от Леонида ПРУДОВСКОГО
И напоследок
Будучи уже знаменитейшим артистом, Федор Иванович Шаляпин как-то согласился выступить в любительском спектакле в Мамонтовке. Разумеется, по такому случаю был дан банкет в честь великого певца.
Федор Иванович, подвыпив, стал весьма настойчиво атаковать одну молодую даму. Пошли уже в ход и руки.
— Как вы можете! — возмутилась дама. — Такой известный артист, а такие вольности допускаете!..
— Позвольте, — сказал Шаляпин. — Коли известный артист, так только за Сарой Бернар ухаживать? Да ей, милая, поди девяносто стукнуло.
* * *
Две истории о конферансье Михаиле Гаркави.
В 1952 году (как раз начиналась борьба с космополитами, то есть попросту с евреями) на одном из концертов Гаркави объявляет:
— Выступает народный артист, скрипач Давид Ойстрах!
Из зала грозно кричат:
— Еврей?
Пауза.
— Разумеется, — отвечает Гаркави.
Снова пауза.
— У рояля, — как ни в чем ни бывало продолжает конферансье, — Борис Иванов. Вопросы будут?
На одном из концертов Михаил Гаркави объявляет номер:
— Выступает ксилофонист Макс Масловский.
Из-за кулис трагический шепот:
— Чувак, лажа, я палочки забыл!
Пауза.
— Впервые в мире, только у нас, ксилофонист выступает... без палочек!
* * *
Бывший балетмейстер Большого театра Ной Иванович Авальяни долгие годы собирал разные курьезные вырезки из газет.
А надобно сказать, что, начиная с конца двадцатых годов, началось повальное увлечение переменами имен, отчеств и фамилий. Все сообщения о такого рода переименованиях в обязательном порядке публиковались в газетах.
И вот, среди переименований Шереметевых в Ивановых, а Долгоруких в Нечитайло Ною Ивановичу попалось объявление какого-то шутника, которое он любезно вырезал и приобщил к своей коллекции:
«Евлампий Феофилактович Говно меняет имя на Иван».