паспорт при оформлении свидетельства о смерти у его родственников забрали. Правда, существовал и второй паспорт — в 1995 году Лайпанов потерял документы и получил новые. Как и когда его паспорт оказался у Гочияева и была ли между ними какая-то связь, сейчас сказать никто не может.
Известно лишь, что в 1997 году Гочияев уехал из Карачаевска в Набережные Челны, где собирался поступить в местное медресе. Там познакомился со своим будущим сообщником-террористом Денисом Сайтаковым. Примерно через год они с другими челнинцами перебрались в Чечню, где по данным ФСБ, сначала учились в медресе, а затем проходили спецподготовку в диверсионном лагере Хаттаба.
Приехав в Москву, Сайтаков снял квартиру, а Гочияев поселился в одноместном номере гостиницы "Восход", расположенной на Алтуфьевском шоссе. Связь между собой они поддерживали по сотовым телефонам. Потом, когда началась война в Дагестане, будущие террористы переехали в гостиницу "Алтай" и жили уже в одном номере. По словам сотрудников отеля, постояльцы вели довольно скромный образ жизни, были весьма обходительны и вежливы, а поэтому никаких подозрений не вызывали. Правда, всегда интересовались новостями из Дагестана и были увлечены чтением рекламной газеты "Из рук в руки".
Практически каждый день рано утром Гочияев с Сайтаковым уезжали из гостиницы и появлялись только к вечеру. На своем "мерседесе" они объехали не один десяток мест на окраине Москвы в поисках подходящих складских помещений для взрывчатки. И самым приемлемым из всех оказался Проектируемый проезд в Люблино. Когда-то там была огромная свалка, которую весной 1999 года расчистили и установили металлические контейнеры, которые коммерсанты за наличные доллары сдавали всем подряд. Гочияев договорился об аренде одного контейнера "под продукты питания" и заплатил в качестве предоплаты несколько сотен долларов. После этого он доложил своим заказчикам о готовности склада к приему "сахарного песка".
В середине августа трейлер "Совтрансавто", груженый 8 тоннами аммонала в перемешку с сахарным песком, прибыл в Проектируемый проезд. Оттуда, как уже установило следствие, взрывчатка развозилась по жилым домам.
Взрывы по предоплате
Пробным шаром в серии терактов был взрыв 31 августа в зале игровых автоматов в торговом комплексе на Манежной площади. Террористы решили посмотреть, каким будет резонанс и по какому пути пойдет расследование. Убедившись в том, что следствие предпочитает другим версиям криминальную разборку, они приступили к подготовке более масштабных диверсий. К этому времени Гочияев успел провести переговоры с риэлторской фирмой, сдавшей ему помещения на улице Борисовские Пруды, с владельцем фирмы "Аргумент-200" в доме на улице Гурьянова, а также с хозяевами фирмы "ИНВА", расположенной в подвале жилого дома на Каширском шоссе.
Владелец "Аргумента", коренной житель Архангельска, приехал в Москву два года назад, и оптом торговал турецким печеньем. Дела шли нормально до 17 августа прошлого года. Потом заработанных денег ему хватало только на ремонт склада, который постоянно заливали жильцы первого этажа. Лже-Лайпанов снял у него помещения за $500, пообещав еще $1000 через месяц.
За офис на Каширке, арендованный у фирмы, торговавшей мебелью, террорист заплатил больше всего — $800. "Вложения себя оправдали,— мрачно констатируют чекисты.— В этом доме погибло 120 человек. 20 из них до сих пор не опознаны".
По предположениям сотрудников спецслужб, из Москвы Гочияев с Сайтаковым уехали 13 сентября, когда по телевидению показали их фотороботы. Правда, есть данные, что в городе может оставаться еще одна диверсионная группа.