Рекламаkommersant.ru/ad

Не только биеннале

28.06.2013, 00:00
За рамками 55-й Венецианской биеннале осталось множество превосходных выставок, причем большинство из них — не про классику, а про современность: биеннале совершенно переформатировало культурную жизнь города, будто бы умершего в конце XVIII века.

«Когда отношения становятся формой. Берн 1969 / Венеция 2013»

Фонд Прада, Ка-Корнер-делла-Риджина

Легендарная выставка «Когда отношения становятся формой», устроенная в 1969-м в Кунстхалле Берна Харальдом Зееманом, совершила двойную революцию. С одной стороны, она показала, что все актуальные в тот момент направления — концептуальное искусство, arte povera, минимализм, лэнд-арт — суть одно: очередной авангард, искусство, осознавшее, что форма — это не состояние, а процесс. С другой стороны, она дала жизнь новой профессии — профессии куратора. Куратор Джермано Челант вместе с двумя специалистами по реконструкциям, архитектором Ремом Колхасом и художником Томасом Демандом, воссоздал экспозицию стерильно-белого бернского Кунстхалле в барочных интерьерах дворца Корнер с документальной точностью, отыскав в десятках музеев те самые работы Марио Мерца, Сола Левитта, Йозефа Бойса, Роберта Смитсона и всей честной компании. Однако диссонанс между тогдашним белым кубом и теперешними роскошными покоями — тонкий режиссерский прием, вызывающий приступ меланхолии. Выставка 1969-го была скандалом: Зееману пришлось уволиться из Кунстхалле. Выставка 2013-го произвела фурор — Челанта хвалят на все лады. Но чувство, что из авангарда, попадающего в музейные витрины, уходит жизнь, очень печально.

«Павел Альтхамер и Анатолий Осмоловский: параллельные конвергенции»

Каза-деи-Тре-Очи
Куратором выставки двух ровесников и возмутителей общественного спокойствия, поляка Павла Альтхамера и россиянина Анатолия Осмоловского, по приглашению фонда «Виктория — искусство быть современным» выступил Николас Каллинан. И выступил весьма удачно, построив всю экспозицию на диалогах и рифмах. Вот каждый по-своему осознает, что вожделенные идеалы свободы, пока их везли с Запада 1968-го на Восток 1989-го, сгнили по дороге — осталась лишь шелуха, пустая форма. Сознание не расширить при помощи LSD, говорят «Так называемые волны и другие феномены мышления» Альтхамера, снятые вместе с Артуром Жмиевским. Революция отменяется, говорят «Баррикада» и прочие уличные акции Осмоловского и его соратников. Вот каждый представляет свою версию утопии коллективного творчества. Золоченый «Парис» Альтхамера, экорше, сделанный вместе с его венскими студентами из найденного мусора, сопоставлен с «Золотым автопортретом» Осмоловского, являющегося в образе патриарха и вдохновителя московского акционизма. Каковой подан тут как дело сугубо общее: от движения «Э.Т.И.» и «Общества Радек» до группы «Война» и Pussy Riot.

«Мане. Возвращение в Венецию»

Дворец дожей

В палаццо Дукале стоит пойти хотя бы ради того, чтобы увидеть рядом «Олимпию» Эдуарда Мане из Орсе и «Венеру Урбинскую» Тициана из Уффици, всей кожей ощутить временную дистанцию между 1538-м и 1863-м и понять, что она гораздо короче, чем дистанция между ними обеими и нами. Выставка рассчитана на гурмана, ценителя раритетов вроде евангельских сюжетов или марин Мане, и тоже на свой лад революционна: она борется со стереотипом, будто бы единственный из старых мастеров учитель Мане — это Веласкес. Здесь видно, сколь многим он обязан Тинторетто или Карпаччо. А еще видно, что Мане — больше импрессионизма: кажется, в одном этюдике Канала Гранде обобщены и сконцентрированы все впечатления от Венеции, которые с тех пор застревали в объективах миллионов туристических камер.

Рудольф Штингель

Палаццо Грасси
Рудольф Штингель. «Без названия (Франц Вест)», 2011 год

Рудольф Штингель. «Без названия (Франц Вест)», 2011 год

Courtesy of the artist

Уроженец Южного Тироля и житель Нью-Йорка Рудольф Штингель превратил палаццо Грасси в одну прекрасную тотальную инсталляцию, посвященную памяти его друга, австрийского художника Франца Веста. Все три этажа дворца, то есть все 5 тыс. кв. м полов, а также стены, дверные и оконные проемы сплошь затянуты пестрым и венецианским на вид ковром, узор которого, однако, позаимствован у иностранного коллеги — ковра из венского кабинета Зигмунда Фрейда. На этом богатом во всех смыслах фоне выставлена аскетичная живопись Штингеля: минималистские серые абстракции на втором и писанные по фотографиям, черно-белые изображения немецкой деревянной скульптуры на третьем этаже. По одной картине в каждом зале. Ощущения, испытываемые в этом головокружительном пространстве, не поддаются психоанализу.

«Пересечения. Франко Ваккари, Вито Аккончи»

Палаццо Пезаро-Папафава

Инсталляции не нуждающегося в особых представлениях пионера перформанса Вито Аккончи выставлены вместе с работами мало известного за пределами Италии, но чрезвычайно интересного фотографа-концептуалиста Франко Ваккари.

«Capital Of Nowhere»

Университет Ка-Фоскари
Петр Швецов. Инсталляция «Таня», 2013 год

Петр Швецов. Инсталляция «Таня», 2013 год

Самая венецианская выставка — умная и тонкая кураторская работа славистки из Ка-Фоскари Сильвии Бурини: Северная Венеция в гостях у Венеции настоящей демонстрирует столь понятное обоим городам чувство своей географической, исторической и культурной исключительности. А также потерянности, бессмысленности, выморочности, как в «Ненужном алфавите» Петра Белого. Стены города еще стоят, взрываясь кракелюрами, превращающими минималистскую решетку кафеля в чудовищную розу, как в инсталляции Петра Швецова. Все замерло в ожидании новых варваров, как на видеокартине Виталия Пушницкого, где руины снесенного дома с колоннами бетонных свай на стройплощадке смотрятся каким-то римским форумом. Каким видит Петербург дитя грядущей эпохи, эпохи новых медиа и нового великого переселения народов,— революционный ракурс пойман в видео Людмилы Беловой, прогулявшейся по городу с камерой вместо младенца в коляске. Александр Теребенин, Елена Губанова и Иван Горшков, Александра Дементьева, Анна Франц и другие петербургские художники.

«Куда идти Отелло?»

Espace Louis Vuitton

В только что открытом выставочном пространстве Louis Vuitton — смешная выставка: «Смерть Отелло», колоссальное полотно венецианского академика XIX века, мастера оперных трагедий Помпео Мольменти прокомментировано забавной видеоинсталляцией весельчака Тони Орслера. Говорящие орслеровские головы спроецированы на цветные пузыри муранского стекла.

«Энциклопедический дворец»
В первом зале Арсенала можно видеть настоящий «Энциклопедический дворец» — грандиозную модель универсального музея человеческих знаний работы итальянского футуриста-самоучки Марино Аурити, которая вдохновила… Подробнее »
Национальные павильоны
Две любимых темы на биеннале — деньги и национальный вопрос. Трудно найти такого участника, кто бы не испытывал угрызений совести от того, что искусство сегодня оказалось в роли красивой вышивки… Подробнее »
Параллельная программа
Стоит только отклониться от магистрального маршрута 55-й Венецианской биеннале, то есть от маршрута основной проект — национальные павильоны, сразу оказываешься на какой-нибудь китайской выставке… Подробнее »

Журнал «Коммерсантъ Weekend» №24

от 28.06.2013, стр. 50

Авторы

  • Анна Толстова
    Анна Толстова
    обозреватель